Олег растерянно посмотрел на Рададора. Главное условие было нарушено — была пролита кровь.
— Не беспокойся, — сказал рыцарь. — Вина за это преступление лежит на Багровом. Твои руки пока чисты.
Олег снова заглянул в овраг. Под капотом изувеченной машины еще работал двигатель, сотрясая покореженный кузов. Казалось, лимузин бьется в агонии и вот-вот испустит дух. «Материя жива во всех своих проявлениях» — вспомнил Олег однажды оброненную Рададором фразу. Вдруг работа двигателя со звонким ударом прекратилась, и из щелей моторного колодца выплеснулось облачко дыма. Все было кончено.
— А говорили, что двум смертям не бывать, — усмехнулся Олег. — Сегодня он умер уже дважды. Но на третий раз ему уже не воскреснуть.
Олег был готов к появлению своего противника и поэтому не удивился, когда на крыше лимузина вдруг обозначилось красное пятно, а потом появился и сам демон. Багровый поднялся над поверженной машиной и повис в воздухе над оврагом, на уровне глаз Олега. Теперь он был похож на человека более, чем обычно. В фигуре его сквозила осанка сильного физически и многоопытного мужа. Казалось, дух самого Одиссея восстал из могилы для предстоящего сражения. Всю спину его занимала черная грива, похожая на конский хвост огромных размеров. Она создавала мрачный ореол вокруг всей этой парящей в воздухе фигуры. Демон заглянул, как показалось Олегу, в самую душу и приглашающе повел рукой в сторону полуразрушенной церкви.
Олег взялся было за крючок, чтобы открыть дверь, но Рададор положил ему руку на плечо.
— Сейчас должен сражаться только твой дух. Это дело Хранителя, но не носителя. Ведь если он убьет тебя, Хранителю даже в случае победы некуда будет вернуться.
Олег согласно кивнул, извлек из пенала «Великого Мерлина» и, проникнув сквозь борт автомобиля, вышел наружу. Но Багровый, по всей видимости, был готов и к этому маневру. Он немного отступил назад и длинным, энергичным прыжком преодолел расстояние, отделяющее место катастрофы лимузина от лужайки перед церковью. Олег не спеша последовал за ним.
У самых стен храма он увидел новое фиолетовое пятно и сразу понял, почему Багровый избрал для поединка это место.
Во время Второй мировой войны здесь содержались заложники и пленные, поэтому земля вокруг была буквально пропитана страданием. Здесь же, прямо под стенами, передовой отряд генерала Доватора уничтожил взвод эсэсовцев, а местные жители закопали изрубленные саблями тела фашистов. Поэтому-то лужайка и стала еще одним аккумулятором отрицательной энергетики. Здесь Хранитель Лжи мог вновь и вновь восстанавливать свои ресурсы. Олегу же оставалось надеяться только на себя.
Багровый ждал своего противника, стоя у пробитых в, стене ворот. Его лицо постоянно менялось, становясь то мужским, то женским, то старым, то молодым. При этом оно сохраняло выражение издевательской ухмылки. Черная грива спускалась почти до земли, и налетавший ветер трепал ее, делая похожей на клубящееся грозовое облако. Он чувствовал себя непобедимым, и такая мелочь, как Олег, была лишь некоторым неудобством, вроде блохи, которую сложно только изловить, а убить — нет ничего проще!
Олег уловил его мысли и усмехнулся. Он вспомнил русские народные сказки, где Кощей так же перед боем похваляется положить богатыря на одну ладонь, а другой — прихлопнуть. Но молодой человек и не думал о смерти. Он шел к поединку с тем, чтобы победить, и готов был платить любую цену за это.
Они сошлись в самой середине фиолетового пятна. Едва только Олег приблизился, как Багровый швырнул в него сверкающий черный шар. Но реакция Хранителя была не менее быстрой. Снаряд только слегка коснулся лезвия меча, вспыхнул и слился с ним, отдав оружию свой потенциал. Клинок удлинился, и Олег поспешил использовать это неожиданное преимущество. Он вложил в колющий удар все силы, с тем чтобы проколоть Багрового, но тот перехватил лезвие и обломил его едва ли не на треть. Новый обмен ударами также не принес никому из них существенного перевеса. Противники еще раз убедились в том, что силы их равны. А Олег к тому же понял, что его оружие, смертельно опасное для рейдеров всех мастей, совершенно бесполезно в бою против демона. Меч мог служить лишь для обороны, но не для нападения. Логика подсказывала, что исход боя будет решаться только в рукопашной схватке.
Словно уловив мысли Олега, Багровый выбросил вперед невероятно длинную руку и схватил молодого человека за шею. Но тот извернулся, бросил бесполезный меч и приемом самбо стал выкручивать эту руку. Через секунду под оглушительный хлопок рука лопнула посередине и оборвалась. Впрочем, на оставшейся культе тотчас же появился сжатый кулак, а обрывок змеей обвился вокруг ног Олега. Багровый не замедлил воспользоваться секундным замешательством и выбросил вперед сразу четыре руки, каждый палец которых был снабжен сверкающим, бритвенно острым, граненым когтем. Но и Хранитель оказался не лыком шит. Мгновенно переняв манеру ведения боя, он также сделал себе четыре руки и мощными ударами отбил атаку. Недооценивший противника демон, раскинув многочисленные конечности, рухнул на спину, напоминая перевернутого паука. Олег же поглотил обрубок руки, путающийся под ногами, и бросился вперед, чтобы развить успех. Но Багровый успел уйти от атаки. На мгновение они оказались повернутыми друг к другу спинами, но тут же снова заняли боевые позиции. Олег, не теряя времени даром, снова ринулся на врага и сумел оторвать ему еще две руки, но они выросли снова, как головы Гидры. Это дало ему понять, что, пока борьба происходит на фиолетовом пятне, ему не одолеть демона.
И вот здесь Олег совершил ошибку, к которой Багровый подталкивал его с самого начала поединка и которая могла бы стоить молодому человеку головы. Олег начал выкачивать энергию источника, чтобы использовать его силу в своих целях. Раньше, как знает читатель, это ему удавалось и всегда приносило положительные результаты. Требовалось лишь только менять знак заряда. Но теперь рядом был Багровый, который выворачивал значения наизнанку, и Хранитель, сам того не понимая, накачивался отрицательным зарядом, уничтожая свое естество. Он просто вытравливал самого себя с помощью своего врага.
— А теперь взгляни на себя со стороны! — торжествующе взревел Багровый, и Олег с ужасом понял каждое слово.
Перед его внутренним взором возникла лужайка с двумя совершенно одинаковыми демонами посередине. Два Багровых глядели друг на друга и на первый взгляд казались отражениями или раздвоением.
— С кем теперь ты будешь сражаться, родной? — с издевкой спросил демон.
— Я убью тебя, а потом — себя, чтобы не было ошибки! — вскричал Олег, бросаясь на врага.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
