целенаправленно намереваясь сыграть на эмоциях младшего брата и вспороть ему живот. Когда она поняла, что ничего не получилось, и Норио вцепился в Этари мертвой хваткой, то лишь улыбнулась, этакой улыбкой маньяка-убийцы, обещающего обязательно повторить этот мерзкий прием, но достать свою жертву.
А господин Дэран рухнул на колени прямо перед Рэном. Последний распахнул глаза и попытался дотянуться до брата, но веревки мешали двигаться нормально.
– Дэран, – в глазах Рэна было столько боли и отчаяния, – не нужно меня спасать. Я бы так не поступил!
Господин Дэран лишь ухмыльнулся, и Рэну эта ухмылка запала в душу, будто ранила, на глаза навернулись слезы.
– Прости меня, – извинился вдруг Рэн. – Прости меня, что попался. Прости…
Запнувшись, он всхлипнул. Эризэ подходила к Дэрану сзади, средний брат одним взглядом пытался защитить старшего. Но не мог.
– Я не сержусь, – спокойно ответил господин Дэран. – Ни на что. Особенно на разбитые вазы. Правильно сделал, что разбил. Ты всегда делал то, чего я никогда не решался сделать. Но ты всегда заставлял меня тобой гордиться.
Рэн побледнел и задохнулся на миг, взглянув на брата и желая насмотреться на всю жизнь. Предчувствовал. Этари всхлипнул и дернулся, мое сердце кольнуло, словно мы все здесь предчувствовали, что сейчас произойдет.
Эризэ снова атаковала, и снова метя в спину, мерзавка! Господин Дэран вовремя отклонился, а потом… случилось то, чего змеюка не ожидала. Может быть, господин Дэран и пострадал, может быть, он ранен и, возможно, смертельно. Но он чудом успел вывернуться, перекатиться по земле и, пока все здесь соображали, уже схватил девицу – та завизжала. Следующее, что произошло, – он подтащил ее к краю обрыва и спрыгнул вместе с ней.
Время замерло на тот миг, все растерялись от неожиданности. Но господин Дэран… Напоследок он кинул строгий взгляд на головорезов, беспощадно прижимая к себе Эризэ, и строго сказал:
– Она проиграла.
И он полетел вместе с ней вниз.
Глава 38
В первое мгновение никто даже до конца не поверил в то, что произошло. На утесе вдруг повисла звенящая тишина, по воздуху прокатилась раскаленная волна, подобная трещине в земле.
Рэн закричал. Так душераздирающе и громко, что дыхание перехватило. Этари оттолкнул Норио, тот вскрикнул, но, рванув следом, не успел ничего сделать.
Этари ринулся к Рэну. Упал рядом с ним, попытался задержать, потому что Рэн продолжал кричать и ползти к обрыву.
– Хватит, хватит, хватит, – повторял нескончаемо Этари, удерживая Рэна. Но тот все рвался к краю. – Хватит, Рэн! Хватит!
Рэн разозлился, ударил брата, вырвавшись из хватки, и обессиленно рухнул на колени, тяжело дыша. Не помнила, как сама пошла к краю, но Арин был рядом, поэтому почти сразу же остановил меня, задержал. Не пустил.
Не могла поверить, просто не могла в это поверить… Никто не мог: всех здесь ранило случившееся. Однако главное было даже не в этом: до этого самого момента никто даже не замечал присутствия головорезов. Если первые пару мгновений после того, как господин Дэран спрыгнул, они стояли на месте, то теперь их присутствие стало подобно гнойной ране.
Никто не произнес ни слова, но я почувствовала их намерения. Наемники трусливо отступали, потому что работали за деньги. А если тот, кто платил им, теперь мертв… какой смысл им оставаться?
Заметила, как Норио сжал клинок в ладони, Этари медленно поднялся, берясь за свой меч.
– Развяжи меня, – приказал Рэн, поднял руки, не оборачиваясь.
Движение Этари было настолько острым, что защемило сердце. Веревки упали, а Рэн, пошатываясь и припадая на одну ногу, копил злобу, пока поднимался. Глубокий, наполняющий его ненавистью вдох, он выпрямился, а Этари уже повернулся к наемникам. Лошади волновались, боясь лютой злости, которой наполнены сейчас братья Онэро.
Их детство кончилось.
Наемники по-прежнему трусливо отступал: отошли достаточно, чтобы перейти на бег. План: добежать до лошадей, но животные чувствовали, что им сейчас лучше держаться от этих смертников как можно дальше.
Рэн и Этари провожали четверку голодными до мести взглядами. Им было плевать, что те убегали: они хотели этого. Это была месть. Охота.
Когда они втроем с Норио шагнули в сторону наемников, те заорали, будто почувствовали, что как бы быстро они ни бежали, как бы спешно ни уходили, спасения не будет. Братья были слишком злы. Наверное, поэтому Арин прижал меня к себе сильнее и оттащил в сторону. На всякий случай.
Братья прошли мимо, мурашки побежали по коже, но до сих пор не могла поверить в то, что случилось. Мне нужно было, нужно было увидеть это своими глазами. Арин не пускал, все еще держал меня крепко, но выбор у меня был небольшим: либо смотреть в глаза бездне, забравшей господина Дэрана, либо на месть его младших братьев.
– Арин, – ничего не объясняя, позвала я.
Арин вздохнул и уткнулся на миг в мое плечо. Нехотя отпустил, но не до конца. Он все еще был рядом, держал за руку, и мы зашагали осторожно. Да я и не собиралась прыгать вниз. Мне нужно было… нужно…
Крики за спиной были вызваны животным страхом. Я пыталась их игнорировать, но отвлекаться от такого слишком трудно. Бездна хранила свои секреты. Солнце уже село, а в кромешной тьме ничего не разглядеть, слабого света фонарей совсем недостаточно.
Фонари…
Осторожно отошла в сторону, забрала фонарь, вернулась к пропасти. Арин меня все это время страховал, не отпускал, но и не мешал, наблюдал за моими действиями. Грустил.
Повесив фонарь над бездной, я пошатнулась, на мгновение обрадовавшись, что Арин меня по-прежнему держал, а затем единственный светлячок полетел вниз. Пристально за ним следя, мне было страшно увидеть то, что скрывалось во тьме. Однако утес был неровным, поэтому, пролетев несколько метров, освещая путь, фонарь зацепился за выступ – его беспощадно швырнуло в сторону, и ветер украл последний свет.
Надежда погасла.
– Идем, – настойчиво увел меня Арин от края, направившись к лошадям.
Поскольку их здесь негде было привязывать, животные испугались гнева братьев Онэро, а посему за ними пришлось идти. К тому моменту, когда Арин собрал всех лошадей, на которых мы сюда примчались, братья Онэро словно вышли из мрака ночи. Их клинки вновь были заточены в ножны, на рёкамэ едва виднелись брызги крови. На небе из-за облаков вышла луна, заливая всех нас серебром.
Если Этари выглядел подавленным, мрачным, расстроенным, то Рэн еле шел. Норио держался между двумя братьями, никак не решив, к кому быть ближе. Но, как оказалось, у Этари был план. Подойдя к Арину, он, не глядя на него, забрал поводья, развернулся и пошел к Рэну.
Последний будто знал, сколько сил у него осталось. Стоило Этари подойти, как Рэн
