От напряжения на лбу выступил пот и скатился по щеке, а через мгновение пророку показалось, что он уже весь мокрый. От сильного внутреннего жара закружилась голова, а в глазах начало темнеть, казалось, что возрождённый вот-вот потеряет сознание, но он продолжал держаться, концентрируясь на двух делах одновременно. Но вдруг разум затуманило, и раздался голос: «Кто ты?» Этот вопрос эхом отдавался в голове. Разные голоса, разные языки, но всё один и тот же вопрос. Кто ты? Постепенно речь незнакомых людей в голове становилась всё громче, а голосов больше, все они слились в какофонию, в которой невозможно было разобрать ни одного слова. Напряжение нарастало, состояние Эдварда становилось всё хуже, ему казалось, что он сам готов в любой момент загореться. Голоса вырывались из разума пророка и разнеслись по дому, Лорд Хальты с женой и Обель тоже услышали этот вопрос «кто ты?» и стали настороженно озираться по сторонам. Пророк стиснул зубы, собрав всю волю в кулак, и произнёс:
— Ты спрашиваешь, кто я? Так я тебе отвечу. — Голос Эдварда стал звучать твёрже и увереннее, даже несколько властно. — Я тот, кто родился в огне, подчинив его своей волей. Я тот, кто умер, но воскрес, ибо даже смерти не удержать меня в своих объятьях. Я тот, кто был избран Богиней, чтобы очистить её имя от грязи и погасить «Чёрное Солнце». — Эдвард говорил всё громче, каждое предложение накатывало всё новой волной его несгибаемой воли, а после он перешёл на крик, что громом раздался в этом доме. — Я бессмертный пророк Арсхель, рождённый в огне! А кто ты такой, чтобы противостоять мне?! От тебя я не оставлю и следа! Пылает яростно моя душа!»
Магический круг «Воля грешника». Гордыня.
Пятикратный магический круг «Подчинение».
Шестикратный магический круг «Поглощение».
Три заклинания сплелись вместе, тёмно-синие письмена вырвались наружу и заполнили собой всю комнату, а после выстроились в колонну вокруг Эдварда. Обель и его племянник с супругой были поражены увиденным. Неведанный язык, таинственная магия. Всё это напоминало кое-кого, и точно так же удивляло. «Серебряная кровь» подчинилась своему хозяину и вошла в резонанс с двумя другими силами. Энергия проклятья волной хлынула из тела ребёнка в руки Эдварда, его перчатки и рукава по локоть в миг превратились в пепел, который тут же разлетелся по комнате.
Дыхание мальчика стало ровным, а от жара не осталось и следа, аура была чистой, ни единого намёка на то, что ещё мгновение назад, он страдал от проклятия. А Эдвард тем временем смотрел на свои обугленные руки, покрытые трещинами, из которых сочилась кровь. Но пророк не чувствовал боли, не было ничего кроме невероятной усталости. Все три сосуда были опустошены. Возрождённый поднял голову к потолку и неожиданно для самого себя произнёс:
— Тысяча огней, но один повелитель. Тысяча слов, но один голос. Тысяча путей, но одна цель. Я рождённый в огне. Воля Создателя в моём голосе. Я пророк тёмной жрицы.
После этих слов Эдвард потерял сознание.
Глава 20. «Мила»
Эдвард пришёл в себя только на следующий день к полудню, первое, что он почувствовал, так это перину под собой, настолько мягкую, что каждая частичка тела ликовала от радости оказаться в таких условиях. С момента перерождения пророку приходилось спать, то на грубом матраце, то на шкуре, а то и вовсе на земле. Проснуться в такой кровати — сбывшаяся маленькая мечта. Большое пуховое одеяло, казалось, согревало не только тело, но и душу, выбивая скупую мужскую слезу.
Возрождённый с трудом разомкнул слипшиеся веки и увидел перед собой не потолок, а навес. Это была широкая кровать с балдахином. Такие роскошные условия предоставил ему местный лорд за спасение его сына, что Эдвард уже и не думал ни о какой награде, про которую говорили люди перед воротами поместья. Но радость от комфорта была нарушена осознанием того, что пророк тут лежит без одежды. Пусть правитель северного региона и позаботился о своём благодетеле, но всё же Эдвард забеспокоился. Он обладал необычной внешностью, которая бросалась в глаза, его слишком легко запомнить, поэтому и не было желания лишний раз светить своим лицом.
Пошевелившись, пророк почувствовал сильную боль в руках, а взглянув на них, он ужаснулся. Прошло немало времени, когда в последний раз с ним такое случалось. Даже при первом поглощении проклятья возрождённый получил лишь обычный ожог, но кожа не прожаривалась до корочки, а в этот раз что-то пошло не так. Недолго думая, Эдвард активировал «регенерацию» и стал наблюдать за заживлением. Никаких проблем с этим не было.
Пророк поднялся и осторожно отодвинул занавеску. Комната была очень просторной, около семидесяти квадратов, всё выглядело очень богато. Весь пол был покрыт ковром, сразу видно, что зимы здесь холодные. Справа от кровати стоял огромный шкаф с узорными дверцами, а чуть дальше выход. Дверь была закрыта, а снаружи не доносилось ни единого звука. Напротив кровати располагался камин, но там не было горящих поленьев, которые издают привычный слуху Эдварда треск, вместо этого там лежала пылающая красная сфера, именно она и согревала комнату. Слева от кровати два больших стеклянных окна, сами собой являвшиеся роскошью в этом мире. Рядом стоял письменный стол с резными ножками и покрытый чёрным лаком, над ним — полка с десятком разных книг. Стул был изготовлен в том же стиле, а сиденье было обшито красным бархатом. На самом же столе не было ничего, кроме большой книги в сером переплёте с темно-синими линиями и такого же цвета восьмёркой. Как только Эдвард подошёл ближе, гримуар тут же засветился, и перед пророком появилась Арсхель во всей своей красе.
— Стоит признать, я тебя недооценила, — сказала Богиня с довольным лицом. — Я думала, что у тебя уйдёт гораздо больше времени, чтобы достучаться хоть до кого-нибудь из смертных. Помню, ты как-то заявил мне, что будешь бегать по миру и совершать хорошие дела, выкрикивая моё имя. Как же это наивно звучало…
Арсхель подошла ближе к возрождённому, слегка наклонилась и поцеловала его в лоб, а затем сказала: «Я буду ждать твоих новых свершений, мой пророк» — одарила Эдварда кокетливой улыбкой и исчезла.
«И что это было? Я чуть не потерял сознание прямо во время поглощения, смутно припоминаю события. Кажется, я действительно выкрикнул имя Арсхель. Если стало известно, что я пророк «злой» Богини, но при этом я не в кандалах, добавим к этому её слова, то значит, что у меня действительно получилось. Ха-ха! Ай, да я!
