подохнуть, корежилось, видимо, внутри. Впрочем, счастье, что Даша это понимала, похоже, как и обычно, просекая достаточно в мыслях и порывах Олега, а потому не давила, а мягко поддевала…
… — Вот смешно, это тебя не пугает, — иронизировала девчонка по этому поводу, кстати, — а колода каких-то разрисованных бумажек… тревожит, — точно же спешно подобрала другое слово, наткнувшись на его саркастичный взгляд.
— Меня, ангел, вообще, испугать сложно, слишком много насмотрелся по жизни такого, что и хотел бы развидеть, да нереально оно, — криво усмехнулся по этому поводу Гутник, попытавшись уйти с темы. — Просто не привык еще. И все. А так, без претензий же, — сгреб тогда ее в объятия, мешая разбирать сумку с вещами, до которых она добралась утром.
Ему нравилось, что Даша все еще его футболками обходилась, да и предлог отвлечь хороший. Ну а потом завтракать и пошли.
— А как мы в отделе сообщать будем? — вдруг насторожилась Дарья.
Выпрямилась, напряглась, жесткой прям стала в его руках.
— А что за беда? — хмыкнул Олег. — Фамилию ты мою берешь, паспорт по ускоренной процедуре закажем тебе новый. Завтра соберем всех, сообщим, ну и все. Дальше работаем. С шефом я решу, ты и дальше у меня в помощниках останешься, с учебой решим, как академотпуск к концу подойдет, определимся с формой. Ну, хочешь, можем торт купить, порадовать парней, — усмехнулся, вспомнив, как она свой День рождения отмечала.
Но его ангел вдруг вместо того, чтоб успокоиться, расхохоталась. Натурально. Засмеялась так, что всем телом затряслась, ухватившись за его плечи.
— И-и?.. — не поняв, где в его плане пункт, располагающий к подобному веселью, уточнил Олег, чуть наклонившись, чтоб заглянуть в ее лицо. — Что смешного?
— Меня Прозапас на свидание звал. Вспомнила, — задыхаясь, пытаясь щеки растереть, которые, видимо, болеть от смеха начали, постаралась выдавить Даша. — Вот с этими же словами: «с шефом я сам все порешаю», — ее накрыло новой волной хохота.
А Гутник прям ощутил, как у него лицо вытянулось, да и он сам весь закаменел, выпрямился, сжав свои руки на ней.
— А детальней?! — рявкнул, натурально потребовав от Дарьи подробностей.
Глава 29
К счастью, Даша ни ранее, ни сейчас, не пугалась его характера, а то они бы до этой точки и не дошли, наверное. И слава богу, конечно. А то Олега самого передернуло от того, как оно вслух прозвучало: резко, тяжело, требовательно и жестко. Начальник, блин, а не любящий мужчина.
Но одна мысль о том, что вокруг нее вьются… всякие, у него же под носом, причем! И мигом вспыхнуло внутри все то, что изводило Гутника предыдущие недели!
Смешно. Логика же работает. И у них роспись через семь часов. Да и Даша — вот она, вся его, в Олега руках. Смеется только сильнее от его рыка, похоже.
Обхватила ладонями, оплела мягкими, непривычно теплыми пальцами его щеки, надавила, сблизив их лица. И никак не может хихикать перестать. А Гутнику уже зацеловать ее уже охота, слизнуть этот смех с губ, впиться в рот жадно! Плеснулось горячим в груди! Да и пах отозвался тлением…
— Олег! — перемежая слова смешками и короткими поцелуями, которыми его скулы и щеки покрывала. — Не рычи! Я же и не собиралась с ним на свидание идти! Вообще в мыслях не было. Да и не ходила на свидания ни с кем, не мой стиль, если честно, на такое время тратить, — Даша опять рассмеялась, а ему почему-то стыдно стало и как-то вообще не по себе…
На свидания не ходила даже? Что она видела или пробовала в жизни? Что знает? С чем сравнить может? А он ее сходу к себе в «берлогу» и замуж…
С другой стороны, Даша и не рвалась никого ни с кем сравнивать, если попробовать голову включить. Да и его идею с браком «на ура» вчера приняла. И потом, он честно ее прогонял, как и она верно напоминала, выставлял всеми возможными способами, только кто ж его послушал, а? Не эта упрямая, имеющая на все свое мнение, девушка!
— Собственно, от него и убежала тогда быстренько, придумав, что тебе в больницу документы сама должна отвезти, — пытаясь от своего смеха отдышаться, по ходу, она улеглась щекой ему на плечо, продолжая Олега в курс дела вводить.
А Гутника огнем обдало. Только теперь не сексуальной тяги, а новых укоров собственной совести, живо напомнивших, как он сам на ее появление в той больнице отреагировал… Бл…ин!
И да, извинился уже, тоже не забыл. И все то, что за тем извинением в его… в их кабинете случилось, тоже помнил. Да только за ребрами все равно мерзко и гадко плескалось кислотой. Не так и хорошо бывает, когда совесть имеешь, еще и самому себе активней всего та допекает по любому удобному поводу.
Уткнулся в шею Даше, зарывшись лицом в длинные, еще не собранные после сна пряди, глубоко вдохнул, наслаждаясь ароматом, мягкостью, шелковистостью… Все-таки его конкретный фетиш — ее коса. Чего тут петлять.
— Так, заедем еще вечером и в торговый центр. Кольца купим. Чтоб, вообще, никаких вопросов завтра не было, — проворчал Олег, до конца еще не затолкавший вглубь весь этот зубодробительный коктейль, который сейчас бушевал, грозя искромсать изнутри ребра.
— Хорошо, — что-то в ее спокойном согласии и явно слышимых смешинках в голосе, наталкивало на мысль, что и нынешний душевный раздрай Олега, не то чтобы тайна за семью печатями для Дарьи.
Ну и по фиг! Пока он может вот так сидеть по утрам, наслаждаясь теплом и тяжестью ее тела в своих руках, ее волосами между своими пальцами!
— Как думаешь, я смогу в больнице найти утюг, чтобы погладить себе платье к росписи, пока ты будешь на процедурах? — уточнила она тем временем, вроде как уходя с прошлой темы. — Хочется уже твоей женой со всей красотой становиться, — стрельнула в него лукавым взглядом.
Ладно, он тоже не дурак, чтоб на таком зацикливаться. Его она. Однозначно и категорично. И вопрос закрыт уже сейчас, даже до штампа в паспортах, они оба это понимают.
— А зачем тебе больничный? Чем мой не устраивает? — удивился Гутник, выпрямившись.
Кайф-кайфом, а время тикало, и в ту самую больницу пора было начинать собираться.
И вот тут ему ангела своего удивить удалось, однозначно.
— Я и не думала, что
