Олег неделю пробыл в городской больнице Одинцова. Он очень удивился бы, узнав, что однажды в этой больнице, даже в этой же палате лежал другой Хранитель, бросивший вызов силам еще более грозным, нежели Багровый. Так же как и наш герой, он победил ценой неимоверных усилий. Диагноз Олега был «крайнее истощение», но, едва придя в себя, он потребовал срочной выписки.
Главный врач долго сомневался в целесообразности этого шага, но в конце концов был сломлен.
Пока он болел, на улице пошел снег. Сначала робкие, маленькие пушинки полетели по воздуху, словно посланные на разведку темными снеговыми тучами. Потом последовал небольшой перерыв. Зима словно бы поджидала результатов первой пробы. Снежинки же под порывами студеного ветра собирались в крохотные сугробы, прятались в трещинах асфальта, забивались в укромные уголки. Ветер перегонял их с места на место, словно не зная, где пристроить. Но этот снег уже не растаял. И тогда начался настоящий снегопад. В одну ночь все стало вокруг белым-бело. Девственной чистотой засветилась земля, словно невеста перед обручением. И скрылись из глаз все, даже самые страшные раны земли. Скрылись до весны, до начала нового цикла.
Глава 23
ЗВЕЗДНЫЙ РЫЦАРЬ
Олег и Рададор стояли посреди широкого поля. Ни огонька не светилось вдали. Полегший под натиском злого осеннего ветра бурьян был припорошен снегом. Поземка пробиралась сквозь черные стебли, шурша, словно большая белая змея. Мелкий сухой снег скоро кончился, и на темном небосклоне остро заблестели звезды. Казалось, что каждая из них норовит уколоть длинной тонкой иглой луча прямо в глаз, и от этого трудно было смотреть в небо — почти тотчас набегала слеза.
Гала и Тея прикрывали людей своими телами от жгучего ветра, но тот огибал их стройные фигуры и все равно трепал волосы на голове Олега. Стоящий чуть поодаль Сивка блестел в звездном свете полированными плоскостями.
Олег оторвал ожидающий взгляд от небосклона и посмотрел на Рададора. Тот, словно почувствовав взгляд, сказал не оборачиваясь:
— Не беспокойся, место встречи названо правильно. Возможно, что я немного ошибся во временном счислении. Ведь в космосе время измеряется иначе. Но не вини меня, я слишком взволнован предстоящей встречей.
Олег ничего не сказал в ответ, отлично понимая, что даже очень небольшая ошибка могла привести к огромному отклонению во времени и пространстве. Рыцари, спешащие на встречу, могли совершить посадку в другой точке Земли и в другое время. Для возможной корректировки Олег захватил с собой маяк и пульт дистанционного управления панцирем. Он мог бы даже гостеприимно выйти навстречу Совету, но не имел пока на это права. Ведь решение о посвящении в полноправные рыцари мог вынести только Совет Магистров ордена.
Олег припоминал все, чему учил его Рададор, все, что он сделал на благо человечества, вооруженный этими знаниями. Но теперь победы казались слишком мизерными, хотя и казались поначалу глобальными. Молодой человек убедился в том, что уничтожить зло невозможно, его можно только заставить потесниться и дать больше места добру. Усилиями Олега Хранитель Лжи был изгнан, ликвидированы мощные источники отрицательной энергии, дезактивировано множество мелких злодеев. Конечно, остающимся на Земле Хранителям предстоит еще много работы, но очень скоро они все будут знать друг о друге и о своей тяжелой ноше. Теперь их силы не будут распыляться на мелкие задачи, и они будут знать, как очистить планету от страха и лжи.
Олег, на этот раз с улыбкой, взглянул на небо. Где-то там, за пределами оптической видимости, удалялся от Солнечной системы маленький астероид, на котором, рыдая от ужаса, сидел Багровый. Олег представил, как он вонзил граненые когти в старинную кирпичную кладку, как черная грива облаком плывет за ним, скрывая звезды. Астероиду была задана третья космическая скорость и период обращения вокруг Солнца — один миллион лет. По истечении этого срока астероид так близко должен будет подойти к светилу, что Багровый, скорее всего, разложится на атомы и больше никогда не восстановится. На данный же момент он еще жив и, в случае необходимости, может быть предъявлен Великому Магистру.
Несмотря на напряженное ожидание, рыцари появились внезапно. Сначала на самой границе земной атмосферы искрами сверкнули огни тормозных двигателей. Неподготовленный наблюдатель принял бы их за метеоры. Потом бескрайнее поле потряс низкий, на пределе слуха, гул, от которого, казалось, вот-вот остановится сердце. И вот, наконец, семь остроконечных башен опустились полукругом на землю и замерли на некотором отдалении. Для того чтобы разместиться таким образом, им понадобилась дуга в радиусе не менее полукилометра. Олег подумал: если бы все семь сталинских высоток собрались в одном месте, зрелище было бы не менее впечатляющим.
Панцирь Великого Магистра более, чем остальные, напоминал здание МИДа на Смоленской площади. Глаза сами искали герб Советского Союза на высоте двадцатого этажа. Однако на панцире было меньше острых углов — его создатель все же стремился к более обтекаемым формам. Полированная, иссеченная метеоритами поверхность тускло светилась в полумраке, и с первого же взгляда становилось ясно, что перед вами настоящий ветеран.
Великий Магистр включил мощные прожектора и направил их на Олега.
— Ты звал меня? — спросил он, делая ударение на первом слове. Голос его вполне справедливо можно было назвать громовым. — Считаешь ли ты себя готовым к принятию высшей формы посвящения?
— О Великий Магистр! — произнес Олег, стараясь придать своем голосу достаточную долю почтения. Конечно, Рададор учил его обращаться к старшим по званию, но он никак не мог представить себе за этой бронированной громадой живого человека. Однако надо было соблюдать ритуал, и Олег продолжал: — Я, малый мира сего, усердно готовил тело свое и дух к решающему испытанию и теперь смиренно прошу вас проэкзаменовать меня. Одновременно прошу извинить меня за то, что обеспокоил вас по столь ничтожному поводу, но никто, кроме Великого Магистра, не может испытать неофита.
— Твоя речь полна достоинства и уважения, — произнес высокий худой рыцарь, похожий на Эйфелеву башню. — Но кто твой учитель? Кто рекомендует тебя?
Рададор молча вступил в перекрестье прожекторов Великого Магистра.
— Это он! Это он! Это он! — зашелестело в эфире между башнями.
— Рададор! — прогремел Великий Магистр. — Ты ли это?
— Я, Великий Магистр. — Рыцарь гордо вскинул голову и дерзко взглянул в башенные телекамеры. — Я — все тот же разведчик, все тот же ветеран многих сражений.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
