отличать магию от чувств?
Джеймс приподнялся и повернулся ко мне, взяв мои руки в свои.
– Айлин, никто, никогда не может быть уверен. По крайней мере полностью. Точно так же ты не знаешь, откуда берется магия и тем не менее используешь ее, имеешь собственные представления о ней, верно?
Я кивнула.
– То же самое и с людьми. Ты не можешь залезть в сознание других и с абсолютной уверенностью знать, что они чувствуют по отношению к тебе. Ты можешь только надеяться, что их чувства такие же настоящие, как и твои. У всех нас есть сомнения, но ведь мы не позволяем им встать у нас на пути.
Я закусила нижнюю губу, ощущая бинты Джеймса под своими ладонями и растекающийся по венам алкоголь.
– Важен не источник твоих чувств, Айлин, а то, что ты решишь с ними делать.
Я снова кивнула и потянулась погладить лицо Джеймса. Мои глаза наполнились слезами еще до того, как я заговорила.
– Я читала… читала в книге…
Я не могла продолжать. Джеймс взял мою руку и поднес к своим губам. В книге, которую он мне дал, рассказывалось о необычных случаях, о легендах. О родственных душах с парной магией, о тех, кто нашел друг друга в гуще сражения и ощутил, как их чары соединяются, когда они вонзили свой меч в тело противника. О тех, кто имел тройную магию, а не парную.
– Все было бы таким…
Легким. Разным. Сложным.
– …ненужным, – закончил он за меня, вытирая мои слезы.
Я глубоко вздохнула и прижалась щекой к его руке. Джеймс приблизился и на мгновение меня поцеловал.
– Мне жаль… мне жаль, что все так вышло. Мне жаль подвергать Лютера опасности, – пробормотала я ему в губы, зарывшись рукой в его волосы.
Джеймс, не открывая глаз, покачал головой:
– Не извиняйся. Я знаю, что это не так просто.
И нет, ничего не было.
24
На следующий день, вернувшись вечером с работы, Лютер так и замер на пороге наших комнат, подняв брови.
Пока он отсутствовал, я убрала всю мебель, надела южные брюки и собрала волосы в тугой пучок. Мне нужно было совершенствовать свое фехтование, а наших тренировок с Ноем не хватало.
– Добрый вечер, – поприветствовал он меня, закрыв за собой дверь.
Я покрутила плечами, опустив шпагу, с которой тренировалась.
– Привет-привет.
Лютер снял свой плащ и бросил его на стул, а я молча указала ему рукой на вторую шпагу, которую прихватила с собой. Улыбнувшись, Лютер стянул пиджак, засучил рукава рубашки и расстегнул первую пуговицу жилета.
Прежде чем встать в позу, он взял шпагу в руку и попробовал ее на вес. Я сделала глубокий вдох и начала атаковать, сконцентрировавшись в первую очередь на движениях своего тела, которые помогут мне отразить атаки Лютера и заставят его отступить. Он снова улыбнулся, отметив мой прогресс.
Именно в тот момент я позволила своей магии течь свободно, ощущая ее в венах, в мышцах, в пальцах, которые держали рукоять шпаги и лежали на моей талии, помогая сохранять позу.
Я выполнила еще несколько серий движений, контролируя свою магию, позволяя ей постепенно заполнить меня, привыкая к ней. И как только у меня это получилось, я вытянула руку и слегка ткнула Лютера в бок, не желая причинить ему вреда, а лишь обозначая удар. Он удивленно вздохнул, и я с улыбкой отступила.
На мгновение Лютер замер, снова пробуя оружие на вес и концентрируясь. Когда он атаковал меня, то больше не сдерживался – он ускорил движения своей шпаги и сильнее ударял по моей. Мне пришлось отпрыгнуть назад, чтобы уклониться от одного из его выпадов, и я увидела, как он улыбается, поднимая брови, бросая мне вызов. Я пыталась атаковать в ответ, но Лютер отражал все мои удары при помощи магии, одновременно нападая и постепенно оттесняя меня, пока в конце концов не загнал в угол у окна.
Я подняла руку, чтобы остановить его шпагу, и попыталась проскользнуть мимо, но Лютер стремительно крутанулся и, применив магию, прижал меня к себе, приставив тупое лезвие к моему горлу.
Не дав ему шанса потребовать меня сдаться, я схватила его за руку и, задействовав свои чары, оттолкнулась от подоконника, взмывая в воздух, в результате чего мы оба повалились на ковер. Я быстро перевернулась и, усевшись на него, приставила шпагу к его шее.
Затаив дыхание, мы уставились друг на друга, и мне потребовалось мгновение, чтобы осознать: его шпага по-прежнему у моего горла.
Я улыбнулась и свободной рукой откинула волосы с его глаз. Однако Лютер не улыбался. Он смотрел на меня с выражением искреннего восхищения, от которого по телу пробежала дрожь. Я наклонилась и крепко поцеловала его. Лишь через несколько секунд я опустила шпагу.
Лютер тоже отбросил оружие, обхватил мое лицо и ответил на поцелуй. Я ощутила прикосновение его магии к моим волосам, и шпильки упали на пол. Я невольно рассмеялась ему в губы, когда он, воспользовавшись возможностью, запустил пальцы в мои локоны, распределяя их по плечам.
– Ты заставишь меня поверить, что волосы – это единственное, что тебе во мне нравится, – пошутила я.
Лютер улыбнулся, его наполненные магией руки продолжали путаться в моих волосах.
– Что мне нравится, так это видеть тебя свободной.
Я снова поцеловала его, пытаясь впитать каждое его слово. Но этого оказалось недостаточно. Мои руки, ведомые скорее магией, чем сознанием, расстегнули его жилет, и вскоре я почувствовала тепло его кожи, биение сердца, пульсацию его силы.
Лютер отстранился, едва дыша, и его взгляд потемнел.
– Айлин.
Я села на пятки, чтобы он мог приподняться, и взяла его ладони в свои, позволяя магии струиться между нами. Я вновь поцеловала его, на этот раз гораздо медленнее.
– Я хочу быть с тобой, – пробормотала я.
– Ты полна магии, – возразил он.
– Я так решила не из-за магии.
Я начала расстегивать блузку, обнажая грудь, покрытую нарисованными колем символами. Лютер осторожно провел по ним, размазав один большим пальцем.
– Ты уверена?
В ответ я поцеловала его и, поднявшись, потянула за собой. Когда мы оказались в спальне, Лютер повел меня к кровати и начал стягивать с меня блузку, целуя каждый символ, выведенный на коже. Я же, освободив его от рубашки, принялась ласкать его тело, ощущая его магию, желание и смешивающуюся со всем этим неуверенность.
Обхватив его лицо ладонями, я заставила его посмотреть мне в глаза.
– Чего ты боишься?
Тяжело дыша, Лютер прислонился лбом к моей щеке. На этот раз он не смог найти слов для объяснения, однако позволил мне узнать его мысли. Я отвела прядь волос с его лица и сделала глубокий вдох, ощущая, как его эмоции проникают в меня.
Страх потерять меня. Страх ошибиться. Страх того, что я пожалею. Страх сделать что-то неправильно. Страх совершить непоправимое и дорого за это заплатить.
Мне хотелось уверить его, что я не уйду. Что ничего не произойдет, что все будет хорошо. Что я ни о чем не пожалею. Что я не причиню ему вреда. Вместо этого я сказала:
– Я тоже боюсь. Но я предпочитаю бояться рядом с тобой.
Должно быть, я нашла правильные слова, потому что Лютер снова поцеловал меня, одной рукой перебирая волосы, а второй нащупывая пуговицу на моих штанах.
Я провела ладонями по его спине, ощущая пальцами шрамы, которые вскоре исчезли под действием нашей единой, беспрепятственно текущей магии.
* * *
– Вам незачем приходить, если вы так не хотите, – сказала нам Сара.
Сидя рядом с Ноем, я прислонила голову к спинке дивана и фыркнула:
– Лютер должен пойти. Он, правда, не собирался просить меня его сопровождать, но я предпочитаю не оставлять его одного, если в этом нет необходимости.
– Это просто вечеринка, – добавил Итан, – нам ничего не стоит сходить.
Сара сжала губы, несколько раз постучав ручкой по бумаге.
– Спасибо, – наконец сказала она.
Несмотря на макияж, я разглядела под ее глазами темные круги
