Он искоса взглянул на нее.
— Что, плохо?
Зоэ ничего не сказала, только закатила глаза и скрестила руки на груди. Пожав плечами, Мерсер проехал еще с милю, потом свернул с главной дороги на лесную, которая шла вдоль самого высокого хребта Грейторпа.
Зоэ просто вибрировала от нетерпения.
— Мерсер, куда мы едем? — возмущалась она. — Тут никакой дороги нет! Карета застрянет!
— Я знаю дорогу, — сказал он спокойно. — Тут есть старые следы, если знать, куда смотреть.
— Хорошо, ты собираешься рассказать мне о «шокирующем письме»? — горячилась она. — Или это уловка? Я начинаю думать, что ты хочешь завезти меня в дебри Суссекса и бросить умирать от голода. При таком исходе я тебя больше никогда не расстрою.
Запрокинув голову, он расхохотался.
— О, для этого ты слишком умна, моя дорогая.
К тому времени, когда ты доберешься домой с листьями и щепками в волосах, ты научишься ловить белок на обед и добывать огонь трением. А потом задушишь меня петлей, скрученной из виноградной лозы, или каким-нибудь другим смертоносным оружием.
— Что за чепуха! — фыркнула Зоэ.
— Я никогда не недооценивал твои таланты, — невозмутимо ответил Мерсер. — Сегодня ты научилась орудовать метлой и ополаскивать горшок.
— Ох, ради Бога! — проворчала она. — Я готова поколотить Тру за это! И мы всего лишь мыли кухню. А это не законы Ньютона. — Внезапно она немного повернулась. — Впереди просвет? — Зоэ указала на широкий поток солнечного света.
— Да. — Мерсер резко остановил лошадей.
— Где мы? — спросила Зоэ. — Почему мы здесь? Мерсер! Как ты повернешь карету вокруг всех этих деревьев?
Мерсер не ответил, он повернулся и притянул ее к себе. Зоэ с резким вздохом прижалась к нему.
— Ты когда-нибудь замолчишь? — Его дыхание овевало ее щеку.
— Да, — сказала она, — как только добьюсь своего. Мерсер хмыкнул и поцеловал ее, одной рукой обняв за талию, а другой, лаская теплые волосы на макушке. Обвив руками его шею, Зоэ снова вздохнула. Мерсер приоткрыл языком ее губы и медленно проник в ее рот.
Когда они оторвались друг от друга, глаза Зоэ были широко распихнуты.
— Теперь, — сказал он спокойно, — я добился своего.
— Вот это да! — задохнулась Зоэ. — Ты для этого привез меня сюда?
— Отчасти. — Он прикрыл глаза и, поддавшись искушению, поцеловал ее снова. На мгновение он потерялся в ней и видел ее нагой в свете костра на берегу. В ту ночь он понял, что просто не может жить без нее. Возможно, пора сказать ей это?
— Зоэ, — хрипло произнес он, оторвавшись от ее рта, — Зоэ, я не могу жить без тебя и не собираюсь. Ты понимаешь?
Глядя ему в глаза, она положила ладонь на его щеку с пробивавшейся щетиной.
— Ох, Мерсер! — тихо сказала она. — Что случилось? Объясни.
— Все случилось. — Он чуть отстранил ее и взял за плечи. — Зоэ, я избавился от Клер, раз и навсегда. Никакого ребенка не было, как я и говорил. Она никогда тебя больше не потревожит, даю тебе слово.
Зоэ смущенно улыбнулась:
— О Боже, ты столкнул ее с утеса?
— Нет, лучше, — ответил он. — Я отправил ее в Дувр сегодня утром.
— Я об этом слышала, — призналась Зоэ. — Но другое… ты совершенно уверен? Она не была беременна? Он покачал головой:
— Подозреваю, что это с самого начала была ложь. Хотя она не захочет в этом признаться. Главное, она возвращается во Францию. К мужу.
— К мужу? Он ее примет?
— О, у Клер есть определенные таланты, — мрачно улыбнулся Мерсер. — Она убедит его… я дал ей стимул сделать это.
— Значит, не утес, а обычный шантаж? — усмехнулась Зоэ. — О Господи! Мерсер, ты действительно такой холодный, как говорят.
— Зоэ, эта «бедняжка» собиралась погубить тебя, — мягко сказал он. — И я не сделал ничего такого, чего она не заслужила.
Улыбка Зоэ мгновенно исчезла.
— Возможно, нет, — пробормотала она. — Боюсь, я могу погубить себя и без помощи Клер. Действительно, я… Боюсь, я уже это сделала.
Мерсер поцеловал ее снова, едва коснувшись губами, и когда отстранился, увидел, что глаза Зоэ затуманены слезами.
— Зоэ! — мягко предупредил он. — Давай больше не будем говорить о погибели. На, прочитай.
Она медленно взяла письмо.
— Ох! — вскрикнула она, увидев небрежно написанный адрес.
— Зоэ, милая моя. О чем ты думала?
Она уставилась на сложенный листок бумаги, не веря своим глазам. Но ошибки не было. Как письмо оказалось у Мерсера? Потом ей пришло в голову, что возможен только один способ. У нее задрожали руки.
— О, Мерсер! — Зоэ умоляюще смотрела на него. — Это правда? Она, наконец, приехала?
— Приехала, — спокойно ответил он.
Зоэ резко повернулась на сиденье. Калейдоскоп мыслей и эмоций вращался в ее голове с тех пор, как его губы коснулись ее рта. И это… чудо.
— Пожалуйста! — быстро заморгала она. — Пожалуйста, скажи, что она простила его! Что она его все еще любит. Ведь должна любить, правда? Если приехала из Лондона?
— Она все еще его любит, — улыбнулся ей Мерсер. — И со временем, думаю, простит его. Но она прибыла из Йоркшира, почтовой каретой, ни больше, ни меньше. Именно поэтому она так долго добиралась. Ты ведь приходила в отчаяние от того, что ее нет. Жалею, что ты не доверилась мне.
Взгляд Зоэ снова упал на письмо.
— Но ты выбранил бы меня, — ответила она, разглаживая складки на бумаге, словно это драгоценный манускрипт. — Ты же знаешь, Мерсер, что сделал бы это. Мои поступки никогда тебя не устроят.
Он тихо прищелкнул языком.
— Зоэ! Я действительно для тебя такой людоед? Даже после того, что было между нами?
У нее вырвался то ли смешок, то ли рыдание.
— Да! — объявила она. — Ты самый строгий и суровый человек на свете! Я никогда не была способна угодить тебе.
— Ну, уж это неправда, милая, — сказал он. — Ты мне очень угодила. Ах, Зоэ, что с нами будет?
— Я не знаю, — вздохнула Зоэ. — Скажи, что ты сделал с бедной миссис Уилфред?
— Я отвез ее к летнему дому и оставил там, в объятиях Робина.
— И ее не оттолкнул его шрам? — не унималась Зоэ. — Думаю, нет, — усмехнулся Мерсер. — Эта леди пылко целовала его… губы, а потом все лицо.
— О! — У Зоэ перехватило дыхание. — Мерсер, она выйдет за него?
— Я думаю, что Робин скоро сделает ей предложение, поскольку он усвоил урок, — ответил Мерсер. — Что касается леди, то у нее внутри стальной стержень. Я не уверен, что Робин понимал это, когда влюбился в нее.
— Ох, но мы не выбираем, — прошептала Зоэ. — Мы не выбираем, Мерсер, кого любить.
Он взял ее руку и поцеловал.
— Знаешь, кое-кто очень мудрый недавно сказал мне то же самое.
