а ему хоть бы что! Предлагает, как кофе попить.
— А что потом? Секс? — спрашиваю дерзко, не отказывая себе в удовольствии называть вещи своими именами.
— Секс? — Алекс переспрашивает это с таким трагизмом в голосе, что не рассмеяться просто невозможно. И напряжённость атмосферы бесследно исчезает, — ты говоришь ужасные вещи, Женя.
— Почему? — решаю ему подыграть.
— Ну, во-первых, секс — это ведь очень неприлично, да?
— А во-вторых? — улыбаюсь.
— Во-вторых, мы слишком мало знакомы для этого. Прошлое не в счёт! Ты же так давно не видела меня, может быть, я очень изменился за это время, подрос, например…
Мы смеёмся как подростки над этой шуточкой, но Алексу уже не выбить меня из колеи. Я, наконец, понимаю, что должна сказать ему. Так хочется правды? Получите-распишитесь, мастер Найт.
— Нет, на самом деле все гораздо проще, — охотно объясняю я ему, делая неопределённый жест рукой, — просто для тебя это все так… мимолётно! А для меня нет.
— Откуда такой вывод? Ты так хорошо знаешь меня? — Алекс спрашивает спокойно, но я с удивлением замечаю, что этот простой вопрос вызывает в нем бурю эмоций, которую он даже не пытается скрыть, — и что именно мимолётно?!
Теряюсь немного от его менторского тона. Буравит меня требовательным взглядом, но тут мы, к счастью, приезжаем. Жапех с неожиданной скрупулезностью, очень аккуратно паркуется под подъездом трехэтажного многоквартирного дома из белого камня. Делаю вид, что внимательно наблюдаю за процессом парковки, в то время как невозмутимый Алекс «наблюдает» меня.
— Слишком много вопросов, — пожимаю плечами и улыбаюсь, пытаясь перевести все в шутку.
Проворно выскакиваю из машины первой, не дожидаясь помощи от него или лейтенанта. Последний выходит, смущённо глядя на нас, и останавливается в сторонке чуть поодаль, видимо дожидаясь дальнейших инструкций.
Но Алекс не отстаёт! Выйдя из машины и обогнув ее, он становится прямо напротив меня, не давая пройти и вынуждая посмотреть ему в глаза.
— Я что-то не дождался ответа хотя бы на один из них!
— Тише ты, — делаю большие глаза, шикая на него. Смеюсь, — да уж, нервный супермэн, это нечто.
— Я не супермэн, — отзывается он ровным тоном, — я человек. Живой, с чувствами… Хотя, вряд ли тебе это может быть интересно!
— Почему бы мне это было неинтересно? — реагирую беспокойно, все больше волнуясь из-за высокого накала напряжения между нами. Да чем я так завела его?
— Потому что ты привыкла плыть по течению, — теперь он говорит отрывисто и резко, — так ведь проще, да? Тебя забрали, поплакала немного и живешь дальше. А потом встретился хороший парень — общественное мнение отдает приказ выйти замуж… Печальная история! Даже если бы кто-то уволок меня силой, я бы, поверь, нашел возможность приехать позже, на твоём месте! Я бы ограбил кого-нибудь, чтобы достать билет, или украл из кошелька отца, ради тебя… Так что не тебе говорить мне о мимолётности.
Алекс говорит тихо, но выглядит очень злым. А я чувствую, как и сама начинаю закипать от возмущения. Прикладываю руки к разгорающимся от избытка эмоций щекам, чтобы успокоиться немного.
То, что он сказал сейчас — отчасти правда, но только отчасти. Кое с чем я согласна! Но, мне что, действительно, надо было пойти кого-то грабить и ехать в другую страну в своих неполных восемнадцать? Я понимаю, что он может сказать — ты могла бы приехать и позже. Но где он сам был позже? Точно не в Америке. Алекс понятия не имеет как я жила все эти годы.
И как перенесла нашу разлуку! Что поделать, если не всем дано уметь так лихо рубить с плеча, как он, и быть полновластным хозяином своей судьбы?
Где-то в глубине души я понимаю, что он не сказал сейчас ничего такого обидного или неправдивого, но почему-то все равно чувствую себя оскорблённой! Ведь разве он один пострадал тогда?!
Ух, и выскажусь же я этому обиженному! При первой удобной возможности.
— Мы ещё вернемся к этому разговору. Не думай, что на этом все, — холодно бросает мне Алекс, словно читая мои мысли.
Идёт к Жапеху, не соизволив дождаться моей реакции. Я отправляюсь следом, и тоже очень злая.
— Извините за задержку, лейтенант, — Алекс говорит коротко, — благодарю за службу! Вы можете быть свободны. Ключи, номер квартиры?
Жапех с готовностью сообщает, что в квартире нас ожидает еще один сотрудник полиции, и называет номер квартиры в этом симпатичном доме, который послужит нам временным пристанищем. Даже в неярком свете фонарей заметно, что он самый чистый и ухоженный в этом квартале. Конечно, большую часть дороги Алекс не давал мне возможности глазеть по сторонам, но, по моим наблюдениям, мы находимся где-то в центре города. Рядышком с домом приветливо сверкает огнями небольшой продуктовый магазин.
Пока я осматриваюсь, Алекс отпускает Жапеха окончательно, и тот вежливо прощается с нами. Я тоже говорю ему до свидания, поблагодарив. И радуюсь от души густому полумраку возле подъезда, где мы общаемся с ним, потому что мне до сих пор неловко.
Молча, вдвоем поднимаемся на второй этаж, где чуть ли не с порога квартиры нас радушно встречает очередной любезный полицейский. Бросаю искоса взгляд на Алекса — и как ему это удаётся?! Все пляшут вокруг нас, ждут нас, буквально. Неужели эта корочка спецагента Британской разведслужбы даёт такие привилегии, и реально открывает все двери? Или здесь больше заслуга в личной предприимчивости Алекса?
Выслушав от сержанта Бека подробные объяснения по вопросам жилья и ещё по каким-то вопросам, о которых они говорят вполголоса, а я не прислушиваюсь, раскладывая свои нехитрые вещи, Алекс прощается и с ним. Я слышу, как дверь за сержантом закрывается.
Поворачиваюсь к Алексу, раздумывая, продолжить ли наш раунд. С тёплой улыбкой подмигнув мне, он достаёт телефон и подходит к окну.
— Добрый вечер, полковник Бикеле. Это Алекс Найт, я на месте, — делает паузу, — благодарю вас! Все более чем приемлемо… Полковник, скоро сюда прибудут представители Интерпола, экстрадировать наш объект. Они ждут только моего сигнала. Я хочу, чтобы вы знали об этом одним из первых, — тонко улыбается, — о, не благодарите, ваша помощь также бесценна для меня. Разумеется, экстрадиция (выдача одним государством другому государству лица для привлечения к уголовной ответственности или исполнения приговора — прим. автора) объекта будет происходить на самом высоком уровне, но от вас лично, как вы понимаете, потребуют проведения всех бумажных формальностей по объекту. Я готов проинструктировать вас по поводу некоторых тонкостей, — смотрит в окно, — скажем, прогулявшись с вами в скверике перед моим домом, когда вам будет удобно.
Делает паузу, глядя
