не попадала в область видимости космических аппаратов, изучающих Солнце. Если говорить точнее, то один из пары спутников STEREO, летящих по той же орбите, что и Земля, но опережая или отставая от нашей планеты на шестьдесят градусов, мог бы зафиксировать полет кометы с близкого расстояния. Для этого космический аппарат нужно было развернуть, и такие маневры уже не раз с успехом проводились в прошлом. Проблема была в том, что связь с этим спутником прервалась еще первого октября 2014 года. Попытки восстановить контроль были предприняты спустя два года и увенчались временным успехом, но через месяц STEREO-B замолчал навсегда.
Другой космический аппарат – SOHO, расположенный в полутора миллионах километрах от Земли на воображаемой линии, соединяющей нашу планету и Солнце, был хорошо известным открывателем околосолнечных комет. Уже тысячи ледяных глыб, приближающихся к Солнцу и становящихся активными от его жара, были открыты на снимках с двух солнечных коронографов, установленных на этом спутнике, который все еще продолжал работать, несмотря на свой почтенный возраст. К сожалению, и здесь комета «выбрала» такой путь, что совсем немного не зашла в поле зрения одного их этих приборов, аккуратно огибая его по дуге.
Любители астрономии предпринимали постоянные попытки отыскать комету на дневном небе. Как бы это ни казалось странно, но самые яркие кометы, приближающиеся к Солнцу, могли становиться видимыми даже на голубом небе, посреди ясного дня. Однако комета Ковалева-Тереховой была не такой. Она не могла похвастаться ни своим размером, ни активностью, уникальной ее делала лишь орбита, пересекающая орбиту Земли в неудачное время. В итоге все попытки отыскать ее с Земли оказались безрезультатными.
Такое положение дел вызвало новую лавину слухов и домыслов. Информационное пространство бурлило. Каждый день появлялись все новые и все более устрашающие теории: «Ученые видят комету, но скрывают это. Она увеличилась настолько, что просто-напросто уничтожит Землю», «комета источает смертельный яд, и атмосфера планеты будет полностью отравлена на сотни лет вперед», «комета является космическим кораблем пришельцев и выполняет маневр перед высадкой на Землю». На фоне всей этой истерии мир содрогнулся от страшного известия – в Южной Америке одна из сект устроила массовое самоубийство. В огне сгорели более двухсот человек, включая детей. И, к сожалению, было абсолютно ясно, что это лишь начало.
Сергей уже много недель не открывал почтовый ящик и социальные сети. Они были заполнены тысячами сообщений, которые астроном уже давно перестал читать. Мир, сначала старающийся сопротивляться панике, в итоге рухнул в нее с головой. На Земле сейчас не было практически ни одного спокойного места.
До наступления комендантского часа в Москве оставалось менее тридцати минут, и Сергей спешил домой. С начала декабря он съехал со своей съемной квартиры и вернулся к родителям. У него имелся пропуск, но он предпочитал не оставаться на улице допоздна. В городе было неспокойно. Конечно, это не шло ни в какое сравнение с теми боевыми действиями, что творились во многих мегаполисах Европы и США, но все же обстановка оставалась тревожной. Участились грабежи и разбои. Вместо ювелирных магазинов нападению подвергались простые супермаркеты и грузовики, перевозящие продукты. На улицах, вслед за полицией и Росгвардией появились и военные патрули.
Ковалев работал без выходных. В институте они с Андреем создали стенд для отработки их роботизированной системы и раз за разом испытывали ее в разных ситуациях, вылавливая последние неточности и шероховатости в работе. До сдачи проекта оставалось меньше недели, и сейчас Сергей даже не каждую ночь приезжал ночевать домой, все чаще оставаясь в институте, проваливаясь в сон по несколько часов на раскладушке. Уход в работу помогал отвлечься от всего того, что происходило вокруг: от новостей до очередей в магазины, куда теперь пускали по паспорту и лишь в определенные дни недели. Работа стала его эскапизмом. Атмосфера становилась все тягостнее, и Ковалев поймал себя на мысли, что уже ждет эту дату – шестнадцатое января, чтобы страшный пузырь ожидания неизвестности наконец-то лопнул. Ну, а дальше будь что будет.
В ста восьмидесяти двух миллионах километрах от Земли комета прошла перигелий – незримую точку максимального сближения с Солнцем. Ее ядро кипело, как забытый на огне чайник. Отовсюду вырывались все новые плюмажи выбросов газа и пыли. Поверхность ядра трещала по швам, обрушивались огромные каверны, исчерпавшие запасы летучих веществ, некогда скрытых под поверхностью. Но, несмотря ни на что, оно сохраняло свою целостность. Комета навсегда прощалась с Солнцем, к которому так стремилась на протяжении миллионов лет своего одинокого путешествия. Теперь ее путь лежал навстречу Земле.
* * *
24 декабря 2023 года, 20:40 UTC-5, расстояние до кометы: 0.754 а. е.
Флетчер сидел на семидесятом этаже Нью-Йоркского небоскреба, в одном из самых известных и дорогих ресторанов города. Теперь это была его жизнь, и он к ней очень быстро привык. Наступил рождественский сочельник. Не сказать, что Брендон являлся человеком религиозным, хотя в детстве, стащив что-то из продуктовой лавки, он всегда просил Бога о прощении. В его доме никогда не было тех пышных праздников, что любят показывать в кино. Он не ждал подарков, а став постарше, начал просто слоняться со своими дружками в праздничную ночь по подворотням, отыскивая пьяных людей, бредущих нетвердой походкой домой, и забирая все то, что не успели вытащить из их карманов в пабах.
Как всегда, Флетчер выбрал столик у панорамного окна. За ним простирался знакомый и в то же время такой незнакомый город. Почти не было иллюминации, небоскребы оставались темны, и лишь кое-где в окнах все еще горел свет. Не пестрели рекламой улицы. После введения в город солдат правительству удалось оттеснить протестующих и создать в центре Манхэттена «зеленую зону» – небольшую охраняемую часть города, где снова могли ездить автомобили, работали дорогие магазины и рестораны. За ее пределами, вне основных магистралей, которые тоже патрулировались бронеавтомобилями, царил хаос. Нью-Йорк постепенно пустел и к рождеству уже чем-то напоминал город-призрак, в крохотном сердце которого еще теплилась жизнь.
К столику вымуштрованной походкой подошел официант, виртуозно открыл бутылку вина и немного налил в бокал Флетчера. Тот с задумчивым видом отпил, покрутил его в руках, пытаясь уловить исчезающий аромат и распознать раскрывающийся букет. Хотя кого он обманывал? Брендон хорошо научился подражать богатой жизни, но не жить ею. Он не разбирался в вине. Найдя понравившийся ему сорт, он просто каждый раз заказывал самую дорогую бутылку, которая имелась в винной карте. Официант невозмутимо ждал, выпрямившись по стойке «смирно». Флетчер не торопился, он играл свою любимую роль. Наконец он кивнул, и официант наполнил бокал.
После своего праздничного ужина Брендон стоял в холле, ожидая пока «Скала» подаст машину ко входу. У него было отличное настроение, он праздновал свой личный праздник – сегодня прошел
