ждал вырезанный в местной породе туннель, оканчивающийся воротами, точнее тем, что от них осталось после первой волны десанта. За воротами шёл ещё один туннель, размером поменьше, пройдя по которому мы вышли в огромный зал, который до сих пор укрепляли бойцы первой волны. И вот этот зал уже явно был сделан не кентаврами. Начнём с того, что ползала было сделано из чего-то полупрозрачного, и пусть слабо, но светилось синим светом. В свою очередь стены были матово чёрными с вырезанным и опять же слегка светящимся орнаментом, присущим сансахали. Виду разумных, известному наверное каждому, кто изучает древние цивилизации. Правда, ни разу до этого я не видел столь хорошо сохранившиеся объекты этого вида. Ни на фотографиях, ни в голонете, нигде.
Из зала вели восемь проходов. Наш батальон направился в один из центральных, и некоторое время мы передвигались относительно свободно. Ровно до того момента, как мы оказались в зале поменьше, который не только разветвлялся ещё на восемь коридоров, но и имел лифтовую платформу посередине. Там уже сидел взвод с какого-то корабля, в задачу которого входила охрана зала. Не знаю, что бы мы делали с лифтом, если бы не панель кентавров рядом с ним, но она там была, так что наш батальон отправился на уровень вниз. Отправлялись частями, так как платформа не вмещала в себя весь батальон. На следующем уровне так же были восемь проходов, задача батальона была проверить третий слева. Как и говорил майор ещё на «Хофунде», этот чёртов объект больше напоминал многоуровневый лабиринт. Только на зачистку минус первого уровня тысячам бойцов СНП потребовалось четыре дня. Ещё шесть на второй уровень, но там уже нас встретило ожесточённое сопротивление. Но самая жопа ждала нас на третьем уровне. Количество различных комнат, которое нужно было проверить, зашкаливало. Этих грёбаных коридоров было слишком много, а залы, куда они вели – слишком большие. И очень удобные для обороны. Стоит ли говорить, что именно там и сидели основные силы кентавров. Я поучаствовал в штурме одного такого зала. Как итог: восемь раненых бойцов моего взвода, в том числе бедолага Мюллер, а ведь они были с энергощитами. Во взводе Кортеса и Батлера так и вовсе погибшие были. В общем, та ещё жесть. Хорошо хоть коридоры были достаточно большими для «Элиотов». Без штурмовых шагоходов нас бы тупо покрошили. Никакие энергощиты не спасли бы. И да, эти самые щиты были только у моей роты, а этот проклятый зал мы штурмовали тремя батальонами, один из которых был вырезан на две трети, а второй «всего лишь» наполовину. Нашему батальону повезло, мы потеряли в общей сложности около тридцати человек. Естественно, повезло по сравнению с остальными.
Не стоит забывать и про засады – не один и не два раза, поворачивая за угол мы нос к носу сталкивались с группой кентавров. И если у них не было с собой пулемёта, считай повезло. Само собой, помещения тоже необходимо было проверять, и не всегда они были пустыми. В целом, зачистка базы противника проходила с огромными потерями. С одной стороны нападающие и должны терять больше, чем обороняющиеся, а с другой – я был среди первых и как оно там должно быть меня вообще не устраивало. Особо тоскливо стало, когда мой взвод остался в одиночестве. А всё благодаря очередному, мать его, повороту, на котором нам пришлось разделиться с третьим взводом.
– Странно, но я почему-то за тебя переживаю больше, чем за себя, – произнёс Кортес. – Смотри там, не разрушь эту чёртову базу.
– В жопу иди, Кортес, – ответил я. – Лучше голову побереги, будет неприятно, если ты помрёшь.
– Если ты не взорвёшь планету, я как-нибудь выживу, – усмехнулся он.
Дальнейшее продвижение моего взвода не отличалось от того, что было до этого. Осторожно подойти к очередному повороту, заглянуть за него и осторожным шагом направиться дальше. Двигаться приходилось медленно, так как двери в этом сооружении сливались со стеной и открывались автоматически при приближении. Однажды из одной такой двери сходу высыпалось несколько гранат. Если бы не щиты, взвод Брукса не досчитался бы… Чёрт, да отделения Брукса могло бы уже и не быть. С тех пор по коридорам мы передвигались максимум по пять человек, остальным приходилось ожидать позади. Довольно неудобно и непривычно, но в какой-то момент это спасло жизнь моему взводу. Сомневаюсь, что если бы мы столпились в коридоре, выпрыгнувшие из очередной открывшейся двери Титаны, не смогли бы нас всех перебить. А так они сами загнали себя в неприятную ситуацию. Коридор был небольшим и проверяли его только я и Холмс, идущий впереди. Когда из открывшейся двери показался первый Титан, я не долго думая схватил бойца за плечо и, подбив ему ноги, упал на спину. За эту секунду или чуть больше в коридор успел выпрыгнуть второй Титан, в то время, как первый получил от меня восемь лазерных зарядов в грудь. Стрелял я одной рукой, поэтому попадание больше удача, чем моё мастерство. Что было в голове у Титана, который успел поднять своё оружие, но почему-то не выстрелил – я не знаю, но как и было сказано, в этот момент появился второй Титан, а мои ребята, находящиеся сзади, начали палить из лазерного оружия греев. Так что долго противник не прожил, более того, никто из них даже выстрелить не успел. Учитывая, что времени для реагирования было мало только для простых людей, вроде нас, склонен считать, что нам опять повезло. За полторы секунды после появления в коридоре, даже с учётом наших щитов, хоть одного из нас, но Титан мог расстрелять. Всё-таки у них тоже спецоружие, только своего производства, а наши щиты уже давно не стопроцентные. Кроме моего, но у меня запасной после Борегара.
Когда в паре шагов от упавших Титанов появилась голограмма грея, я всё ещё находился на полу и шмальнуть по нему на автомате не мог, а вот мои парни пару выстрелов сделали.
– Неплохо сработали, дон’ха, – произнёс он на дарахийском. – Мне понравилось. А вот то, что в моём доме обосновались дараах – не очень. Думаю, вы будете не против, если я вам немного помогу. Чего замерли? Только не говорите, что вы не понимаете этого языка? Тогда почему… Неважно, ответьте хоть что-нибудь, – закончил он раздражённо.
«Дон’ха»… Значит, всё-таки мне не показалось, и это язык сансахали. Само понятие невозможно перевести коротко, слишком многое оно обозначает. И воин, и интерес, и преддверие открытия, и ношу на плечах. В общем, не
