class="p1">– Да. И вы мне отказали.
– Именно. И я должен извиниться за это.
– Что?
– Ты взрослая – юная, но формально взрослая – и у тебя был план. Вместо того чтобы помочь тебе в твоем пути, я указывал тебе, что делать. Я не позволил тебе принимать собственные решения насчет своей жизни и за это прошу прощения.
– Вы издеваетесь? – выпалила Райли. – Не было у меня никакого плана. Я понятия не имела, что буду делать, если вы дадите деньги. Мне некуда было идти.
– Правда? В смысле, я знаю, что не было никакой тети Мэри, но у тебя совсем не было плана?
– Да. И по правде сказать, я вроде как надеялась, что вы попросите меня остаться. По крайней мере на некоторое время. – Райли пожала плечами. – Вот так.
– Ух. – Они повернули на свою улицу. – Что ж, Райли, я рад, что ты осталась.
Даже несмотря на то, что это вызвало всевозможные проблемы – или скорее обнаружило скрытые трещины, Мак был искренне рад, что она вошла в его жизнь. Сколько бы она ни пробыла здесь, он был рад, что она появилась.
Рядом с ним Райли потерла ладонью бок своего большого живота, и ее плечи расслабились.
– Я тоже.
Через несколько минут они вернулись домой. На ступеньках крыльца сидел Томас, между ног лежал футбольный мяч.
– Привет, приятель! – крикнул Мак. – Хочешь сделать следующий круг со мной? – Томас пожал плечом. – Идем. Я старею, помнишь? Нужно, чтобы вы, дети, заставляли меня двигаться.
Поднимаясь по ступеням мимо Томаса, Райли потрепала его по волосам. Он отпихнул ее руку, но Мак заметил улыбку, которую он попытался скрыть. Когда Райли закрыла за собой дверь, Томас поднял мяч. Бросил его Маку и встал.
– Только если пройдешь со мной два квартала. Ты и правда стареешь.
Мак рассмеялся, Томас забрал мяч и пристроился рядом.
Глава 37
Эди
Наши дни
Лора Лу постучалась в дверь Эди и вошла, не дожидаясь приглашения.
– Я это сделала. – Ее улыбка была широкой и почти искренней. – Я позвонила Грэму сегодня утром.
Эди закрыла ноутбук.
– Позвонила?
– Позвонила. И спросила, не интересно ли ему присоединиться к «ДДГ» в качестве штатного архитектора. Я видела, как хорошо вы сработались, и подумала, что пора его брать. Мы все выиграем, если под нашей крышей будет известный на всю страну архитектор. Думаю, это даст нам еще большее преимущество. Ты как думаешь?
– Я думаю… – Идея о том, что Грэм станет работать на Лору Лу, была абсурдной, но Эди не могла ей этого сказать. – Я думаю, любой, кому выпадет возможность поработать с ним, выиграет.
– Согласна. Он сказал, что подумает над этим и сообщит свой ответ. Обработай его, Эди. Что-то мне подсказывает, что он высокого мнения о тебе. Посмотри, сможешь ли убедить его.
– Я посмотрю, что можно сделать.
Как только Лора Лу ушла, Эди позвонила Грэму:
– Слышала, ты вступаешь в выдающиеся ряды «Дэвис Дизайн Групп».
Он фыркнул.
– Я был в таком шоке, что не думаю, что дал ей ответ.
– Не дал. Я должна убедить тебя согласиться.
– Ты поэтому звонишь?
– Возможно.
– Думаешь, мне следует согласиться?
– Что? Нет. Ты возненавидишь.
– А ты? Ты ненавидишь, да?
– Я никогда этого не говорила.
– Ты ненавидишь?
Она выдохнула.
– Нет, Грэм. Я не ненавижу.
– Но могло быть и лучше? Ты можешь представить для себя лучшее положение, где ты главная и принимаешь собственные решения
– Конечно, – тихо сказала она. – Я могу это представить.
– Я тоже.
Она закрыла глаза и попробовала представить, каково было бы работать вместе с Грэмом. Может быть, в его доме на берегу залива с высокими окнами, выходящими на воду, длинным деревянным столом и старым аптечным шкафчиком, полным ее винтажных ручек для ящиков и образцов ткани. Или, может, это был бы новый офис, какой-нибудь крутой лофт в центре, наполненный воздухом и светом. Двойные столы, кресла и диваны для клиентов, маленькая кухонька в глубине.
Неожиданно с прижатым к щеке телефоном и слушающим на другом конце Грэмом она поняла, что действительно хочет уволиться. Хочет уйти от Лоры Лу. Даже больше – ей это нужно. Она выбрала эту карьеру не затем, чтобы за ней надзирали и сдерживали. Она была готова расправить крылья, превосходить саму себя в креативности, хватать вдохновение повсюду, где найдет, и чтобы никто, кроме клиента, не останавливал ее, если зайдет слишком далеко. Она думала, что работа под началом Лоры Лу была идеальным вариантом, и может быть когда-то так и было, но здесь она переросла свою раковину. Остаться значило только больше дискомфорта, больше удушья.
Но был ли Грэм ответом? Партнерство Свон – Ягер, назревающее двадцать лет?
– Сделай кое-что для меня, – нарушил он молчание. – Я хочу, чтобы ты только на минуту подумала о себе. Не о Лоре Лу, не о своей семье, не обо мне. Что нужно тебе? – Он замолчал. – Ты знаешь, нормально время от времени быть немного эгоистичной. Особенно если это значит заботиться о себе, когда необходимо. Я понял это, когда умер папа. Иногда приходится делать больше, чем просто натянуть поводья. Иногда приходится совсем слезать с лошади.
Она попыталась сглотнуть, но в горле слишком пересохло.
– Грэм, я… мне все еще нужно время.
– Бери столько времени, сколько нужно. Я никуда не собираюсь.
* * *
Тем вечером, когда Мак с Райли ушли на свою прогулку, Эди с Эйвери сидели под лампочками на магнолии. Томас пинал футбольный мяч о стену гаража, а Рамона, почуявшая игривость в октябрьском воздухе, самозабвенно носилась по змеебороднику.
– Что-то я уже давно не слышала от тебя про Алекса.
Эди постаралась, чтобы вышло не слишком заинтересованно. Дело в том, что Эйвери перешла от постоянного упоминания Алекса до полного забвения в течение как минимум двух недель.
Эйвери пожала плечами.
– Он тусуется с Джейн Маккензи.
Значит, любитель наук получил чирлидершу.
– Тебя это устраивает?
– Конечно. Мы все равно были только друзьями.
Ее плечи ссутулились, и она, подпирая подбородок рукой и с закрывающимися глазами, вернулась к тетради по истории.
– Как ты, Эйв? Я не обязательно про Алекса, а про все. Ты спишь? Я знаю, что ты часто занимаешься допоздна.
– У меня нет выбора. Колледжи смотрят на все, знаешь? Даже на оценки за девятый класс.
– Солнышко, это слишком сильное давление на себя. Не думаю, что колледжи собираются смотреть на…
– Да, мама. Да, они смотрят. Консультант по колледжу сказал нам это в начале года. Я никогда не стану ученым, если не попаду в хороший
