силами и направились. Бой состоялся на самой границе с территорией кентавров, у задрипанной планетки, у которой даже названия не было, лишь индекс. А вот кентавры, по словам Афины, на удивление, дали ей имя – Сани атта, что на их языке означает «путь вверх». Планета была необитаемой, с агрессивной то ли кислотной, то ли коррозийной атмосферой, из-за чего на ней не имело смысла ставить базы. Долго там ничто не держалось. На фига мне эта информация, я не понял, но важно вещающую об этом Афину я прерывать не стал.
Битва огромных флотских соединений длилась практически три недели. Понятно, что мы не находились в бою всё это время. Перегруппировки, случавшиеся время от времени, позволяли нам отдыхать, но битва в целом при этом не останавливалась ни на минуту. За эти три недели десант «Хофунда» не использовался, всё что мы делали – это дежурили на боевых постах, но пару раз в лицо смерти глянуть пришлось. В первый раз это случилось, когда кентавры расхерачили ангарную створку, а поле, удерживающее воздух в помещении, почему-то заработало не сразу, так что мы сначала офигели от взрыва, а потом от того, что нас потянуло в открытый космос. Следующий случай произошёл, когда мой взвод дежурил у силовой установки. К ней самой мы не заходили, но в какой-то момент мимо нас пробежала целая толпа техников, и когда они заходили в помещение с силовой установкой, мы услышали дикий гул, а коридор осветил яркий прерывистый свет. Фиг его знает, что там было, но если бы установка рванула, мы бы точно не выжили. Окей, во время второго случая мы не то, чтобы смотрели в лицо смерти, но находились в нескольких шагах от неё. Не знаю как другим, а мне было страшновато.
Насколько я понимаю, эта битва войдёт в историю СНП, как самое масштабное космическое сражение, и о ней обязательно снимут фильм. Главное, чтобы в этот фильм не попал я, так как обычно с персонажами подобных фильмов ничего хорошего не происходит. Если приключение, то эпичное, если смерть, то геройская… А ведь обычно всё смертью и кончается. Если ты, конечно, не главный герой, кем я быть не могу, на эту роль скорее Наварро подходит, но даже их частенько отправляют на тот свет.
Окончание битвы подвисло в воздухе, так как минимум треть сил противника тупо сдриснула из системы. Причём свалили они в сторону своей границы, а ведь могли и к Миннесоте отправиться. Во всяком случае, так Афина сказала, а Фрейя подтвердила. После столь эпичного мочилова и довольно серьёзных повреждений «Хофунда», я был уверен, что нас отправят в тыл, ну или, чёрт возьми, хотя бы на Борегар. На деле же, мы продолжали висеть у безымянной планеты. Для СНП безымянной. И это меня сильно напрягало. По всем признакам нас собираются десантировать на поверхность, где придётся воевать в условиях агрессивной атмосферы. Я уточнял у Афины и, по её словам, обмундирование бойца не продержится там и двух суток. Там даже техника больше трёх дней не работает. Сражаться в подобных условиях мне очень не хотелось. Правда Афина меня успокоила, что сражаться на поверхности практически не придётся, но сделала она это ни фига не сразу, так что пару дней я понервничал. На деле, наше командование как раз и прикидывает сейчас, как лучше брать штурмом засевших внутри скал кентавров.
Наземная операция началась через пять дней, после того, как кентавры смылись из системы. Наш батальон, как обычно, собрался в ангаре перед десантными шаттлами, где майор первым делом сообщил о том, что всё, связанное с наземной операцией на планете, находится под грифом «секретно» аж третьего уровня, и при разглашении информации простым тюремным сроком мы не отделаемся. Скорее всего, мы будем сидеть в тюряге с засунутым в жопу дробовиком. Похоже, майору понравилось это выражение. И только после того, как он нас застращал, пошла конкретика по операции, если это вообще можно назвать конкретикой. Есть некая база Древних, расположенная под поверхностью планеты, которую нам надо захватить. Сама база относительно небольшого размера, так что большие силы кентавры внутрь запихнуть не могут, но есть несколько очень неудобных позиций, которые будет сложно преодолеть. Помимо этого, у нас есть карта базы, откуда только достали, но она не проверена и полагаться на неё на сто процентов нельзя. Вход внутрь базы расхерачат спустившиеся в верхние слои атмосферы эсминцы, так что сидеть на поверхности днями, просто чтобы зайти внутрь, нам не придётся. Однако, само строение базы больше похоже на многоуровневый лабиринт, и работать там будет очень сложно. Скорее всего, если кентавры не дураки, нас ждёт множество засад.
Объяснения и постановка задач были недолгими и сильно приправлены матом. Из-за последнего слушать майора было, как всегда, интересно. Я даже услышал пару оборотов, до которых сам бы никогда не додумался, а некоторые, такие как «сквозные тригонометрические пи…ы», я и осознать-то толком не могу.
– Марич! – рявкнул он под конец. – Эта всратая пое…нь внизу очень важна для СНП, и я уже сру кирпичами от мысли, что ты отправишься на поверхность этой мозгое…чей планеты. Я бы кончил пару раз, оставив тебя здесь, но адмирал… – покачал он головой. – В общем, Марич, если опять сотворишь какую-нибудь злое…чую х…ету, я тебя за член вздёрну на главном орудии «Хофунда»…
В этот момент рядом с ним появилась Афина.
– Кхм… кхм… – кашлянула она пару раз, приложив кулачок к губам.
Посмотрев на неё с удивлением и несколько секунд помолчав, майор продолжил:
– Да мне плевать! Лучше следи за своим хахалем, иначе я точно заставлю вас двоих спариваться!
– Богиня это стерпит, а вот адмирал – нет, – произнесла она спокойным голосом, который, не смотря на это, услышали все в ангаре.
– Так это… – не знал, что сказать майор. – Короче, Марич, я найду на что повесить тебя за член! И пусть твои богини тебя спасают!
Такое впечатление, что за любое действие я получу наказание. Бедный Марич… Никто не любит красавчиков.
Так как сооружение Древних, в котором схоронились кентавры, было важным для командования, пушку греев, за которую отвечал Мюллер, нам взять не разрешили. Но несколько труб гранатомётов и восьмиствольные Хисхаши у нас никто не отобрал. На планету десантировались во второй волне, в этой операции, кстати, принимал участие только десант кораблей, армия осталась на Борегаре. Приземлились прямо возле огромной створки, которую кентавры врезали в скалу, а наши эсминцы оставили от неё лишь оплавленные края. За створкой нас
