гостью, а затем выбросил вперед руку, схватил ее за горло и таким образом втащил в номер.
– Какого дьявола ты здесь забыла? – прошипел я, чувствуя, как глаза наливаются тьмой. – И самое главное, как ты меня нашла?
Марико, а это была именно она, захрипела и вцепилась в мое запястье, пытаясь оторвать руку от своего горла. Мне было все равно, такую встречу особенно так быстро после прибытия я совершенно не ожидал.
– Если ты не отпустишь ее, то она вряд ли сможет ответить на твои вопросы, – рассудительный тон лисы вызвал глухое раздражение, но она была в чем-то права, и я нехотя разжал пальцы, позволяя Марико упасть на пол, кашляя, хватая ртом воздух и растирая шею, на которой отчетливо виднелись следы моих пальцев. На долю секунды промелькнула мысль, что, может быть, не надо было так сильно сжимать, но я ее тут же отбросил в сторону. Она пыталась меня убить, и мне незачем с ней миндальничать.
Я обернулся и увидел, что Фудзико успела где-то добыть и нацепить на себя халат и теперь завязывала пояс. Быстро она, однако. Я снова повернулся к Марико.
– Как ты меня нашла и зачем ты здесь? – повторил я свои вопросы. Она перестала растирать шею и посмотрела на меня с неприязнью.
– А как ты думаешь? – огрызнулась девушка. – Кудзё подарили меня тебе, и, если ты думаешь, что это ничего не значит и весело только звучит, то ты ошибаешься. Эти твари никогда ничего не делают наполовину, и передача моего контракта – это, как оказалось, не просто передача бумажки, которую можно в любой момент разорвать и выбросить, – она замолчала, перевела дыхание и продолжила. – Где-то неделю назад до меня наконец дошло, что усиливающаяся с каждым днем депрессия – это не просто плохое настроение, которое приведет меня однажды к мысли, что лучше всего будет наложить на себя руки. Мне нужно было оказаться как можно ближе к тебе, чтобы не сдохнуть. – Она замолчала, а я смотрел мимо нее на стену. Кудзё предусмотрели почти все, не удивлюсь, если где-то на Марико, скорее всего под кожей, находится датчик, отслеживающий ее передвижение. А так как Кудзё уверены, что она, пользуясь внутренним компасом, все равно меня найдет, то времени, чтобы найти передатчик и свалить отсюда у нас очень немного.
– Знаешь, дорогуша, мне проще тебя сейчас убить, потому что, сдается мне, мы даже не отдохнем в этом прекрасном королевском номере, из-за того, что скоро сюда заявятся Кудзё, в надежде заполучить себе обратно такую интересную игрушку, какой я для них являюсь, – теперь я задумчиво разглядывал Марико. Она вздрогнула и отвела глаза, не в силах выдерживать взгляда черных глаз химитсу. – Или лучше ты наложила бы на себя руки, потому что проблем от тебя больше, чем пользы. Сама бы не мучилась, и других оставила в покое. Но нет ничего важнее собственной жизни и как бы тебя не воспитывали, к этому ты прибегнешь в самый последний момент, а мне, почему-то, по необъяснимой мне самому причине, убивать я тебя не хочу, не сейчас, по крайней мере. Наверное, сегодня смертей даже для меня было в избытке. Но все это не объясняет моего вопроса, как ты оказалась именно здесь? – я смотрел на девушку, которая все так же продолжала рассматривать пол.
– Я слишком хорошо тебя знаю, поэтому предположила, что ты сможешь покинуть остров. Тем более, я знала, что ты его покинул. Я могла искать тебя долго и упорно и в итоге все равно бы нашла. Но все упростила эта ужасная трагедия. Если ты не знаешь, списки выживших крутят по всем новостным каналам. Как много у клана Оши людей, с именем Ёси? А у распорядителя отеля не составило труда выяснить, где именно тебя поселили. Контракт все же говорит о том, что не убивать я тебя сюда пришла.
– Ками вас раздери, да и на съедение Иккуте отдайте, трижды долбанув по палубе головой, – я глубоко вздохнул, стараясь привести свою нервную систему в порядок. Теперь все, независимо от того находится ли передатчик в Марико или она сама передатчик со встроенным микрофоном, о моем местонахождении теперь знают все. Да уж, не было бы счастья, да эта дура помогла.
– Раздевайся, – прорычал я, в уме прикидывая, сколько времени у меня осталось. Не так уж и много. Кудзё далеко не слабые маги и порты умеют строить. Думается мне, что делегация из представителей влиятельных кланов уже штурмуют отель.
– Что? – она глупо захлопала глазами, забыв о своем саднящем горле и бросив быстрый взгляд на Фудзико.
– Раздевайся, будем искать передатчик Кудзё. Если мы сейчас сможем убраться отсюда незамеченными, то мне не хотелось бы, чтобы за мной по пятам следовали мои враги, только если ты не за этим сюда приехала. Но, если ты рассчитывала на тройничок, то извини, не сейчас. Как только окажемся в безопасности, то можно будет и подумать, – я пошло причмокнул. Вообще, стал обращать внимание, что с полным слиянием начинаю все больше и больше отдаляться от манеры поведения японцев. Словно все эти приседания и поклоны мне претят, поперек глотки встают и химитсу очень не нравятся. Словно он все-таки посторонняя сущность, а не просто дар перевоплощения, что-то вроде демона, причем демона вовсе не японского ёкая, а классического христианского. А что если химитсу все-таки вид одержимости? А тебе не все равно? – тут же спросил я сам себя. Все равно, – ответил я себе и пожал плечами.
Марико охнула, когда услышала про передатчик, и начала быстро раздеваться.
Когда я уже подумывал о том, что следящее устройство, может быть, все же зашито под кожей или находится внутри девушки, то внезапно обнаружил его в одном из символов татуировки на спине. Просто цветовая гамма на фоне всех переливающихся магических узлов немного отличалась от остальных. Мне пришлось довольно долго вглядываться в подозрительные нити, прежде, чем я смог ее различить. После этого долго недоумевал, как я не смог увидеть его раньше. Это было простое плетение, состоящее всего из двух компонентном с единым с татуировкой центром. Я сосредоточился и, призвав свою способность разрушителя плетений, иглой Оши быстро вывел из строя передающую часть, не затронув центр татуировки, разрушение которого могло стать для девушки фатальным. Марико только вздрагивала, когда игла вонзалась в кожу.
– Ну вот и все, – я потер руки, разгоняя остаточный заряд, глядя на встревоженную лису, к чему-то принюхивающуюся, развернувшись лицом к коридору за дверью. Судя по всему, времени совсем не осталось. – А
