Виктор мрачно наблюдал за входящей девушкой.
— Что-то тебе отдых на пользу не пошел, — хмыкнул он, разглядывая немного похудевшую Еву.
— Просто он у меня был очень активным, — отмахнулась она. — Рассказывай, что нового в нашей богадельне?
— А что у нас может быть нового? Разводим, делим, судимся… Все, как всегда. Кстати, у тебя ещё три дня отпуска, чего пришла?
— Соскучилась. Сам говоришь, что подурнела — все от того, что тебя не видела.
Витек бессильно закатил глаза и про себя пожелал ей временного паралича языка. Посмотрев на девушку, которая наблюдала за ним, прищурив глаза, он сменил свой пожелание с временного на постоянное.
— Что ты хотела?
— Витюш, вот за что тебя уважаю, так это за нелюбовь к долгим прелюдиям. Племяшка твоя где? Раз уж у меня припадок трудолюбия, нельзя упускать такой момент, хочу с ней кое-какие аспекты обговорить.
— Какие именно? — сразу же насторожился чадолюбивый дядюшка.
— Это наши женские, почти интимные вопросы, так что отвянь. Или хочешь сам заняться этим делом? Там ты только скажи, я тебе все документы передам, ещё и проконсультирую. Бесплатно. Цени мою щедрость.
— Нет, спасибо. Как-нибудь в другой раз.
— Не особо обольщайся, это было одноразовое предложение, — Ева закинула ногу на ногу и сложила ладошки на коленке.
— Ты вчера что-то отмечала, или тихо и незримо подкрался Паркинсон? — Виктор кивнул на заметно подрагивающие пальцы. Девушка сжала руки в кулаки.
— Хуже. Бросаю курить. Вступила в секту «Скажи «Нет!» алкоголю, сигаретам и сексу», — совершенно серьезно ответила девушка. И вкрадчиво добавила с опасным огоньком в глазах. — Хочешь присоединиться?
Начальство удивленно крякнуло, но только отмахнулось, дескать, меня и так все устраивает, обидно помирать здоровым.
— Ну, смотри, если решишь, что жизнь в посте и молитве, причем и в эротическом смысле — тоже, твоя мечта, смело обращайся.
— Хватить паясничать, — шеф недовольно нахмурился. — Она у меня на даче.
— А подальше места не было? — Ева прикинула шансы на то, что блонди не найдет способ общаться со своим горячим и страстным, и признала, что они катастрофически малы. Ладно, пусть порезвиться напоследок, потому как сразу после слез раскаивания и милосердного прощения со стороны великодушного супруга, ждет её жизнь несколько менее радостная и привольная, чем была до этого.
— А смысл? Там охраняемая территория, мобильник и ноутбук я у неё забрал, пусть воздухом дышит и учится варить борщ, а то девке под тридцатник, а она готовить ни хрена не умеет.
Ева, готовить умевшая, но не особо любившая, не стала поддерживать тему изживания в нынешних женщинах талантов кухарки, только неопределенно кивнула. Причем, жест этот можно было отнести, как к одобрительным, так и нет.
— А что же она там делает?
— Я ей «Капитал» Маркса оставил, пусть просвещается.
— Это уже как-то совсем сурово… Ты адрес-то дай. А то я у тебя на фазенде ни разу не была.
— А я звал на майские праздники, только вот кое-кто откололся от коллектива.
— Витюш, у нас из женщин только я, Наташка, Лидуся и теть Зина. И мне как-то сомнительно, что двух последних ты тоже приглашал. А Наташка пьянеет даже не от запаха алкоголя, а от звука открываемой бутылки. Оно вам надо, чтобы я, трезвая и злая, мешала вам обсуждать, какие все бабы дуры? — девушка собралась вставать, когда вдруг «вспомнила» основную цель визита. — Слушай, ты Агеева недавно случайно не видел?
— Нет, а что?
— Да что-то у меня изжога с утра, вот думаю, не к появлению ли бывшего… Ладно, мне пора, отпуск все-таки, а ты работай, сокол ясный, блюди интересы наших клиентов.
Подхватив бумажку с адресом и оставив недоумевающего начальника смотреть ей вслед, Ева выскочила из кабинета и подошла к Лиде, так и не сменившей основное занятие. Судя по недовольно нахмуренным бровям, купальника своей мечты она в этом журнале не нашла, отчего была несколько раздосадована.
— Ты что такая хмурая? Пойдем лучше кофе попьем.
— А если Виктор Павлович к себе затребует? — секретарша уже поднялась, но в последний момент вспомнила о непосредственных обязанностях. К слову сказать, такое с ней случалось довольно редко, но всегда не вовремя.
— Так мы же быстренько. Лидусь, меня больше недели не было, будь хорошей девочкой, расскажи, что тут вообще творилось.
Против такого соблазна, как почесать языком в оплачиваемое работодателем время, девушка не устояла и уже через десять минут Ева стала обладательницей огромного количества информации — от новой распродажи в «Mango» до разговора Виктора с супругой на повышенных тонах, случившегося в кабинете шефа пару дней назад. К сожалению, дремать было нельзя, поскольку Лидочка перепрыгивала с одной темы на другую так резво, что можно было упустить что-то важное.
Счастье улыбнулось тогда, когда у Евы уже почти в прямом смысле опухла голова от этой трескотни. Вылавливая крупицы истины в общем потоке охов и ахав по поводу «симпатяшки», в описании которого Ева узнала бывшего супружника, она поняла, что Агеев приходил к Витюше около недели назад.
Значит, врал шеф, что не видел Диму. Что само по себе странно — ну, пришел к нему старый друг по рюмке чая выпить, общих знакомых обсудить, но обманывать-то зачем?! И смысла делать пакость сейчас у Вити тоже нет. Не глупый же мужик, должен понимать, что это ну, никак не повысит её работоспособность. Зато разбудит здоровую злость… Чем дольше она рассматривала эту мысль со всех сторон, тем более вероятным казалось такое развитие событий. То, что её шеф манипулятор, каких поискать, это Ева знала всегда. А если он решил таким образом подтолкнуть её и придать дополнительный стимул? Вообще-то, разумно — она сейчас ведет бракоразводный процесс, а тут такой привет из далекого прошлого, как горячо презираемый бывший муж. Если построить логическую цепочку, то вполне вероятно, что любой нормальный человек включит ассоциативное мышление и перенесет свою ненависть — хотя, в данном случае уместно говорить об отвращении с легкой ноткой брезгливости — на наиболее подходящего кандидата. То есть — Пахомова.
Подумав ещё раз, Ева поняла, что немного переобщалась с Нешкой и скоро начнет все события трактовать по Фрейду. Психология вещь хорошая, но вряд ли Витюша так доверял бы её бессознательному. Значит, дело в чем-то другом. Но в чем именно?
Больше ничего в голову не приходило, а Лидочка, наконец, вспомнила, что деньги ей платят немного за другое и нехотя поползла на рабочее место.
Прихватив кое-какие документы из сейфа и кинув сочувственный взгляд на погибающий в одиночестве кактус, Ева выбежала на улицу. Сегодня сопровождение было на другой машине, да и лица тоже сменились, но на их челах лежала печать того же скучающе-сонное выражения, что и у вчерашних. Во всяком случае, до того момента, как Денис провел с ними разъяснительную беседу. Глянув на часы, девушка поняла, что он уже должен был приехать в Москву. Если, конечно, не было никаких неожиданностей на трассе. Но от идеи позвонить и узнать, открестилась, не глядя. Это было бы слишком. Хотя смутное беспокойство за него все равно царапало где-то на границе сознания.
