серьезный и долгий разговор, - после минутной паузы произнесла она, - дело в том, что в наших с тобой мирах есть одно громадное различие.
- Умение пользоваться даром? – озадаченно уточнил я.
- Ладно, два различия, - поправила саму себя Экуппа, - Дар и религия. По сути, в нашем мире религии, как таковой, никогда не было. Я изучила те сведения, что хранила твоя память и поняла, что у нас просто не было необходимости придумывать себе богов.
- Подожди, - перебил девушку я, - божеств действительно придумывали на заре зарождения религии наши полудикие предки. Древние люди наделяли неподвластные им стихийные силы божественной сутью, примерно так появлялись главные боги. Потом, благодаря бесконечным суевериям, появлялись условные младшие боги – покровители основных занятий моих дремучих предков. Это нельзя рассматривать как полноценную религию без понимания того, что это была лишь начальная стадия ее развития. Сейчас, с приходом человечества к монотеизму дела обстоят совсем иначе. Мы просто отдаем себе отчет в том, что став венцом творения природы, человек так и не постиг многих ее тайн и загадок. Грубо говоря, мы в большинстве своем не исключаем, что существование высшего разума возможно, ну, за исключением буддистов, замечая какие-то неточности или откровенно ошибочные с исторической точки зрения моменты в священных для различных конфессий книгах. Но никто не станет отрицать, что все основные мировые религии учат добру в общечеловеческом его понимании. Да и в любом случае, чтобы дальше продолжать этот разговор, ты должна понять, что вопрос веры – это одновременно самый простой и самый опасный вопрос. Данный факт нужно принять за аксиому. Никто не вправе осуждать здравомыслящего адекватного взрослого человека за то, что тот религиозен. Потому что все эти понятия не являются взаимоисключающими.
- Ты сам-то веришь в то, что говоришь? – не смогла больше сдерживаться Экуппа. – Я ведь знаю тебя, как облупленного! Ты ведь сам нередко размышлял над тем, как при помощи религии бесчисленное количество раз происходила грубейшая манипуляция общественным сознанием!
- Подожди! – теперь уже перебил ее я. – Мы сейчас говорим не о религии, как инструменте, а о религии, как о внутреннем убеждении современного мне человека!
- Хорошо! – обрадовалась Экуппа. – Представь, что перед тобой сейчас не я, а ты сам, ведь, отчасти, в информационном плане так и есть. Так вот, не обманывая самого себя, скажи мне: тебе не кажется противоестественным то, что выбор конфессии в подавляющем большинстве случаев предопределен местом рождения человека? Ведь, по меньшей мере, странно считать это проведением!
- Экуппа, девочка моя, ты откусила кусок, который не в состоянии прожевать, - грустно покачал я головой, - ты получила целую гору сведений, но все они прошли сквозь призму моего восприятия той или иной информации. Да, по моему скромному мнению, в подавляющем большинстве случаев я объективен, но человеку ведь свойственно ошибаться. А ты видишь мой мир, опираясь на мой опыт и не имея собственного. Это можно сравнить с тем, что ты ешь уже пережеванную кем-то пищу, где уже смешались вкусы и консистенции нескольких ингредиентов. Да, ты в этом случае можешь сказать, что ты это ела, но ты никогда не сможешь описать каждый продукт в отдельности. Ты не обладаешь необходимым спектром ощущений, чтобы правильно понять чужой мир. Причем, не только внешний мир, но и внутренний мир другого человека. Возможно, в том числе, и поэтому люди тысячелетиями и принимают одну веру со своими близкими, чтобы у их внутренних миров было больше общего.
- Это все не то! – в очередной раз не дала мне закончить мысль Экуппа. – Ты просто уходишь от ответа! Вот я, например, точно знаю, что ты веришь в ваших святых, так?
Я охотно киваю ей в ответ.
- И ты считаешь это разумным?! Это нормально: обращаться к давно умершим людям, и это еще, если верить, что они вообще когда-то жили и совершали те деяния, которые им приписали те, кто веками использовал религию, как инструмент?!
- Хорошо, - улыбнулся я, - придется мне объяснить свою позицию еще тривиальнее. Раз этот афоризм знаю я, то знаешь и ты: «В окопах не бывает атеистов». И ты знаешь мою трактовку этой, скажем так, аксиомы. Дело здесь не в страхе. Точнее, не только в страхе. Каждый, кто оказывается в безвыходной или чрезвычайно неопределенной ситуации, молится. В независимости от того, знает ли он молитвы, или верит ли в повседневности в любого из богов. Он молится просто Богу. Я считаю, что в нас заложена вера. Кем или чем, не знаю. Хоть Создателем, если ты монотеист, хоть Вселенной, если ты буддист, хоть кем-то изначально непознаваемым, если ты агностик. Никакой разницы. Оказавшись на краю, практически все взывают к высшим силам. И это неопровержимый факт, которому, впрочем, грош цена в вопросах истиной веры. Да, я верю в святых. Но это моя вера, мой внутренний мир.
- Я никогда не смогу этого понять, - понемногу успокаиваясь, покачала головой Экуппа, - никогда. Сколько наша цивилизация себя помнит, у нас был Дар. И мы верили, что все явления природы – это просто результат применения Дара каким-то очень могущественным человеком. Только и всего. Но это была совсем другая вера, неспособная породить чего-то большего. Если все же подбирать аналогии, то из ваших мировых религий мы можем хоть как-то понять буддистов. Каждый из нас – носитель целой вселенной. В вашем языке нет точного аналога этому понятию, а моим языком ты не овладел настолько, чтобы до конца прочувствовать всю глубину этого термина. Да он, собственно, почти никогда и не употребляется вслух. Однако у него есть далекий, но разрешенный к употреблению в беседах аналог – душа. Все в нашей внутренней вселенной вращается вокруг нее. И если в твоем мире существует совокупность нескольких признаков живого организма, то у нас с этим одновременно и проще и гораздо сложнее.
- Слушаю тебя внимательно, - подбодрил я ее во время небольшой паузы, взятой девушкой для того, чтобы собраться с мыслями или просто перевести дух.
- Так вот, - продолжила она, - у нас каждый сам, исходя из глубокого внутреннего убеждения, решает для себя: живое перед ним существо или предмет по факту наличия или отсутствия у того души. Даже не так. Не просто души, а полноценной души. И для каждого человека этот выбор индивидуален. Отнять жизнь у существа с полноценной душой – аналог вашего греха.
