электризация металлического клапана вызовет какое-то другое последствие, но пока не был ни в чём уверен. И надеялся, что нам не придётся испытать это последствие, когда мы сами находимся внутри замка.
Гвен: «Хорошо. Сумасшедшая ты сволочь. Я обеспечу. Но вы, ребята, торопитесь».
– Вперёд, – сказал я своим. – Шевелимся.
Мы обследовали оставшиеся комнаты первого этажа замка; все они оказались пустыми. Там были картины и мебель из стекла. Не могу сказать, чем всё это было раньше, так как стулья превращались в пыль или раскалывались на куски, стоило приподнять их с пола. Картины представляли собой квадраты на стенах, и только.
Мы поднялись на второй этаж и обнаружили там то же зрелище. Стол, заставленный зельями. Я прикоснулся к одному, и оно тоже рассыпалось пылью, которая вихрем поднялась в воздух. Я прикрыл рот и попятился, опасаясь вдохнуть мелкие частицы. До меня постепенно доходило, что, вероятно, существует способ восстанавливать эти предметы, тогда мы могли бы собрать их в лут. Снаружи доносился громкий рёв песчаной бури. Молнии продолжали лупить.
– Прекращаем трогать дерьмо и занимаемся делом, – скомандовал я.
– Согласна, – отозвалась Катя.
Мы переместились в подвал. Потолок там был низкий, оставалось всего несколько дюймов до моей головы, что усиливало клаустрофобию. Катя была вынуждена расширить бёдра и убавить рост, чтобы поместиться. У основания лестницы располагалась маленькая круглая комната с широкой и высокой (до самого потолка) деревянной дверью в дальней стене. Дверь не была сделана из стекла или песка и не магической природы. Обычная дверь, первый увиденный нами в замке предмет не из стекла. Из-под неё нас слепил мигающий свет.
Несомненно, это была дверь в комнату босса замка.
– Похоже, на другой стороне тоже есть большая комната, – сказала Катя. – За ней маленькая комната и лестница на другой этаж.
– И я вижу лестницу, – согласился я.
Теперь, когда я находился на одном уровне с выходом, эта лестница высветилась на моей карте.
– Я не вижу монстров, – объявила Пончик. – Никаких. Но я слышу голоса.
– «Любопытный Том»[158], – прошептал я.
– Мы же договорились называть этот сценарий «Любопытный Монго», или ты забыл?
– Просто действуй, – сказал я. – И сначала выключи свет.
Факел погас, и в двери образовалась махонькая дырочка. Я выждал пару секунд и заглянул внутрь комнаты. Увидел я не много. Потолок – не выше, чем там, где мы находились. Стопки книг и журналов на полу, несколько миниатюрных статуэток в витрине. И ничего стеклянного, кроме стен и потолка. Правда, я видел, что пол засыпан песком, как будто сама комната стояла на песчаном пляже. Были там ещё какие-то кучи, в основном горки одежды. Странное смешение чёрных и розовых тканей, причём на столах. Бардак был не таким устрашающим, как в жилище Скряги на первом этаже[159], но в дырку просачивалось зловоние.
Я не увидел источника мигающего света. Если бы я не знал вообще ничего о том, где нахожусь, то решил бы, что мигает телевизор. Или видеоигра. То же подумал бы и о звуках.
Я отступил от двери на шаг и шепнул:
– Отставить.
– Что не так? – отозвалась Пончик, тоже шёпотом.
Она уже была готова пустить в ход Часовое утроение, которое вызвало бы появление в комнате двух динозавров. Но я не мог избавиться от ощущения, что если мы сразу атакуем то, что находится внутри, то лишимся возможности узнать, что же там происходит.
– Планы меняются. Запусти заклинание Астральная лапа – перенеси сюда пачку журналов или что-нибудь в этом роде. Я хочу заглянуть в отверстие и посмотреть, отреагирует ли на это что-нибудь внутри. Иногда можно заставить босса показаться прежде, чем залезть к нему в ловушку.
– Карл, не нужно лишний раз шевелиться, если мы не хотим проблем, – проворчала Пончик. – Для того-то в первую очередь у нас и есть система. Так что нам ни к чему об этом думать.
Кошка прыгнула на моё плечо, чтобы посмотреть в дырку. Я погладил её по голове.
– Мы назвали наш сценарий «Любопытный Том», значит, мне надо заглянуть в комнату и решить, нужны ли нам Монго-на-час. Вот в чём смысл названия.
– «Любопытный Монго». Серьёзно, Карл. Если ты будешь неправильно использовать названия, нам придётся тратить лишние полчаса в день, чтобы практиковать систему перемещения, а это собьёт мой график причесывании. Не так уж трудно запомнить. Катя всегда помнит названия.
Прежде чем я успел ответить, Пончик припала к дырке и скорчила гримасу.
– О боже, этот Волшебник просто неряха. Воняет тухлой курицей и гнилыми овощами. Песок на полу просто холодный. Он смотрит телевизор. Я не узнаю программу, но похоже на мультик. Хорошо. Сейчас я сделаю пачку журналов. – Она оторвалась от дырки. – Сделано. Если честно, не знаю, что это нам даст. Ты никогда не замечаешь, если я перемещаю предметы.
– Я замечал. Просто привык.
Я вернулся к магическому отверстию. Невидимая для меня программа прекратилась, и комнату наполнила тишина. Я не видел, что сделала Пончик. На песчаном полу тоже не было видно ничего.
– Там кто-то есть? – окликнул голос.
И как только он прозвучал, на моей миникарте возникла единственная белая точка – в том месте, которое с моей позиции просматривалось. Там появилась фигура. Шаркая, она шла через просторную комнату. Мужчина, одетый в то, что показалось мне купальным халатом.
На секунду я в растерянности подумал, что передо мной Луис, что, конечно, было абсурдом. Это был неопрятный, грузный парень двадцати с чем-то лет с длинными волокнистыми волосами. Он добрёл до центра комнаты и посмотрел вниз, на песок. Пробормотал что-то, чего я не расслышал, и вновь повернулся к телевизору. Я смотрел на него, пока он не пропал из поля зрения.
Гази. Человек. Уровень 43 Стеклянный Волшебник
Гази, известный практически всей округе как Сумасшедший Волшебник с Дюн, прибыл в эти места с той же целью, что и капитан колоссальной субмарины Шеймас Цепной: найти спрятанное сокровище, которое, как рассказывали, захоронено в некрополе Ансера.
Будучи магом, чьей специализацией были трансформация и телепортация энергетически заряженных частиц, Гази сказал коллегам в Ларракосском колледже волшебства, что он разыскивает Ворота Одичавших Богов, чтобы изучить их потенциальную пользу для надёжной телепортации на дальние расстояния.
В сущности, это была ложь.
Истинная цель поисков баснословного артефакта состояла в том, чтобы вступить в контакт с Ярило[160], запретным богом похоти. Он стремился получить простейшую награду в обмен на освобождение бога.
Гази хотел, чтобы Ярило заставил прославленную Лику влюбиться в него.
Лика – это трубадурка. Полунаяда. Она приняла обет безбрачия. Кроме того, она – вымышленный центральный
