— Ты права, — сказал Дэниэл, удивив Люс. Он продолжал поглядывать на Изгоя, словно она могла утащить Люс в любой момент.
— Кэм и я заключиили его (перемирие). Мы договорились отложить в сторону наши разногласия на восемьнадцать дней. Все ангелы и демоны. Мы объединились, чтобы охотится за врагами. Такими, как они, — он указал на Изгоев.
"Но почему?"
— Из-за тебя. Потому что тебе нужно было время. Возможно в конечном счете у нас различные цели, но сейчас мы с Кэмом — и весь наш род — действуем сообща. У нас есть общий приоретет.
Тот броблеск, который Люс видела в Дикторах, та дурацкая сцена, где Дэниэл и Кэм работали сообща… получается, это было нормально, потому что они объявили перемирие? Чтобы дать ей время?
— Не то, чтобы ты застрял на перемирии (?), — Кэм плюнул в сторону Дэниэла. — Что хорошего в перемирии, если ты его даже не соблюдаешь?
— Ты тоже не соблюдал, — Люс сказала Кэму. — Ты был в лесу на стороне Береговой линии.
"защищая тебя!" сказал Кэм" не беря тебя на полночные лунные парады!"
люс повернулась к арианне" какой бы ни была — или не была правда-когда все кончится, разве это не означает, что…Кэм внезапно стал снова их врагом?и роланд тоже?это не имеет смысла
— Люсинда, одно слово, — сказала Отверженная, — и я заберу тебя отсюда, и ты будешь как можно дальше от всего этого.
— От чего? Куда? — спросила Люси. В том чтобы просто сбежать, было что-то привлекательное. Сбежать от всего: страданий, борьбы и беспорядка.
— Не делай того, о чем пожалеешь, Люс, — предупредил Кэм. Это было странно слышать то, как разумно звучал его голос по справнению с Дэниэлом, который выглядил практически парализованным.
Люс оглянулась вокруг в первый раз, как она вышла из сарая. Бой закончился. Такая же пыль, которая покрывала кладбище в Меч и Кресте, сейчас покрывала траву заднего двора. В том время, как команда ангелова была в порядке, Изгои потеряли большую часть своей армии. Около десяти, стояли и наблюдали. Их серебряные луки были опущены.
Девочка-изгой все еще ждала ответа Люс. Ее глаза светились в темноте, а ее ноги понемногу пятились назад, когда ангелы подходили все ближе к ней. Когда Кэм подошел, девушка снова вытянула лук и нацелила на его сердце.
Люс посмотрела на него ожесточенно.
— Ты не хочешь уходить с Изгоями, — сказал он Люс. — Особенно, не сегодня.
— Не указывай ей, что она хочет, а что нет, — возразила Шелби. — Я не говорю, что ей следует пойти с придурочным альбиносам, просто перестаньте все няньчиться с ней и позвольте сделать ей хоть что-то самой.
В смысле, прекрати в самом деле.
Ее голос загудел во дворе, заставляя Изгоя подпрыгнуть. Она повернулась и прицелилась в Шелби.
Люс поглащала дыхание. Серебряная стрела задрожала на руке Изгоя. Она вытащила ее. Люс затаила дыхание, но не успела девушка выстрелить, ее глянцевые глаза расширилсь, лук выпал из ее рук и она растворилась в серой вспышке света.
Молли опустила серебряный лук, стоя там где, стояла девочка-изгой. Она застрелила девочку со спины.
— Что? — Молли рявкнула, когда все обернулись посмотреть на нее. — Мне нравится эта Нефилим. Она мне кое-кого напоминает.
Она дернула руку в виде жеста в сторону Шелби, которая сказала:
— Спасибо. Серьезно. Это было круто.
Молли пожала плечами не замечая появившиеся сзади тени. Мальчик-изгой, которого оглушил Майлз каяком. Фил.
Он замахнулся каяком, словно это был бейсбольный мяч и ударил Молли. Ворча, она упала на траву. Отбросив в сторону каяк, Изгой потянулся в пальто за последней блестящей стрелой.
Его мертвые глаза были его единственной выразительной частью на его лице. Все остальное — его рычание, брови, даже его скулы — выглядили крайне свирепо. Его белая кожа казалось была натянута на его кости. Его руки выглядили как лапы. Злость и отчаянность превратили его из бледного, хоть и страного, но симпатичного парня в монстра. Он поднял серебряную стрелу и нацелился в Люс.
— Я несколько недель терпеливо ждал момента своего шанса с тобой. Теперь, я не против быть сильнее своей сестры, — зарычал он. — Ты пойдешь с нами.
С другой стороны от Люс поднялись серебряные стрелы. Кэм достал свою из пальто, а Дэниэл поднял с земли лук убитой девочки-изгоя. Фил похоже ожидал этого. Его лицо отобразило темную улыбку.
— Мне, что, убить твоего любимого, чтобы ты присоединилась ко мне? — спросил он, указывая стрелой на Дэниэла. — Или мне убить их всех?
Люс уставилась на странный, плоский кончик стрелы меньше чем в десяти футах от груди Дэниэла. Нет никаких шансов, что Фил промахнется. Они видела стрелы уничтожающие дюжины ангелов сегодня со вспышкой света. Но, она так же видела стрелу скользнувшею по коже Кэлли, как будто это был обыкновенный прутик.
серебряные стрелы убивают ангелов, внезапно поняла она, не людей
она встала перед даниелем" я не позволю тебе ранить его. и твои стрелы не навредят мне"
даниель издал неопределенный звук-полусмех-полурыдание. она повернулась к нему с широкооткрытыми глазами. он выглядел испуганным, но более того он выглядел виноватым
Она подумала о том разговоре, который состоялся у них под персиковым деревом в Мече и Кресте, первый раз, когда он рассказал ей о ее реикарнациях. Она вспомнила, как они сидели на пляже в Мендосино, когда он рассказывал ей о своем месте на Небесах, до того как он встретил ее. Она приложила столько усилий, чтобы заставить его рассказать ей о тех днях. Она чувствовала, что было что-то еще. Должно быть что-то больше.
Скрип от струны лука снова вернуло ее внимание к Изгою, который опустил стрелу. Теперь она была направлена на Майлза.
— Хватит болтать, — сказал он. — Я возьму всех твоих друзей, пока ты не сдашься.
Люс увидела в своих мыслях, яркий поблескивание света, водоворот цветов, и вихревой монтаж своих жизней вспихивавший у нее перед глазами: мама, папа, Эндрю. Родители, который она увидела в Маунт Шаста. Вера, катающаяся по замершему пруду. Девочка, которой она была, купающаяся под водопадом в желтом раздельном купльнике. Разные города, дома и времена, которые они не могла распознать. Лицо Дэниэла среди тысячи других ангелов. И пламя за пламенем.
Потом она моргнула и вернулась снова во двор. Изгои приближались ближе, собираясь в кучу и перешептываясь с Филом. Он махнул им, чтобы они отошли назад, заволновавшись и пытаясь сфокусироваться на Люс. Все были напряжены.
Она увидела уставившегося на нее Майлза. Он должно быть был испуган. Хотя нет, не испуган. Он фиксировал ее с такой интенсивностью, что казалось его взгляд вибрирует ее до внутренностей. Люс появилась пьянной и ее отражение было мрачным. Потом появилось незнакомое ощущение как будто что-то отлетело от нее. Словно корпус оторвавшийся с ее кожи
