ей получить разрешение…
К ее неожиданности, Писчая Кисть пересчитала сданные листы, внимательно их просмотрела, сосредоточившись на последних, кивнула и выставила ученице высшую отметку. Девушка с удивлением заметила, что в холодном взгляде преподавателя мелькнуло одобрение.
– Неплохо. Ты делаешь успехи. Почерк на последних листах очень хорош – в нем чувствуется твердый характер.
Значит, Писчая Кисть и правда оценивала только почерк? Нет! Сейчас, пожалуй, не время для подобных вопросов.
Янь Хуэй потрясла головой:
– Разве я сдала вам пятнадцать копий?
– Да, – бросила дама, успев нацепить привычную маску невозмутимости. – Приходи послезавтра за документами. Следующий!
Янь Хуэй была сбита с толку, но не настолько глупа, чтобы продолжить расспросы. Она забрала свою работу и вернулась домой. Тянь Яо сидел во дворе в кресле-качалке и дремал. Девушка заметила на его рукаве мазок туши, и ее осенила догадка. Она достала последние листы и присмотрелась: почерк был очень похож на ее собственный, но в нем присутствовала твердость, которой девушке не хватало. Отложив листы, Янь Хуэй села напротив Тянь Яо.
Вскоре демон-дракон открыл глаза и сразу протянул жене руку. Янь Хуэй уже выучила привычки мужа. Она села ему на колени и дала себя обнять. Супруги неторопливо покачивались в кресле-качалке.
– Ты переписал за меня книгу?
– Да.
– Почему? Ты ведь мог сделать со мной что угодно, если бы я не сдала экзамен.
Губы Тянь Яо нежно касались девичьего уха. После пробуждения его голос был хриплым, но очень волнующим.
– Я хочу, чтобы ты до конца дней была счастлива. – Юноша обнял Янь Хуэй еще крепче. – Я доставлю тебя куда захочешь, помогу получить что захочешь. Если у тебя появится мечта, беги ей навстречу – я проложу тебе путь. Если устанешь, выбьешься из сил и захочешь пожить в праздности – я буду твоей тихой гаванью, где ты сможешь вытворять что захочешь.
Простые слова смягчили девичье сердце.
– А что бы ты хотел со мной сделать?
Тянь Яо помолчал, а затем поцеловал жену в мягкие и влажные губы.
– Хочешь крошку дракона?
Щеки девушки зарделись румянцем.
– Человека-дракончика?
– Да, можно и так его назвать, – улыбнулся Тянь Яо.
– Прямо сейчас?
– Если ты хочешь сейчас…
Янь Хуэй почувствовала, что ее тело приподнялось в воздухе.
– Еще утро! – растерялась она.
– Я не спал прошлой ночью, да и ты тоже, так что давай наверстаем упущенное.
Янь Хуэй не знала, смеяться ей или плакать.
– Что ж, пойдем исправляться!
Ее голос затих в глубине дома. Во дворе грелось на солнце одинокое кресло-качалка, дополняя картину семейной идиллии.
Глава 2. Будни
Когда на рассвете слегка растрепанный Тянь Яо вошел во двор, Янь Хуэй ждала его у ворот. Увидев, что муж возвращается, девушка с упреком спросила:
– Куда ты ушел прошлой ночью? Даже не сказал мне ничего.
Тянь Яо приблизился к жене размашистым шагом и заключил ее в объятия – не слишком крепкие, но, как обычно, надежные. Янь Хуэй привыкла к частым проявлениям нежности, но смутно почувствовала, что сегодня в них есть что-то особенное.
– Что с тобой? – спросила она.
Тянь Яо обхватил одной рукой ее талию, а второй погладил по затылку.
– Следи за здоровьем в ближайшие месяцы и больше не утруждай себя духовными практиками.
Янь Хуэй совсем растерялась. Она высунула голову из объятий мужа и посмотрела ему в глаза.
– Почему? В мире произойдет что-то важное?
– Да, – торжественно произнес Тянь Яо.
Янь Хуэй давно не видела мужа таким серьезным. Она сжала кулаки и строго спросила:
– Что именно?
– На свет появится крошка дракон.
От строгости Янь Хуэй не осталось и следа. Она все еще глядела на мужа, ожидая услышать новость, от которой зависит судьба всего мира, и лишь спустя время на ее лице медленно появился испуг. Она наконец осознала смысл сказанного.
Янь Хуэй опустила голову, оторопело уставилась на свой живот и недоверчиво прикрыла его руками.
– Дракончик… уже внутри?
– Да.
Девушка ошеломленно захлопала ресницами. Она не предполагала, что этот день наступит так внезапно и что радостную новость ей сообщит Тянь Яо…
– Когда ты узнал?
– Начал гадать полмесяца назад.
– Почему не сказал раньше?
– Хотел убедиться.
– Когда же ты убедился?
– Прошлой ночью.
– Значит, ты прошлой ночью…
Тянь Яо кивнул:
– Я был так счастлив. – Он снова обнял Янь Хуэй, и уголки его рта сами собой растянулись в улыбке. – Не удержался и вышел из дома, чтобы сделать по небу пару кругов.
Значит, от счастья дракон носился по небу, как сумасшедший… Янь Хуэй погладила мужа по спине и громко рассмеялась.
– Поздравляю!
Дракончик в животе Янь Хуэй не желал вести себя смирно. Вскоре девушка начала страдать от тошноты: стоило ей почуять запах мяса или рыбы, как ее выворачивало наизнанку. Через несколько дней она заметно похудела.
Тянь Яо очень переживал, но в его силах было только помочь жене выровнять дыхание во время головокружений или приступов тошноты. Спустя некоторое время мужчина начал сожалеть о своем решении.
– Если бы не Дракончик, ты бы так не мучилась. Второго не будет, – заявил он.
Янь Хуэй улыбнулась:
– Я даже сказать ничего не успела, а папаша уже недоволен сыном.
Демон обнял жену и погладил ее по спине, молча признавая ее правоту. Для него Янь Хуэй была всем. Никто не имел права причинить боль любимой, даже ребенок. Конечно, оттого, что младенец вел себя плохо, Тянь Яо был им недоволен – Янь Хуэй это верно подметила.
Когда девушку наконец перестала мучить тошнота, у нее расстроился сон. Она стала видеть кошмары: смерть Цзы Чэня, гибель Лин Сяо, собственную кровоточащую грудь и вырванное сердце… Янь Хуэй совсем не могла спать: стоило закрыть глаза, как перед мысленным взором вставали ужасные картины. Однако она не смела рассказать о кошмарах мужу, опасаясь, что тени прошлого из ее снов встревожат Тянь Яо.
Но разве демон-дракон мог не заметить, что жена плохо спит? Однако она ничего не говорила, поэтому он не спрашивал.
Однажды ночью, когда Янь Хуэй ворочалась с боку на бок, не в силах уснуть, Тянь Яо окликнул ее:
– Пойдем поглядим на звезды.
Он отвел Янь Хуэй на вершину горы, откуда открывался прекрасный вид на царство Цинцю. Ночь выдалась безлунная, только звезды мирно мерцали на небосклоне. Тянь Яо спокойно обнял жену. Они молча слушали шелест ветра. Вскоре Янь Хуэй устала, и ее одолела сонливость. Она заморгала в такт мерцанию звезд, а затем медленно закрыла глаза. На грани
