Вацлав оскалился и прыгнул с места, вытягивая шпагу в атакующем уколе.
— Не так быстро, пожалуйста, — тихий голос раздался в зале, и между Таей и князем оборотней появился Дар.
— Ты? — удивился Вацлав, останавливаясь.
— Я, — согласился светлый, повернувшись и разглядывая Таю. — Что это ты устроила?
— Не вмешивайся, — отмахнулась от него девушка.
Светлый вздохнул, и на голову Тайфуну вылилось ведро ледяной воды. А когда отфыркавшись и злобно шипя, на эльфа ринулась уже хрупкая Тая, Дар поймал девушку за шиворот. Хорошенько встряхнул, удерживая на одной руке, как котенка, и взглянул на Вацлава.
— Фей покажи.
— Ты только за этим пришел?
— Других поводов почти нет.
— Почти?
— Еще мне нужна принцесса светлых эльфов.
— Много хочешь, — усмехнулся Вацлав. — Но я подумаю, что можно с этим сделать. Высуши свою напарницу, что ли. И я вас проведу в комнаты дочери. Она сейчас с матерью в загородном домике, так что никто не помешает. Надо же, через столько лет…
— Столько лет? — поинтересовалась Тая, сдвигая с лица мокрые пряди и раздумывая над своим собственным поведением. Это было не в ее стиле, это было не в ее правилах. Она никогда не теряла над собой контроль до такой степени, чтобы это стало опасно для окружающих.
Ведь Вацлав мог ее ранить, и что бы последовало? Взрыв? Большой, красивый ба–бах?
Мысль, мелькнувшая в голове, была своя и вместе с тем — чужая, словно кто–то заботливо вложил ее, как часовую бомбу.
«Амулет».
«Амулет?» — повторила про себя Тая. С амулетом–то вроде бы было все в порядке. На одной половине шесть черных капель, на другой пять белых. Не надо было быть математиком, не нужно было применять любимые Таей технологии из высшей математики, разница. Разница в количестве капель, которая только недавно начала сокращаться, влияла на носительницу артефакта.
Если бы было больше белых капель, Тая бы любила весь мир. А при перевесе в одну черную каплю — просто повысилась ее агрессивность.
Взглянув на Вацлава, девушка улыбнулась:
— Извините. Не собиралась доводить дело до драки.
— Ничего–ничего, я тоже обычно красивых незнакомых девушек не оскорбляю.
— Голос посторонний?
— Откуда вы… Да что вы, — оборотень растянул губы в фальшивой усмешке. — Ничего подобного.
Тая кивнула и задумалась.
Значит, этот некий голос сопровождает ее до сих пор. Предпринимает попытки, правда, какие–то маловразумительные, ее убить. Чего–то ждет? Не очень на это похоже.
— Он не знает, что с тобой делать.
— Ой! — Тая, выпущенная из руки Дара, от неожиданности шлепнулась на пол, испуганно тараща глаза на старуху, закутанную в лохмотья.
Вацлав шагнул было к ней, но достаточно было одного взгляда алых глаз в его сторону, и князь оборотней сделал вид, что он вообще здесь ни при чем.
— Он?
— Да, это он, мужчина, потерявший свою любовь, а вместе с ней смысл жизни. Он — тот, кто не хотел, чтобы пришла настоящая Тайфун, он тот, кто ответственен за то, что погибли все девочки ранее. Он мечтал о конце света, он хотел, чтобы Кириан прекратил свое существование. Но пришла ты — и что делать с тобой он не знает.
— Почему? — хрипло спросила Тая.
— Магия. Ты можешь погубить Кириан, но с каждым днем, что ты проводишь здесь, в нем — мир оживает. Ты умираешь сама, но каждая секунда непрожитой тобой жизни — наполняет магией этот мир.
Глаза Таи расширились.
Словно в полусне она снова услышала обратный отсчет. Бесстрастный голос отсчитывал цифры:
— Две тысячи двадцать шесть… Две тысячи двадцать пять…
Это что же получается? Ее жизнь? Глашатай отсчитывает ее жизнь?
— Да, у тебя все меньше и меньше времени. Но спешить не надо, ты все сможешь сделать в нужный срок. Ты — дитя, которое так долго ждала эта исстрадавшаяся земля. Ты — истинная, единственная, но только тебе решать, как поступить с этим миром.
Из–под многочисленных складок лохмотьев показалась старческая изможденная рука. На ней один палец превратился в длинный алмазный коготь, и прямо в подставленные ладони Таи упала капля искристой крови:
— Я провидица княжеского дома оборотней, отдаю свою кровь добровольно. Будь осторожна, детка, я не знаю, кто «он», но он хоть и не решил пока, что с тобой сделать — вряд ли оставит тебя в живых.
— Спасибо, — пробормотала Тая, наблюдая, как величественно уходит по коридору старуха, наведшая полную смуту в ее голове.
— Что. Это. Было?! — прорычал Дар, повернувшись к Вацлаву.
— Моя пра–пра–пра–пра… бабка. Одна из тех, кому мы обязаны нашей изоляцией, кровавая княжна, черный ворон оборотней. Ей давали десятки имен, ненавидели и в народе, и в семье, а она до сих пор живет и дому помогает. Правда, я ее от силы видел раз десять, а тут сама вышла. Встать сможешь, красавица? Тут недалеко до дворца фей.
Тая отрицательно покачала головой.
Дар, пожав плечами, наклонился и подхватил девушку на руки.
— Придется промокнуть и мне немного, — сообщил он тихо ей на ухо.
Таисия смущенно улыбнулась, обняла его за шею.
Вацлав, смерив эльфа и его ношу странным взглядом, покачал головой:
— Опять на те же грабли? — спросил он тихо, затем повторил: — Идемте за мной, тут недалеко.
Недалеко растянулось на полдворца, тайный переход и отдельный этаж. У младшей княжны спальня была отделана в светлых тонах. На кремовых шелковых обоях цвели дивные цветы и порхали райские птицы.
Окна были не слишком большие.
— Тут северная сторона, по ночам холодно бывает, — пояснил Вацлав, открывая двойные двери. — А дворец — вот здесь.
То, что Тая ожидала увидеть — она не увидела. Перед ней не был игрушечный замок, перед ней была просто уменьшенная копия дворца оборотней, сделанная из маленьких кирпичей, выструганных досок, с самыми настоящими окнами.
— Какая красота! — ахнула девушка потрясенно.
— Сюда, — поманил ее Вацлав.
И спустя мгновение Тая наклонилась над своей первой настоящей феей.
У нее были коротенькие ножки и ручки, умиротворенное личико, белое простое платьице и огромные для такого крохотного тельца белоснежные крылья.
На столе перед ней был маленький чайный набор, но фея не сделала даже глотка, она просто сидела с приклеенной на лице улыбкой.
— Она… настоящая?
— Да, — кивнул оборотень. — Можете взять ее в руки.
Оглянувшись на Дара и дождавшись подтверждающего кивка, Тая осторожно взяла в руки малышку с фасеточными крыльями. И… глаза той распахнулись, став широкими и живыми.
— Ты! — обрадовалась она. — Как долго я тебя ждала!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
