Самая большая проблема состояла в конечном приближении и посадке.
— Если я правильно вас понял, лорд Коракс, предварительной бомбардировки не будет? — спросил Валерий. У его плеча появился Пелон со стаканом воды, который субцезарь взял без лишних слов. Он сделал глоток, пытаясь успокоиться. — Наши десантные корабли собьют еще в воздухе.
— Орбитальная защита будет уничтожена, — уточнил примарх. Он по привычке стоял в стороне от командоров, столпившихся вокруг центрального стола. — Когда мы захватим господство на орбите, ты сможешь начать высадку под обстрелом.
— У меня есть три корабля, лорд, которые способны разрушить наземные укрепления. Вашему легиону не придется демаскировать себя, я гарантирую вам. Разве это не так, капитан Вильгельме?
Командир «Решительного» кивнул.
— Торпеды сделают свое дело, — заверил Вильгельме.
— А вы гарантируете, что при этом не погибнут десятки миллионов людей, живущих в городе? — спросил Бранн.
— Мы постараемся избегать жертв со стороны гражданского населения. — Валерий покосился на префектора Антония, который что-то быстро подсчитал на инфопланшете и протянул его субцезарю. — Возможно, не больше пяти тысяч?
— Это не обычный город, — сказал Коракс. — Фулгрим не просто бахвалился, назвав его Идеальной Цитаделью. По словам моего брата, укрепления должны не просто служить для размещения гарнизона, но также защищать население. Идеальная Цитадель — не просто территория в городе, это и есть город. Фулгрим рассуждал, что население лучше всего защищено, если является неотъемлемой частью крепости.
— Он использует мирное население как живой щит? — спросил Валерий, ужаснувшись от одной лишь мысли об этом.
— Тогда он так не считал, — ответил Коракс. — В случае вторжения они бы стали ополчением и могли бы помочь в обороне. Это уже не важно. Там нет разделения между оборонительными сооружениями и гражданскими зданиями. В жилых башнях расположены оборонительные лазеры. Заводы защищены бункерами и замаскированными траншеями. Строительством дорог занимался Пертурабо, и они проложены так, чтобы защитники могли сдерживать атаку и наносить стремительные удары.
— Чтобы разрушить крепость, придется разрушить и сам город, — сказал Бранн.
— Чего мы делать не будем, — добавил Коракс. — Жители Нарсиса невиновны. Мы — посланники Императора, а не убийцы его подданных. Мы не можем нести весть, уничтожая население.
— Сложная проблема, — согласился Валерий. Он допил воду и отдал стакан Пелону, после чего пожал плечами, признавая поражение. — По-моему, высадка без орбитальной поддержки обернется катастрофой. Мы приземлимся прямо на их орудия.
— Там есть подходящее для посадки место, — заметил Алони, выведя на экран план территории вокруг Идеальной Цитадели. Он нажал кнопку — и на карте появилось перекрестие. — Здесь, на холмах к северо-востоку.
— Это же в двадцати километрах от города! — удивился Валерий, поднявшись, чтобы внимательнее изучить карту. — У нас нет такого количества танков и транспортов.
— Двадцать восемь, если точнее, — заметил Агапито.
Валерию нисколько не понравилось веселье в голосе командора.
— Вы будете атаковать пешим строем, — сказал Коракс. — Вы высадитесь ночью, хотя не ожидайте, что получите значительное преимущество, так как у врага есть сканеры и тепловизоры.
— Пройти почти тридцать километров ночью, чтобы атаковать город-крепость? — спросил Валерий. Испытывая дурное предчувствие относительно всей затеи, он понимал, что сейчас нужно говорить откровенно. — Эта стратегия обречена на поражение.
— Именно так, — сказал Коракс. Улыбка примарха встревожила Валерия. — Я не жду, что вы сами захватите Идеальную Цитадель. Вот почему мы здесь.
На гололитическом дисплее было видно, насколько безвыходная ситуация сложилась для глупцов. Капитан Гастен Лутрис Арманитан из Детей Императора прохаживался по комнате управления в своей башне, всматриваясь в каждый доклад и результаты сканирования. Естественный рельеф северо-востока направит атакующих к воротам Восьмой авеню с широкой улицей за ними, над которой доминируют три орудийные батареи, расположенные через каждые сто метров. Дальше город превращался в лабиринт пересекающихся зон огня из дотов и лазпушек.
— Их глупость станет причиной их поражения, — сказал он, разговаривая скорее с самим собой, чем с сервами легиона, которые стояли у пультов. — Такая типичная слабость — атаковать без должной предварительной бомбардировки. Чего они пытаются добиться?
— Они пересекли второй кордон, капитан, — доложил один из сервов. — В последнем докладе сообщается о массированном наступлении пехоты. Враг несет тяжелые потери.
— Было неразумно оставлять бронетехнику, — заметил Лутрис. — Все те противотанковые ракетные комплексы будут потрачены впустую. Пусть их расчеты займут Первый кордон.
— Так точно, капитан, — ответил помощник.
Лутрис сверился с хронометром. До рассвета оставалось чуть больше трех часов по терранскому стандарту. Первая волна наступающих даже не успеет дойти до стены, когда его войска получат полный обзор. Тогда начнется настоящая бойня.
Окраины Идеальной Цитадели совершенно не походили на то, ради чего их выстроили. Красивые висячие сады буйно разрослись на крышах и стенах белых домов, в воздухе витал аромат цветов. Украшенные колоннами фасады и выступающие галереи использовались тэрионцами как укрытия, пока они продвигались к воротам башни, возвышающейся над зданиями впереди. Дети Императора не жертвовали чувством прекрасного в планировке города, украшенные колоннами алебастровые строения в равной степени могли служить административными офисами или складами бронетехники — по внешнему виду сказать было невозможно.
Валерий шел вместе со своими людьми, решив пробиться как можно дальше в город, даже если их операция и была обречена на поражение. Ему пришлось смириться с бесславной гибелью своих войск на Исстваане, и он не хотел, чтобы сейчас все закончилось столь же печальным образом. На что бы Коракс ни рассчитывал, тэрионцы просто так не сдадутся. Нескольким шагоходам «Часовой» повезло уцелеть под обстрелом на подступах к городу. Они двигались в нескольких сотнях метрах впереди, разведывая путь для передовых сил численностью в триста человек. Валерий знал все это благодаря постоянным подсказкам трибуна Калориума, который следовал в нескольких шагах позади субцезаря.
— Сэр, передовой батальон столкнулся с очередной линией обороны, — сообщил Калориум, прижимая к уху похожий на чашку приемник. — Ведется огонь с балконов.
После этих слов Валерий поднял глаза и по-новому осмотрел ряды выступающих над ними галерей. Все оставалось таким же, как и когда они вступили в город. На первый взгляд бесполезные архитектурные формы на самом деле представляли собой огневые мешки, орудийные позиции или минные поля.
Чувствуя обеспокоенность командира, телохранители Валерия сомкнулись вокруг него плотным кольцом, их золоченые панцирные доспехи и белая форма покрылись грязью после длительного марша из зоны высадки.
— Возможно, нам следует поискать укрытие, субцезарь, — предположил вице-трибун Каллиста.
— И где же оно? — резко ответил Валерий. Он потерял четырех штабистов, которые решили укрыться в цветнике, усеянном, как выяснилось, минами. Каллиста неуверенно оглянулся. — Не важно, — бросил Валерий, продолжая идти посередине дороги.
Его раздражала борьба с невидимыми врагами, выходившими лицом к лицу, лишь когда отступали к следующей линии обороны. Ему не нравились подобные стычки. Без сомнения, если воины в пурпурно-золотых доспехах решат вступить в бой, они заберут куда больше жизней его солдат. Немного утешало лишь то, что они добрались до самого города, — обстрел из башен из центра прекратился, очевидно, чтобы не задеть собственных бойцов.
— Передовые отряды несут тяжелые потери, — доложил Калориум. — Запрашивают подкрепления.
При взгляде на трибуна сердце Валерия екнуло.
— Пусть третья и пятая роты выдвигаются из резерва. Посмотрим, смогут ли они обойти вражескую позицию. Прикажи пятой и шестой сформировать арьергард. Как дела у префектора Магеллия?
Пару секунд трибун говорил в приемник, а затем печально покачал головой.
— Вторую фалангу оттеснили назад, она потеряла треть людей, — ответил Калориум. — Сэр, поступает информация и от третьей фаланги. Ее уничтожают из укреплений у ворот.
Меньше чем в двухстах метрах взрыв поднял в воздух столб пепла и дыма. Пару секунд спустя на Валерия и его людей посыпались обломки.
— Что это было? — потребовал он, хотя Калориум уже отрывисто говорил по воксу.
