крик.
— Всё же стоило дождаться Рэйдена, — пробормотал перепуганный Шин, а Мико метнула в него полный ненависти взгляд.
— Это он всё придумал?! — И зарычала, не дожидаясь ответа. — Конечно, он! Сияющая Богиня, кто бы сомневался!
— Всё это больше, чем ты, Рэйден и каждый из нас, — сказала Хотару, а Мико рассмеялась ей в лицо.
— Конечно! Кажется, я это уже слышала от другого ёкая! — Она втянула носом воздух, стараясь взять себя в руки, чтобы не проситься на сестру с кулаками. Закрыла глаза и выпрямилась. — Знаете, с меня хватит. Играйте сами в принцесс, разбирайтесь с завесами. Я возвращаюсь домой.
Шин преградил ей путь.
— Нельзя. Акира тут же найдёт тебя.
Мико фыркнула.
— И что? Я просто скажу, что я не настоящая принцесса и предложу поболтать с Рэйденом.
— Он тебя убьёт, Мико.
— О, правда? А вы. — Она обвела пальцем Шина и Хотару. — Разве не то же самое собираетесь сделать?
— Хватит шуток, Мико, — встряла Хотару и сложила руки на груди, как часто делала мать. — Сейчас дом Рэйдена — самое безопасное для тебя место на острове, если не в мире.
— Да плевать! Я здесь не останусь. — Мико обернулась к перепуганному акасягума, который застыл на пороге в обнимку с чайником. — Подготовь мне купальню и чистую одежду. Найдёшь штаны и рубаху?
Акасягума икнул, бодро закивал и побежал прочь.
Мико смывала с себя грязь, кровь и разговор с сестрой. Вода кусала царапины, но согревала уставшие мышцы. Да, в таком состоянии Мико далеко не уйдёт, но от одной мысли о Рэйдене начинало выворачивать наизнанку от боли и обиды.
Если подумать, всё было очевидно с самого начала. Ответ лежал на поверхности, но Мико никак не могла выцарапать его суть. Рэйден следовал за ней по пятам, помогал и спасал, заставил заключить сделку и всё ради того, чтобы она дожила до праздника Красной Луны, на котором её жизнь уже бы отнял Акира. Они оба игрались с Мико как кошки с мышкой. Очень глупой мышкой.
А она и рада была обманываться. Поверила, что она особенная, что Акира способен её полюбить, что она значит больше, чем всегда думала. Мико запустила пальцы в мокрые волосы и протяжно выдохнула. Ей казалось, что она омертвела. Ещё трепыхалась, как наживую выпотрошенная рыба, но уже ничего не чувствовала.
Хотару. Прекрасная, умелая, талантливая во всём Хотару. Кто ещё мог оказаться душой, поцелованной Сияющей Богиней, как не её сестра?
Мико горько усмехнулась собственным мыслям.
«Не будь такой легковерной и знай своё место», — сказала она себе и, обтеревшись полотенцем, завернулась в юката и вышла из купален.
Хотару всё же уговорила Мико хотя бы переночевать и выделила ей комнату наверху, а Мико отметила про себя, что вела себя сестра, как настоящая хозяйка дома и снова задалась вопросом, какие отношения связывают их с Рэйденом, но тут же отмахнулась от него — это её интересовать не должно.
Когда Мико поднялась на второй этаж, Рэйден выходил из комнаты. Сердце испуганно ёкнуло, Мико хотела бы спрятаться за поворотом и уже развернулась в обратную сторону, но тэнгу её заметил.
— Мико! — окликнул он, а она задрожала всем телом от его голоса и схватилась за стену, чтобы не упасть.
Живой — отбивало в груди сердце. Живой. Живой. Живой!
Мико обернулась, и встретилась с его радостным взглядом. Рэйден сделал решительный шаг навстречу. А из его спальни выглянула Хотару.
— Рэйден, ты должен лежать… — начала она, но увидела Мико, осеклась и покраснела.
— Я рад, что ты в порядке, Мико, — выдохнул Рэйден. Казалось, он вот-вот сорвётся с места и бросится к ней, но что-то удерживало его на месте. Возможно, холодный взгляд Мико, за которым она старательно пряталась от боли.
— Да? Я думала, что план был в том, чтобы я умерла, — хмыкнула она и быстро прошла мимо.
— Мико… — Рэйден попытался схватить её за запястье, но она отдёрнула руку и скрылась в комнате и закрыла за собой дверь.
Мико душили слёзы, но она зло, до боли вытерла их рукавом. Сколько можно плакать. Сколько можно быть слабой. Глупой и доверчивой. Никто больше не увидит её слёз. Достаточно.
В дверь постучали.
— Мико, — голос Рэйдена спицей пронзил едва живое сердце. — Позволь мне всё объяснить.
— Не нужны мне твои объяснения. Хватило того, что рассказала Хотару. Уходи.
— Я… — в голосе Рэйдена звучала мука. — Я не собираюсь тебя ни в чём убеждать, просто… будет честно рассказать всю историю. Просто, чтобы ты знала всё от начала и до конца.
Мико открыла дверь и тут же пожалела. Чёрные омуты глаз захватили её и боль, что отражалась в них стала новой спицей между рёбер.
— Честно? Теперь ты говоришь о честности? — Мико вскинула брови. — Думаешь, что у тебя есть на это хоть какое-то право?
— Нет. Я знаю, что ты меня никогда не простишь. И я не собираюсь оправдываться — этому нет оправданий. Просто хочу, чтобы ты знала, почему я поступил… так, как поступил.
Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга, а потом Мико отступила в сторону, пропуская Рэйдена в комнату. Она хотела знать, ради чего должна была умереть.
Рэйден сел на пол и выжидающе уставился на Мико. Она осталась стоять, скрестив руки на груди.
— Ну, — поторопила она.
Рэйден кивнул. Он всё ещё был бледен и явно с трудом передвигался, но Мико заставила себя не обращать на это внимания. Он не заслужил жалости.
— Я хочу снять завесу вокруг острова. Хочу, чтобы люди и ёкаи научились жить в мире, — начал он, не глядя на Мико, будто смотреть на неё было очень больно. — Помнишь духа, которого мы видели на скале? Наш мир задыхается и медленно погибает — он не может жить в изоляции так долго. Поля уже давно не дают прежнего урожая, дичь животные погибают, тысячи ёкаев страдают от голода и нищеты, умирают от болезней, слабнут из-за того, что гибнет дух острова. Нам нужны новые земли, торговые соглашения с людьми, острову нужно новое дыхание.
Хранители и крупные кланы не хотят этого замечать. Им всего хватает — и пищи, и земель. Они до сих пор хранят старые обиды и слишком ненавидят людей, чтобы вести
