У него появились фантазии, фантазии избежать банкротства, рассчитаться с долгами, даже снова разбогатеть. Что если скважина начнет давать двести баррелей в день? Что если в Миссисипи пробурить еще две-три скважины, уже точно зная, где это надо делать? Весь день его мозг работал, как кассовый аппарат, умножая текущую цену барреля нефти на двести, четыреста и шестьсот, а потом перемножая полученные цифры на триста шестьдесят пять (по числу дней в году) и убеждаясь, что только при таком раскладе он оказывается в выигрыше.
Он забыл о вечерней репетиции, о Джейси и Карле, о Дженет и Кейси… все совершенно вылетело из головы. Немного собравшись с мыслями, Дуэйн направил Бобби Ли на соседнюю буровую, чтобы перебросить оттуда часть бригады на новую скважину для ускорения работы.
Он постоянно твердил себе, что надо успокоиться, что надо взять себя в руки. Уж сколько раз он натыкался на такие скважины, которые, на первый взгляд, сулили в самое ближайшее время миллионы, а на поверку истощались через месяц. Он убеждал себя, что только пессимистическая реакция является реалистичной. Нефть ведет себя непредсказуемым образом. У новой скважины огромные перспективы, но и огромные разочарования. Уж сколько раз такое случалось.
Но воображение не так-то легко было обуздать. Месяцы простоя, депрессии, безнадежности делали новую скважину еще более соблазнительной. Он не мог не мечтать, что она разрешит все его проблемы, отлично понимая, что надежда может обернуться полным крахом.
В полночь, дожидаясь прибытия ночной смены, Дуэйн заметил мелькание передних фар в зарослях мескитовых деревьев. Бобби Ли сидел рядом. Несмотря на то, что ему принадлежала честь сообщить первым об открытии сказочной скважины, он был на редкость мрачен.
– Катит твоя жена. Сейчас она тебя за уши потащит домой, – проговорил Бобби Ли.
– Может статься, что это твоя жена. А кого она не раз таскала за уши, а?
– Удивительно, как они еще целы.
– Если, дай Бог, я вылезу из долгов, ты получишь такое вознаграждение, что сможешь купить самолет, и тогда будешь летать в Луизиану на скачки каждую пятницу, – пообещал Дуэйн.
– Я разобьюсь, – обреченно проговорил Бобби Ли. – Я непременно разобьюсь, и тогда все пожалеют, что такими жестокими были ко мне… в особенности Карла с Каролин.
Через минуту подъехала машина, в которой сидели Карла и Джейси. Дуэйн спустился с платформы к дамам. За ним, шаркая ногами, подошел Бобби Ли, никогда не упускавший случая понаблюдать за разворачивающейся драмой.
– Судя по тому, как важно вы расхаживаете, вам повезло, – сказала Карла. – Маме не понравилось, что ты сегодня днем наорал на маму. Теперь до конца жизни она будет иметь зуб на тебя.
– Я не орал на нее, – сказал Дуэйн. – Я только сказал ей, чтобы она не лезла, куда не нужно.
– И так он отзывается о моей маме! – всплеснула руками Карла. – Она утверждает, что ты обращался с ней, как с военным преступником.
– А тебе известно, что она собиралась пристрелить Кейси, когда я вошел в дом?
– Мама весьма чувствительна, – произнесла Карла таким тоном, каким она требовала от кого-то извинений.
– Все женщины чувствительны… старые и молодые, – подхватил Бобби Ли, умудренный житейским опытом.
Джейси, закинув одну ногу на приборный щиток, слушала транзистор, потом положила его на сиденье и вышла из машины. На ней была тенниска, шорты и «вьетнамки». Она немного побродила вокруг, потом взобралась на буровую платформу. Рабочие бросили работу и, как завороженные, уставились на нее.
– Эй, надень каску, – крикнул ей Дуэйн. Джейси вошла в инструментальную и нашла там защитный шлем.
– Я знаю, что так положено, – сказала она. – В детстве я пропадала на буровых.
– Мама не уедет, пока ты не извинишься, Дуэйн, – опять принялась за свое Карла.
– В таком случае я уеду.
– Скажи ей, что ты впал в депрессию под угрозой банкротства. Это может помочь.
– Ни хрена я не собираюсь ей говорить. Я не собираюсь извиняться перед Дженет за то, что она чуть было не убила своего хахаля.
– Она просто хотела попугать его.
Джейси села на край платформы и принялась болтать ногами. Хотя она повернулась спиной к рабочим, те, словно окаменевшие, продолжали стоять на месте. Чтобы больше не спорить с женой, Дуэйн подошел к Джейси и заглянул ей в лицо.
– Хорошая ночь, – проговорила она. – Отец часто брал меня на промысел. Он был милым человеком.
– Знаю. Я работал у него. Он не хотел, чтобы я женился на тебе.
– Правильно, и я не хотела. В некотором отношении я была послушной дочерью и оказалась большим снобом.
Дуэйн ощутил на себе взгляд Карлы, почувствовав, как одеревенели мышцы спины, но решил не оборачиваться.
– Ты не появился на репетиции, – сказала Джейси. – Со мной не было моего Адама, и ничего у меня не получилось. Все твои женщины подумали, что ты сбежал куда-то с новой подругой жизни. А они очень зависят от тебя.
– Догадываюсь.
– А как новая подруга?
– Никак.
– Но ты ее ищешь?
– Нет.
Джейси встала, вернула каску на прежнее место, махнула рукой буровикам и не спеша спустилась по лестнице вниз.
– Ты очень миленькая в этой каске.
Джейси остановилась и бросила на него быстрый взгляд.
– Я давно уже не миленькая. Дуэйн. Я нечто другое, но не миленькая. Пусть новая скважина не застилает тебе глаза.
Проговорив это, она прошла мимо него и села в БМВ.
Дуэйн мысленно обругал себя. Он сказал глупость и получил по заслугам. Карла постоянно его осаживает, но получить пощечину от Джейси было гораздо больнее.
Он подошел и остановился рядом с Бобби Ли, который, косясь, смотрел на женщин в машине. Те молчали, думая каждая о чем-то своем.
– Что передать маме? – наконец спросила Карла, глядя на мужа в упор.
– Если ты так боишься родной матери, зачем тогда привезла ее сюда?
– Я не собираюсь с тобой спорить на глазах у всех этих людей. Почему хотя бы раз в жизни мы не сможем поговорить цивилизованно?
– Мы говорим цивилизованно. Я не кричу на тебя. Я даже не повышаю голос.
– Ты, когда выходила за него замуж, не знала, что он исключительно упрямый? – спросила Джейси.
Карла ничего ей не ответила, молча уставившись на мужа. Молчание стало действовать на нервы Бобби Ли, и он принялся переминаться с ноги на ногу.
– Я сегодня работал шестнадцать часов, – захныкал он. – Мне пора домой.
– Я тебе настоятельно советую завтра появиться на репетиции, – сказала Джейси Дуэйну. С Дженни случится удар, если ты не появишься. Сегодня вообще собралось мало народу.
– Постараюсь прийти, – сказал Дуэйн. Ему хотелось извиниться перед Джейси за слово «миленькая», но неудобно было делать это на глазах жены.
