срабатывала от того, что на пластину, спрятанную под ковриком у входа, наступали, тем самым активировав ловушку.
Макарыч, тем временем, выпив своих таблеток и запив их водой, стал отходить. Его лицо всё так же было грустным, но неестественная бледнота стала сходить. Горестно вздохнув, он сказал:
— Идите спасайте село, многим нужна ваша помощь, к сожалению, с оружием я вам помочь не смогу. Труп Олега я сам обмою и приведу в порядок, а позже похороним по-людски. Это же надо такому случиться, взять грех на душу, когда сам уже одной ногой в могиле…
Ответить ему на это было нечего, и мы продолжили свою миссию, перелезая через заборы и обыскивая дома.
Следующая трагедия произошла в доме одного из бывших с нами парней. Как только мы перебрались через забор, то сразу убили двух зомби, находившихся во дворе дома. Дверь дома была раскрыта настежь, везде виднелись кровавые следы и отпечатки. Проживавший тут парень с воплем отчаянья кинулся в дом, нам ничего не оставалась, как броситься вслед за ним. Пробежав коридор, он остановился на пороге в комнату и, упав на колени, стал с воплем рвать на себе волосы, постоянно крича два слова: «нет» и «за что?». Он вырывал руками из своей головы волосы, не чуя боли. Подбежавшие следом схватили его за руки, заткнув ему рот, оттащили к выходу и там держали, а из комнаты вышла и направилась к нам, сверкая красными глазами, маленькая дочка оравшего от горя и пребывающего на грани потери рассудка хозяина дома.
Девочке было семь лет, она была единственным ребенком в семье. Отец в ней души не чаял, называя её своей принцессой и одаривая родительским теплом и заботой. А теперь на нас по коридору шла бледная, с взлохмаченными и спутанными волосами, со следами запекшейся крови на них, его любимая дочка. Её ночной костюм с веселыми мультяшными героями был весь перепачкан в крови, а часть шеи просто отсутствовала, обнажая порванные мышцы, отчего её голова была сильно наклонена набок и практически лежала на плече. Её тут же убили, чем вызвали у бывшего отца очередной приступ, он яростно дергался в крепко держащих его руках, пытаясь вырваться, а когда тело убитой с гулким стуком упало на пол, обмяк и страшно заскулил, подвывая, перестав сопротивляться и не реагируя на все попытки с ним заговорить.
Оставив стоящего на коленях убитого горем отца, мы начали убирать тело его обращенной дочки, чтобы он окончательно не сошел с ума, смотря на него. Сорвав со стены большой ковер, завернули тело в него и вынесли на улицу. Когда вернулись в дом, то не обнаружили убитого горем отца там, где оставили его.
Обнаружился он в соседней комнате, стоящим с двухствольным ружьём двенадцатого калибра. В его глазах, мокрых от слез, плескалось горе и отчаянье. Он держал ружьё, упирая его стволами себе в подбородок. Палец, лежавший на спусковом крючке, сильно дрожал, отчего в любую секунду мог произойти непроизвольный выстрел. Председатель, увидев это, всех вытолкал за пределы комнаты, оставшись один на один с обезумившим от горя потери отцом, он грустно вздохнул и начал успокаивать:
— Михаил, убери ружьё от головы, давай поговорим, как взрослые люди!
Михаил посмотрел на него глазами, полными боли и слез, так и не убрав оружие от своей головы, он ответил:
— Да, взрослые, но это не важно. Уже ничего не важно. Какой смысл мне жить дальше, если моя принцесска превратилась в чудовище и её больше нет? А я, вместо того, чтобы быть дома и защищать её, был в другом месте, спасая свою жалкую жизнь. Оглянись вокруг, что ты видишь?
Председатель окинул комнату взглядом, пытаясь понять, что именно имел в виду Михаил. Это была детская комната, в которой, несмотря на опрокинутые на пол игрушки, всё еще царила атмосфера беззаботного счастливого детства. Стены были обклеены обоями с различными героями из мультфильмов. На обоях были приклеены детские цветные рисунки, такие одновременно примитивно-неуклюжие и милые, поскольку были сделаны для родителей от чистого сердца, которое переполняла любовь к самым близким. Почти на всех рисунках присутствовал квадратный домик с треугольной крышей и торчащей из неё трубой. В углу находилось желтое лучистое солнышко, а весь низ рисунков занимала зеленая травка. На таком по-детски веселом и беззаботном пейзаже были изображены различные вариации счастливой семьи.
На одном рисунке человечки, нарисованные из прямых линий, стоят, держась за руки: два больших человечка, а между ними маленький. На другом рисунке большой человечек поднимает над своей головой, взяв руками, похожими на веточки, маленького, словно протягивая его поближе к солнцу.
Помимо изображения счастливой семьи, запечатлённой в разные моменты, были и другие рисунки. Яркие цветы, нарисованные детской рукой и надписи под ними, сделанные большими кривыми буквами с ошибками: «Любимой маме», «С днём рождения». Ещё была нарисована кошка, похожая на смесь крокодила и бордюрного камня, с непропорционально большим хвостом. Угадать, что это кошка, можно было только по надписи «Мяу» около её головы.
Помимо детских рисунков, вся комната была заставлена игрушками. В ряд сидели куклы разных размеров. Мягкие игрушки, милые мультяшки, вперемешку с разнообразными монстрами. Были собранные целые игрушечные наборы из различных минимаркетов у дома, которые часто любили запустить акцию с наклейками, а за эти наклейки впоследствии можно было приобрести эти игрушки, заставляя родителей совершать покупки именно в этой сети, а в назначенный день стоять в большой очереди и молиться, чтобы им хватило игрушек, иначе ребенок, ждавший целый месяц этой даты, сильно расстроится.
В любой точке этой комнаты что-то обязательно указывало на то, что она принадлежит ребенку. Осмотрев всё это, председатель глубоко вздохнул и проговорил:
— Я вижу, что эта комната принадлежала твоей дочке и тут каждая вещь напоминает о ней. Но убив себя, ты уже не вернешь её, одумайся, не совершай непоправимых поступков. У тебя еще осталась жена.
— Жена? Вы видели её в доме?
— Нет, сам видел, тут была только твоя дочка.
— Вот именно, а если жены не было рядом, значит её уже тоже нет в живых. Это единственная причина, по которой её не может быть с дочкой в такой ситуации.
— Тебе это точно не известно, всё это предположения и еще есть шанс найти её.
— Мне точно известно, я это почувствовал сердцем, что больше нету нити с другими родными сердцами. Поэтому ненужно меня отговаривать, я не хочу еще и жену увидеть в облике монстра. — ответил
