должна составлять хотя бы 30–40 процентов. Это даст возможность повысить благосостояние народа, что повлечет за собой развитие внутреннего рынка. Перед нами пример Китая. Мировой кризис мог поставить его в тяжелое положение, потому что в основном его продукция идет на экспорт. Но он стал развивать внутренний рынок и на фоне падения экономик других стран демонстрирует стабильный рост производства.
Нужна реальная борьба с коррупцией. Следует видеть подлинные масштабы этого явления и признать нынешнюю систему управления насквозь коррумпированной. Необходимы действенные меры, а не их имитация. Переименование милиции в полицию ничего не даст. Вот, кстати, случай, недавно происшедший у меня на глазах. Водитель превышает скорость. Инспектор говорит ему: «Или права отдаешь, или…» Раньше милиционер вслух назвал бы сумму взятки. А «продвинутый» полицейский нажимает на мобильном телефоне кнопку – там высвечивается цифра «2000». Мелкий, но весьма характерный эпизод.
Если же говорить о более масштабных делах, то самое печальное, что все идет сверху: должности продаются и покупаются при полной безнаказанности. Недавно я разговаривал с людьми в судейских мантиях. Они мне сказали: по их понятиям, граждане делятся на три категории. В первую входят те, кого можно судить как хочешь и давать срок какой хочешь – за них никто не заступится. Вторая категория – те, кого надо судить, так сказать, взвешенно, более или менее в рамках Уголовного кодекса. Третья категория – это неподсудные. Если бы после событий в станице Кущевская президент выразил бы недоверие Ткачеву и снял его, многие бы губернаторы призадумались.
– То есть они почувствовали бы себя не такими уж неподсудными…
– Да. Лужкова ведь сняли не за коррупционные дела, связанные с Батуриной, а за политические амбиции. Характерно, что Виктор Вексельберг на вопрос телеведущего Владимира Познера: «Можно ли в России вести бизнес честно?» – ответил: «Нельзя». Человек, входящий в первую десятку самых богатых людей России, относится к «неподсудным» и может говорить со всей откровенностью.
А кто такие «неподсудные»? Это современная элита России. Что она собой представляет, прекрасно сказано в книге Полторанина: «Ельцинские реформы выгребли из социальных подворотен весь человеческий мусор и подсунули в поводыри обществу – мошенников, фарцовщиков, спекулянтов театральными билетами, проныр по части „купи-продай“, базарных шулеров и наперсточников. Этому отребью позволили безнаказанно мародерствовать на российской земле, пинками открывать любые чиновничьи двери. И отребье в одночасье возомнило себя господствующим классом. Оно взялось навязывать стране свою волю, свой образ мыслей, свою гнилую мораль и воровским жаргоном выталкивать из обихода сакраментальный русский язык. И для этого принялось спешно прибирать к рукам средства массовой информации. Нуворишам важно было поставить на поток сеансы дебилизации населения, чтобы убить в нем гены сопротивления».
Смена элиты, пожалуй, главная задача нации. Но заменить ее очень сложно: нет запасной скамейки; повторюсь, коррумпирована вся система, притом она готова к воспроизводству своей элиты. В Сколкове создали школу, где готовят менеджеров высшего звена. Там учатся дети из очень богатых семей. Стоимость обучения – 60 тысяч долларов в год. Папа наворовал или купил, как Абрамович, нефтяные промыслы за 200 миллионов долларов, а продал государству – за 12 миллиардов и послал сына учиться. В свое время генерал де Голль, столкнувшись с необходимостью сменить элиту, создал Национальную школу администраторов. В нее брали лучших выпускников университетов, брали не за деньги и учили бесплатно. Из стен этой школы вышли Жискар д’Эстен, Жак Ширак, Жорж Помпиду… А что, условно говоря, можно ждать от сынка Абрамовича?
У нас еще есть грамотные экономисты, не ангажированные, честные специалисты, которые знают, что делать, как вывести страну из кризиса. Есть примеры других стран, у которых можно и нужно учиться. Но нужна политическая воля, а ее у сегодняшних руководителей страны, к сожалению, нет. Пока они – я имею в виду не только правящий тандем, но всю нашу элиту – заботятся о личном благосостоянии, а не благосостоянии народа, власть, используя образ Полторанина, действительно можно измерять в тротиловом эквиваленте, сравнивая со взрывчаткой, подложенной под здание российской государственности.
Беседовал Владимир Смык, «Фонд стратегической культуры».
2011 г.
Советский Союз распался. Кто виноват?
Двадцать лет назад на огромном евразийском пространстве произошла геополитическая катастрофа, во многом изменившая ход исторического процесса, принесшая бедствия миллионам людей, в одночасье оказавшимся в ином мире, в мире, разделенном границами новообразованных государств.
В преддверии этой даты по двум каналам Центрального телевидения России были показаны два многосерийных фильма: «СССР. Крушение» и «Крах империи». Глубоко убежден, и не я один, в том, что исторической правде соответствует второе название. Что такое Советский Союз? Территориально это та же Российская империя, то же пространство, освоенное духом русского народа, тысячелетиями создававшим страну от Балтии до Тихого океана, от Северного полюса до Вершины мира – гор Памира. Империю, дух которой впитал в себя как многовековую русскую культуру, так и культуру народов, населяющих эту огромную страну, занимавшую шестую часть суши.
25 декабря 1991 года в Кремле серпастое, молоткастое, с пятиконечной звездой Красное Знамя уступило место полосатому триколору России, потерявшей огромные территории и оставившей за своими границами более 25 миллионов соотечественников.
Был ли неизбежен распад Союза Советских Социалистических Республик? Если верить профессиональным антисоветчикам Сванидзе, Млечину и иже с ними, всячески стремящимися доказать, что исторически распад был обоснован, что директивная экономика должна была разрушиться, что межнациональные противоречия были вызваны естественными причинами, то да.
Но факты – упрямая вещь. И, опираясь на них, известные экономисты, историки, политологи утверждают обратное. Да, действительно требовались экономические реформы, совершенствование политической системы, требовалось умение своевременно, грамотно ответить на вызовы времени. Но это не означало, что для этого следовало полностью менять общественно-политическую систему, разрушить тысячелетиями формировавшуюся Российскую империю под названием Советский Союз.
Вице-президент Российской академии экономических наук, автор фундаментальной книги «Развитие экономики России за 100 лет» Василий Симчера приводит следующие факты. До начала перестройки темпы развития экономики страны составляли 4–5 процентов ежегодно, горбачевская «перестройка» 1986–1990 годов снизила прирост внутреннего валового продукта (ВВП) до 2,4 процента в год. Но даже при таких застойных темпах мы имели бы теперь, через 20 лет, ВВП не 1,6 триллиона долларов, а 4,3 триллиона, что гарантировало зарплату в эквиваленте примерно 2 тысячи долларов на работающего человека. В 80-х годах в стране имелся насыщенный собственными инвестициями и высокими технологиями производственный сектор. И за двадцать лет, даже при условии сохранения двухпроцентного роста экономики, мы по объему ВВП на душу населения (20–22 тысячи долларов) не мечтали бы догнать Португалию, а сравнялись бы с
