но только холодное оружие, таковы правила, – ворон взлетел и начал кружить над нами.
Ящик открылся, и высший достал тяжелый на вид меч с рукоятью, украшенной золотом.
Он с легкостью перебросил его в правую руку.
– Я готов. Дело за тобой, мой друг.
Я достал из ножен клинок тети Ингрид и встал напротив противника.
Солнце светило на редкость ярко, освещая бледное, словно восковое, лицо высшего.
Ветер сбивал с ног. Откуда-то сверху раздался скрипучий голос ворона:
– Можете начинать.
И мы ринулись друг на друга.
Я забыл обо всем на свете, слушая только голос, который шептал: «Убей». Словно мое тело превратилось в жаждущий крови клинок.
Высший занес меч над моей головой. Удар. Противный лязгающий звук металла. Он чуть не задел мое плечо, я замахнулся, свист воздуха и запах крови, клинок скользнул по его руке, оставив красные следы. Кровь пьянила, разжигала ненависть, как будто внутри меня поселился кровожадный зверь.
Убей его, разорви, уничтожь!
Хрясь-скрж-ж-ж!
Наши лезвия снова соприкоснулись, издавая ненавистный звук.
Он был сильнее меня, но я мечтал пронзить сердце мерзкой твари напротив.
– Скрж-ж, – меч задел меня где-то в области ребер, я даже не почувствовал боли.
Плевать! Главное – уничтожить его, разрубить на части, превратить в жалкую горстку пепла.
Удар, еще один! Мы словно танцевали на этом проклятом ветру. Высший теснил меня к краю крыши, наверняка хотел сбросить, но я разгадал его замысел и вложил в следующий удар всю свою силу.
Сталь жалобно скрежетала. Наши лезвия вновь соединились, словно подпевая отчаянным завываниям ветра. На высшего падало что-то белое, напоминавшее… снежинки? Я вдохнул холодный воздух. Даже внезапный снег казался мне красным.
– Умри, – сказал он и ударил слева, легко, почти играючи. Мне удалось отбить проклятый удар, но высший опять оттеснил меня к краю крыши. И тут я увидел чью-то тень, странную фигуру в оболочке из красных нитей.
Я узнал ее по запаху. Этот запах я не смог бы спутать ни с чем.
– Нина?
И тут высший задел мою руку, оставив глубокую рану. Боли я не чувствовал.
Нина Райн
– Майкл! – Я выдохнула, осторожно ступив на скользкую кровлю. С неба валил снег. Ветер сбивал с ног. От страха колотилось сердце. – Майкл…
Аим Лерай усмехнулся:
– Предоставь это мне.
– И что ты сделаешь?
– Просто отдай приказ и увидишь.
– Хорошо. Уничтожь Альберта, того высшего, ладно?
Ответом мне послужила тишина. Воздух рядом сгустился. Казалось, снежинки скрывают большую темную кляксу, которая похожа… на волка, жуткого черного волка с оскаленной пастью. Волк зарычал и ринулся вперед, туда, где Майкл сражался с проклятым Ридели.
Альберт вскинул руку и закричал:
– Появись, Дайна!
Рядом с ним возникла огромная синяя змея, она зашипела и ринулась на волка, через секунду они сплелись в один смертоносный клубок.
Майкл продолжал сражаться с отступником, который оттеснил его к самому краю крыши.
– Используй нити, – раздался голос Аима в моей голове. – Просто прикажи им.
Я испуганно прошептала:
– Нити, уничтожьте высшего.
Ничего не изменилось. Проклятье! Я постаралась успокоиться и вспомнить. Ну же, Нина, у тебя ведь были эти нити много лет назад!
Красные путы между тем плотно обвили меня, словно пытаясь насытиться моей кровью. Да, сначала им нужна кровь!
Мне было больно, словно нити отбирали остатки жизни, но я распрямилась и прошептала:
– Убейте моего врага, убейте высшего!
Нити зашипели и ринулись вперед, словно красный водопад из магии и ненависти.
Они не тронули Майкла – только племянника Ридели. Обвились вокруг его фигуры, как нежный шелковый кокон, и я услышала пронзительный крик высшего. Он превратился в огромного волка, окутанного красными путами. И все же нити были сильнее.
Вдруг я поняла, что падаю. Слишком много сил пришлось потратить на чертовы нити.
Майкл Корнер
Альберт Ридели был мертв. На черной черепице крыши лежал растерзанный труп с дырой между лопатками. Эту дыру сделал я.
Наверное, можно гордиться. Я усмехнулся, стараясь не смотреть туда, где клубились красные нити. Туда, где лежала она. Вихрь из двух тварей тоже куда-то исчез, даже карканья ворона не слышно. На крыше стало тихо – только свист ветра да красно-белые снежинки, падающие мне под ноги.
Я подошел к ней. Больно. Словно половину моего сердца отрезали, смяли и бросили в пасть беспощадного монстра. Наверное, такой вкус у предательства. Передо мной на черепице крыши лежала Нина. Нет, передо мной лежала высшая – тварь, которую я должен умертвить.
Жажда убийства разрывала изнутри, словно пытаясь уничтожить меня наперегонки с безысходной грустью.
Я сделал то, что должен.
Достал наручники и аккуратно защелкнул на ее тонких запястьях. Лучше покончить со всем сейчас, пока она не стала такой, как Альберт Ридели.
Я не думал, что скажу инквизиторам. В любом случае Нина Райн стала высшей благодаря сердцу отступницы Арабеллы. От нее пахло кровью моей бывшей невесты. Какая усмешка судьбы!
Я должен это сделать. Должен. Потому что теперь она – одна из них. Я достал пистолет, который нашел рядом с трупом Альберта Ридели.
И тут высшая очнулась, тяжело вздохнула и поднялась на колени.
Ветер рядом с нами шумел, поднимал редкие листья и уносил их вдаль за горизонт. Полоску неба разрезали красные лучи солнца. Утро казалось абсолютно обычным. Казалось. Потому что сегодня все будет по-другому.
В это утро сводятся счеты.
Тварь рядом со мной тяжело вздохнула. Она стояла на коленях на крыше, словно безмолвная статуя. Ее тонкая фигура, прикрытая легкой тканью одежды, казалась хрупкой и беззащитной.
Сторонний наблюдатель наверняка бы решил, что я – главный злодей в этой истории. Направил дуло пистолета на совсем еще юную девчонку с копной растрепанных волос, в легком платье с развевающимся на ветру поясом.
Только она не была человеком. Я вспомнил слова учителя: «Твари только снаружи выглядят как люди, Майкл». Это одурманивает и сводит с ума. На самом деле они гораздо сильнее людей. Адские создания, наделенные невероятной ловкостью, способные управлять другими при помощи голоса, хитрые и изворотливые.
Их надо уничтожить. Всех. Жажда убийства рвалась наружу. Я видел цель и намеревался идти до конца.
Говорят, один взгляд твари способен отнять человеческую жизнь. Поэтому я завязал ей глаза черной лентой. Что ж, я все предусмотрел, пора приступить к делу.
Пистолет в моих руках будто стал тяжелее. В следующую минуту тварь заговорила:
– Майкл! Что ты делаешь? Ты правда хочешь меня убить?
Она судорожно вздохнула.
– Я все та же, Майкл!
– Все твари одинаковы! – Мой голос предательски дрогнул. Проклятье! Охотник
