— А теперь взгляни на себя со стороны! — торжествующе взревел Багровый, и Олег с ужасом понял каждое слово.
Перед его внутренним взором возникла лужайка с двумя совершенно одинаковыми демонами посередине. Два Багровых глядели друг на друга и на первый взгляд казались отражениями или раздвоением.
— С кем теперь ты будешь сражаться, родной? — с издевкой спросил демон.
— Я убью тебя, а потом — себя, чтобы не было ошибки! — вскричал Олег, бросаясь на врага.
Но прямой удар в челюсть Багрового сбил с ног его самого.
— Ну же! Еще! Ударь меня! — захохотал противник. — Я жду! Я в нетерпении! Скорее!
Олег вскочил на ноги. В его мозгу еще осталась информация о том, что он пока еще остается Хранителем, но эта уверенность с каждым мгновением угасала.
— Ты станешь моей копией, и на этой земле будет два Хранителя Лжи, а значит, количество предателей, провокаторов и подлецов также удвоится! Ты повержен и более никогда не сможешь вернуться к своей сути!
Угасающее сознание Хранителя, подавляемое Багровым, сделало последнее усилие и вдруг открыло дополнительный энергетический канал. Словно золотая нить протянулась от Олега к стоящему неподалеку Сивке. И тотчас же нашлось решение задачи. Хранитель шагнул к еще не осознавшему опасности демону, но не ударил его, а, вцепившись в лохматую гриву, повалился вместе с ним и покатился под уклон, прочь от фиолетового пятна. Багровый понял замысел противника и попытался освободиться, но тот крепко держал его в своих объятиях.
Бесформенным клубком бойцы выкатились из фиолетового круга. При этом они запутались в золотистой нити энергетического канала, подпитывающего Олега. Мгновенно сориентировавшись, он усвоил витки, опутывающие его, а обрывками попытался связать противника. Но Багровый вывернулся. Он стал быстро терять форму и вдруг стал похож на грязно-красный мятый брезент, который тотчас развернулся и окутал Олега. Демон таким образом хотел лишить Хранителя притока энергии извне. Олег сообразил, чем это ему грозит, и, найдя в складках проход, так же выскользнул и предпринял аналогичную атаку на противника. Внезапно прямо перед его глазами сверкнули фосфоресцирующие зубы и призрачно светящиеся синие когти — Багровый хотел разорвать полотно, в которое превратился Олег, но тот свернулся в шар, и страшные орудия скользнули по гладкой поверхности. Некоторое время они кружились в вихре, стараясь схватить противника и одновременно не допустить, чтобы один захватил другого. Бурный ток воздуха, порожденный их стремительными движениями, образовал настоящий торнадо, он втягивал в себя опавшую листву и какой-то мусор. Наконец Олегу надоела эта бесконечная игра. Молодой человек пошел в атаку. Он ощетинился, как еж, сотней сверкающих копий и помчался в центр бесформенного красного пятна. И вот тут демон совершил ошибку, которая привела к развязке. Он, подражая Хранителю, свернулся в шар, а Олег в то же мгновение развернулся и накрыл собой Багрового, не оставив ему ни малейшей лазейки для побега. Демон был заключен внутри Хранителя, как улитка в прочной раковине. В течение десятка секунд он несколько раз сменил свою форму, с тем чтобы вырваться на свободу, но только все более и более терял энергию и уменьшался в размерах.
Когда Багровый стал размером с крысу, Олег вывел его из своего тела и заключил в некий сосуд, похожий на колбу с завязанным узлом горлом. Багровый сидел не шевелясь, только сверкал глазенками и тяжело дышал.
— Что же мне с тобой делать? — спросил Олег.
Демон, словно понимая сомнения, знаками показал, что его следует выпустить, а он со своей стороны обещает более не приносить вреда людям.
— «Обещаю честно жить — православных не мутить!» — усмехнулся Олег. — Кому бы я и поверил, да не тебе. Ты ведь Хранитель Лжи, демон. Я думаю, тебе не место на этой планете. Нет смысла хоронить тебя, как это сделал мой предшественник. Рано или поздно ты освободишься и возьмешься вновь за старые дела. Ну уж нет!
Олег взглянул на небо. Вихрь, порожденный их борьбой, еще больше разметал облака, и стали видны россыпи звезд. Где-то в верхних слоях атмосферы сверкнул, сгорая, метеор.
— Отличная идея! — воскликнул Олег.
Багровый перестал шевелиться, даже бока его, вздымаемые тяжелым дыханием, прекратили свои судорожные движения.
— Помнишь анекдот? Про то, как наших космонавтов отправили на Солнце? Не помнишь? Ну и ладно. Я отправлю тебя на Солнце. Это очень просто. Траектория твоего полета будет рассчитана на тысячу лет, а потом ты встретишься с этим воплощением света, творцом всего живого.
Олег огляделся вокруг и увидел большую глыбу — обломок кладки церковной стены. Приблизившись, он выбрал небольшую впадину и опустил в нее колбу с Багровым. "Закрепить сосуд на глыбе было делом одной минуты. Демон сверкал глазами, делал усилия, чтобы вырваться, но все было тщетно. Попытки заговорить с Хранителем также не увенчались успехом. Значения их потенциалов снова стали противоположными, и они не могли не только понять, но и слышать друг друга.
Теперь предстояло уничтожить фиолетовое пятно и окончательно скрыть следы сражения. Сначала Олег хотел было использовать энергию источника для своих нужд, но она было настолько неоднородной, что усвоение потребовало бы слишком много времени. Тогда он решил использовать ее на отправку Багрового за пределы планеты. Фиолетовое свечение, подвластное воле Хранителя, свернулось в шар, потом вытянулось веретеном и вонзилось в каменную глыбу, на которой сидел демон. Глыба качнулась, приподнялась, потом бешено завертелась — Багровый в последний момент все еще пытался освободиться. И отчасти ему это удалось, но, когда он уже считал себя свободным, глыба рванулась с места и в мгновение ока взвилась за пределы атмосферы.
Внутренним зрением Олег видел, как демон в ужасе вцепился в свою зыбкую опору, как сумел подрасти почти до прежних размеров, используя часть энергии, несущей новое небесное тело в глубины космоса, но и это не принесло спасения. Выведенный на заданную орбиту, астероид уходил все дальше и дальше от Земли. Очень скоро он миновал орбиту Луны, благополучно проследовал мимо гигантов Сатурна и Юпитера, которые, кстати, также не сулили ему спасения. Потом Олег просто прервал контакт.
Когда Олег вернулся в салон автомобиля и слился со своим носителем, он почувствовал неизмеримую слабость. Казалось, что даже дыхание дается ему с огромным трудом. Встревоженное лицо Рададора, склонившегося над ним, расплылось и пропало в тумане, а произнесенные слова стали бессмысленным шумом. Наступила глубокая тишина, нарушаемая лишь гулкими, но редкими ударами сердца, да колокольный звон внутри утомленной головы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
