больными на всю голову героинями? Ник, ты что, искренне надеялся, что тебя будут ждать? После того как ты объявил о нашей свадьбе всей группе. Когда пригласил из всех на нашу свадьбу сразу после практики, а на следующее утро просто исчез. Молча, сменив все контакты, - поинтересовалась Марья, в ее голосе не было злости или обиды, только искренний интерес.
- В этом виновата ты одна! Нечего было скрывать из какой ты семьи! Сказала бы правду, и матушка...
- Женилась бы на моей семье... - закончила за него женщина. – Пиявок нам не хватало для полного счастья.
- Этот бездарь-детектив ничего не раскопал, но почуял, что под хвостом горит, и смылся!
- Все он раскопал. Очень талантливый человек, папа его ценит. Тогда служба безопасности нашей семьи не спала в оглоблях, и его тихо прихватили. - Марья все еще улыбалась, рассказывая. - Знаешь, папа тогда предложил мне на выбор: отдать заказчице собранный материал, открыть мое инкогнито, или оставить все как есть. Ну, ты понял, что я выбрала, очень уж верила в твою любовь. Правда, дура? - Ник зашипел, выругался сквозь зубы.
- Никитос…
- Не смей называть меня этим дурацким именем! Я Николас!
- Хм… Ник, пойми и прими, не торкнуло у меня ничего, даже когда тебя увидела впервые после твоего побега… И потом сколько раз мы виделись! Вообще не понимаю, чего ты вдруг так вздребездался?
- Проснулся сегодня и показалось, что я опять в походе, в палатке, с тобой, и даже не сразу понял, где я…
- Ну, извини, обещаю быть внимательной и включать глушилку…
- Да причем здесь это?! Просто бесит, что ты с ним …
- Ник, тебя точно по голове шибануло! – Марья уже конкретно офигевала от этого наезда, но все еще надеялась достучаться до мозгов собеседника. – Пойми, все прошло и прогорело, ты мне никто! С чего вдруг такой всплеск?! Ты же перед шерифом так красиво нас с Киа защищал…
- Но я не думал, что это серьезно!
- Вот где были мои глаза и мозги, что я не видела какой ты самовлюбленный индюк!
- Что?! Да я...
-Четырнадцать!
- Что четырнадцать?
- За наш разговор ты четырнадцать раз сказал «я», четыре раза «ты», когда меня обвинял, и ни разу «мы»... Разговор беспредметен, и он последний. Успокойся, Ник, мы друг другу чужие, как были, так и остались.
- Но почему тебе так хорошо с этим уродом?!!! - взвился Ник, и все, кто с интересом наблюдали за явно ссорящейся парочкой, получили то, что хотели. Марья коротко, без размаха ткнула мужчину под дых с такой силой, что тот, наклонившись вперед, опрокинулся со скамейки на четвереньки. Пока он пытался восстановить дыхание, женщина шипела ему на ухо, не хуже гремучки. Только погремушки на конце хвоста у нее не было и то, только за отсутствием хвоста.
- Слушай ты, козел! Еще раз вякнешь чего про Киа, и я тебе нос сломаю! И впредь постарайся обращаться ко мне только по о-о-очень важным вопросам... - она резко встала и повернулась, чтобы тут же уткнуться в шелковую рубашку Кианга. Марья вскинула глаза и резко выдохнула:
- Киа, нет! Это наше с ним прошлое, и мы, наконец, поговорили! - китаец взглянул на все еще пытающегося вздохнуть Ника. Взял свою женщину под руку, чувствуя, как ее потряхивает нервная дрожь, повел по дорожке. - Знаешь, вот смотрю я на него и думаю, как в юности гормоны мозги вышибает. Он же таким был всегда... И вообще, я почему-то такая голодная, что ужас.
- А как ты относишься к китайской еде? - вкрадчиво поинтересовался Кианг.
- Ну, если специй класть поменьше, то очень даже люблю, - Марья остановилась и уставилась на спутника. - Ты хочешь сказать, что тут есть китайский ресторан?!
- Если и ресторан, то очень маленький, но там-таки кормят, как говорит наш Изя, - улыбнулся китаец.
- Кого стоим? Куда ждем?! Этого винторогого с собой не возьмем! Облезет!
Китайское заведение было совсем небольшим, дверь и два окна по сторонам. Все это накрывал навес-маркиза красного цвета, над дверью с вывески улыбался смешной черно-белый медвежонок, а надпись с двух сторон от рисунка гласила - «MISTERS PANDA».
От всего этого повеяло таким родным и привычным, что Марья даже глаза прикрыла.
Пока Кианг беседовал с хозяином маленького ресторанчика, Марья с удовольствием осматривалась. Все было так знакомо: шелковые расписные фонари, свисающие с потолка, большие бумажные веера на стенах. Покрашенные темным потолочные балки, легчайший запах благовоний и сильный специй. Их провели в отдельную комнату, в сопровождении кланяющегося хозяина, китайца лет за сорок, крепенького как боровичок. Комната с традиционной китайской мебелью, с картинами, написанными на мокром шелке и расписанным фонарем, явно предназначалась для особых случаев.
- Ой, и настоящий крутящийся стол! - Марья подошла и легко толкнула круг в средине стола. Тот плавно сдвинулась с места, вращаясь. Женщина, улыбаясь, повернулась к мужчинам, увидела круглые от удивления глаза хозяина заведения. Вздохнула, в очередной раз прокололась и привлекла к себе ненужное внимание. Ну откуда среднестатистической миссис знать, что в настоящем китайском ресторане круглые столы с вращающейся серединой! Чтобы сидящие за ними люди не тянулись за понравившимся им блюдом, а просто повернули столешницу.
- Дорогая, я заказал нам обед, или ты хочешь сама выбрать блюда? - Кианг тоже понял щекотливость положения и поспешил вмешаться.
- Пусть. Узнаю, что ты любишь, - Марья, улыбаясь, уселась на невысокий диванчик. - Только у меня одна просьба к повару: специй положить на кончике ножа. Увы, мой желудок белого человека не приспособлен к настоящей китайской кухне, - хозяин заведения закивал, согнулся в почтительном поклоне и вышел.
- Да, Марь, ты его удивила просто насмерть, - улыбнулся Кианг. - То, что ты оглядывалась так, как будто встретила старого и доброго знакомого, это он пережил, хоть и с трудом. Вот столом ты его добила.
- Даже не представляешь, насколько знакомым! Мне даже показалось, что если я выйду за дверь, то окажусь напротив нашего офиса, - женщина закрыла глаза и помотала головой. - Вот такая же кафешка.
- И у вас много китайских ресторанов? - с недоверчивым удивлением переспросил Кианг.
- Да. И китайских, и японских, но их я не очень люблю, сырая рыба - не мое. Еще есть доставка китайской еды на дом.
- Даже так?!
