типа «дилетанты». Настроение явно было на высоте.
— Виолетта! — испуганно прокричал Влад.
Его голос придавал сил. Девушка приподнялась, подавляя боль, и сконцентрировалась на своей ярости. Максим оглянулся на неё и помедлил. Виолетта представила, как пронзает его энергетическим потоком. Как он сделал это с Мартой… По её телу распространялось накаляющееся тепло, сосредотачиваясь в ладонях. Она открыла глаза и выпустила магию во внешний мир, наплевав на осторожность и запреты. Это было самое мощное из того, что ей приходилось делать.
Максим направил ладонь вперёд. Как только магическая энергия коснулась его кожи, Виолетта получила совсем не тот эффект, который ожидала увидеть — вместо того, чтобы отбросить парня, вся её сила впиталась в него, словно в губку, как было с защитным полем, которое создала Марта. Максим с наслаждением потянулся всем телом и бросил на неё насмешливый взгляд.
— Запомни раз и навсегда — против меня бесполезно использовать магию! — усмехнулся он. — Я могу поглотить люблю силу и использовать её против владельца. Так что не вынуждай меня делать это с тобой. Уходим, парни!
Кто-то из них бросил на пол неизвестный предмет, и на этом месте возник портал. От него исходил жар. Нарзенцы начали по очереди проходить через него. Максим дождался, пока двое последних затащат в портал отчаянно сопротивляющегося Влада. Затем бросил последний взгляд на Виолетту и последним исчез где-то на другой стороне, оставив её раздавленной и уничтоженной.
Виолетта с огромным трудом подползла к Марте, превозмогая боль и усталость. Она была последней ниточкой, связывающей её с реальностью. Девушка потрясла её за плечо в ожидании, что она очнётся, но всё оказалось тщетно. Виолетта рыдала и продолжала трясти её. Звала, умоляла очнуться. Но Марта лежала неподвижно, устремив в потолок широко распахнутые глаза. Их уже покинула жизнь…
***
Трудно сказать, сколько времени прошло. Виолетте показалось, что этот кошмар длится вечность. Она тихо плакала, склонив голову на плечо Марты. Как делала это в детстве, когда очень сильно скучала по родителям. Но теперь не могла почувствовать её мягкие пальцы на своих волосах, не могла услышать красивый голос. И колыбельную, которую она иногда пела.
— Виолетта? Что произошло?
Она слышала знакомый голос, но не могла пошевелиться на остывающем теле тётушки. Она боялась, что Денис заставит бросить её, и злилась из-за того, что он не мог приехать раньше. Возможно, всего этого можно было избежать! Но внутренний голос настойчиво указывал на истинного виновника этого кошмара — на неё саму.
— Виолетта, иди ко мне! — обеспокоено проговорил Романов.
Он не без усилий оторвал её от Марты и притянул к себе. Девушка не сопротивлялась, но и не тянулась к нему. Все её движения были будто на автомате. Патрульный прижал её к себе так крепко, как только мог. Девушка чувствовала под собой крепкую опору и закрыла глаза. Пальцы судорожно цеплялись за его одежду. Денис ласково поглаживал её по волосам и нашёптывал успокаивающие слова. Ритмичные удары его сердца постепенно помогали осознать, что всё это реально.
Виолетта подняла голову и посмотрела ему в глаза. Теперь он выглядел совсем иначе, не знал как успокоить её. Медленным движением руки он коснулся её щеки и провёл пальцем вниз, к губам, смахивая слёзы.
Девушка потянулась к нему всем телом. Она не отдавала отчёт собственным действиям — ей просто хотелось забыться хоть на мгновение. В карих глазах появилась боль. Денис поморщился, будто отчаянно пытался заставить себя остановить её. Но Виолетта уже коснулась губами его губ.
Все границы рухнули в одно мгновение. Патрульный боролся с собой всего пару мгновений, а потом притянул её поближе и жадно накрыл поцелуем. Виолетта обвила руками его шею, ощущая бесконтрольное влечение. Она так давно желала этого, не признаваясь даже самой себе. Но не ожидала, что всего один поцелуй может заставить забыть обо всём на свете.
— Тише… — Денис с усилием отстранился и прошептал прямо в губы. — Ты сейчас слишком уязвима. Я не могу воспользоваться тобой… Это жестоко.
Виолетта вновь потянулась к его губам. Она хотела вернуть эти ощущения. Но он не позволил.
— Вся моя жизнь сплошная жестокость! — сдавленно прохрипела девушка. — Я просто хочу почувствовать хоть что-то хорошее.
На мгновение он позволил себе подумать о том, чтобы сдаться. Но хотел поступить правильно.
— Прости, но я не могу дать тебе ничего хорошего! — тихо отозвался патрульный. — Нам пора идти.
— Нет! — Виолетта бросила отчаянный взгляд на Марту. — Мы не можем оставить её! Ты не заставишь меня…
— Эй, эй! — Денис обхватил её лицо руками и внимательно посмотрел в глаза. — Я позвоню начальнику Патрульного участка, её заберут! У тебя будет возможность попрощаться, но сейчас я должен отвезти тебя в безопасное место.
Виолетта вздохнула, собирая обрывки мыслей по кусочкам.
— Не нужна я Тамаре! — твёрдо сказала она. — Ей нужен Влад, и теперь он у неё.
Глаза Дениса потемнели.
— В таком случае, нам нужно спешить! — решительно заявил он и потянул её к выходу.
Глава сорок первая
Два часа спустя, Академия шаонцев.
Виолетта одиноко сидела на перилах балкона и печально глядела на заснеженный внутренний двор Академии. С двадцать пятого этажа он казался таким крошечным, похожим на муравейник. А студенты Академии отсюда выглядели не больше муравьёв. Маленькие точки на белом снеге. Они стояли небольшими группами и наблюдали за прибывшим гарнизоном, который прикатил с собой телеги с провиантом и оружием.
Гарнизон остановился у ворот. Телеги небрежно накрыты толстой тканью. Гнедые лошади нетерпеливо вздымали гривы и цокали копытами по каменной дороге, ворошили снег. Кто-то из наставников махнул студентам рукой, и они поплелись к гарнизону. Начальник гарнизона небрежно скинул с телег покрывала. Пока он переговаривался с наставниками, юные шаонцы принялись разгружать телеги, подходя к ним по очереди, и тащили всё в замок. Они двигались шеренгой и в действительности в этот момент походили на муравьёв.
Виолетта не знала, как давно шаонцы уже ведут активную подготовку к войне. Похоже, в последнее время начали поторапливаться с приготовлениями. За прошедшие пару часов у неё было достаточно времени, чтобы осознать всё безумие, с которым пришлось сегодня столкнуться. Она старалась быть сильной, но разве это возможно для человека, который за один вечер потерял сразу всю семью?
Девушка чувствовала холод, руки покраснели и начали болеть. Столбцы пара вырывались изо рта при каждом выдохе. На щеках застыли дорожки от слёз. Они раздражали нежную кожу. Одна нога свободно свисала вниз.
Виолетта всю жизнь недолюбливала высоту, но сейчас все рецепторы, отвечающие за инстинкт самосохранения, были
