– Постараюсь прийти, – сказал Дуэйн. Ему хотелось извиниться перед Джейси за слово «миленькая», но неудобно было делать это на глазах жены.
– Я сегодня проработал без перерыва шестнадцать часов, и мне пора отдохнуть, – снова заканючил Бобби Ли, не делая, впрочем, ни малейшего движения в направлении своего пикапа, стоявшего в десяти шагах от него.
– Почему ты не держишься подальше от всего этого, Бобби Ли? – спросила Карла.
– Подальше от чего? – не понял тот. – Я вкалываю, чтобы заработать сверхурочные.
– Ты мог бы иметь гораздо больше, если бы попытался спровоцировать меня, – не унималась Карла.
– Между прочим, – сказала Джейси. – Если тебя интересует судьба собаки, то с ней ничего не случилось.
– Какой собаки? – не понял сразу Дуэйн. – У меня нет никакой собаки. Будь у меня собака, она жила бы со мной, помогая мне вести нормальную жизнь.
Джейси усмехнулась; она, видимо, простила ему его неудачный комплимент.
– На твоем месте я попыталась бы забыть о нормальной жизни, – прибавила она.
– Не могу, – рассмеялся Дуэйн. – Наверное, у меня на роду написано вести такой образ жизни.
– Тем хуже для тебя, мой сладкий, – проговорила на прощание Джейси, и машина тронулась.
– Ты общаешься с ужасными женщинами, – промолвил Бобби Ли, наблюдая, как удаляется БМВ.
Дуэйн ответил ему не сразу. От избыточного адреналина, циркулирующего в крови весь день и почти всю ночь, силы его были на исходе.
– Чего они сюда прискакали? Чего они меня вечно задирают?
– Кажется, ты собирался домой, – после долгого молчания ответил Дуэйн.
ГЛАВА 58
Явившись на заключительное заседание подготовительного комитета, Дуэйн понял – неприятности обеспечены. Источник этих неприятностей определить было нетрудно. Дж. Дж. Роули с четырьмя священниками сидели вдоль стены. Все священники были фермерами из северной части округа. Двоих он знал настолько, чтобы переброситься парой слов. Засуха свела на нет почти весь их урожай, а то, что осталось, уничтожил град, неожиданно налетевший в мае и июне. В общем, они представляли собой довольно мрачную компанию.
Они, но не Дж. Дж., который, чисто вымытый и пышущий здоровьем, был готов к борьбе.
– Всем привет, – поздоровался Дуэйн с собравшимися. Комитет присутствовал в полном составе, включая старого Болта, державшего в руках большую банку, куда он сплевывал сжеванный табак, что было шагом вперед по сравнению с крохотной банкой, бывшей при нем в тот день, когда он вывалился из машины.
Комитет в целом оставался индифферентен к присутствию фермеров. Сонни держался напряженно, как, впрочем, и всегда с тех пор, как его голова начала давать сбои. Сюзи Нолан откровенно зевала: очевидно, ей больше всего хотелось отправиться домой и вздремнуть. Дженни что-то лихорадочно строчила, внося последние изменения в программу представления живых картин. Ральф Ролф изучал брошюру о нубийских козах.
Несмотря на все усилия заставить себя не быть чрезмерным оптимистом в связи с последним событием, Дуэйна распирала радость. Хорошие сообщения на нефтяном фронте всегда поднимали его тонус. И если перед ним маячило сражение, тем лучше.
– Дж. Дж. – обратился он к духовному лицу, – это официальное заседание комитета. Мы обычно не допускаем на него посторонних.
– Дуэйн, тебе уготована прямая дорога в ад, – сделал ответный выпад Дж. Дж. – Тебе следует думать о бессмертной душе, которой суждено жариться на шампуре, если ты не переменишь свой тон.
Предчувствуя схватку, все заметно оживились.
– На шампурах не жарят, – поправила его Сюзи. – Поджаривают обычно на сковороде.
Дж. Дж. игнорировал эту техническую деталь.
– Дьявол может поджарить тебя или меня быстрее, чем мы успеем поджарить бекон, – весело сообщил он собравшимся.
– Пусть будет так, – согласился с ним Дуэйн. – Тем не менее мы обязаны ограничить число присутствующих на заседании, иначе у нас здесь скоро соберется полгорода.
– Взгляни на это таким образом, сын мой, – возразил Дж. Дж. – У тебя есть свой комитет, а у меня мой и Господа. Мы, комитет белобаптистов, за бойкот, и мы станем бойкотировать все, что попадется нам на глаза, если вы не запретите продажу алкогольных напитков.
– Городской совет единогласно одобрил продажу пива во время празднования столетия, – напомнил ему Дуэйн. – Городской совет выражает мнение горожан.
– Отнюдь! Он выражает мнение горьких пьяниц, – стоял на своем Дж. Дж. – Мой комитет выражает мнение добропорядочных сограждан, и мы требуем, чтобы вы прекратили противоправные действия.
Дуэйн рассмеялся. Находясь в приподнятом настроении, он воспринял эту ситуацию как комическую.
– Мы не можем прекратить противоправные действия, поскольку мы еще их не начинали, – уведомил он Дж. Дж.
– Я не собираюсь сидеть здесь и выслушивать словесные выкрутасы, – заявил Дж. Дж. – Наша позиция проста. Если мы заметим, что продается выпивка, то прибегнем к услугам бригады «Новая метла».
– Кого, кого? – спросил Бастер Ликл, напряженно следивший за разворачивающейся дискуссией.
– Мы выступим против порока и греха с метлами в руках, – пояснил Дж. Дж. – Если какой-нибудь любитель спиртного собирается приложиться к рюмке, мы выбьем из его рук эту отраву метлой. Оказывающие сопротивление будут арестованы. Совет по борьбе с пьянством обещал направить нам специальных агентов, которые будут проводить эти аресты.
– Разве нельзя призвать заседание к порядку? – спросил Сонни. – Я не вижу никакого порядка.
– И не увидишь, – ответил Дуэйн. – Можно кричать до хрипоты, а порядка все равно не будет.
Сонни огорченно умолк. Он всегда отстаивал корректную парламентскую процедуру.
– Я призываю заседание к порядку, – все-таки проговорил Дуэйн, не желая стать причиной новых провалов памяти у Сонни.
– Я предлагаю немедленно удалить с заседания всех, кто не является его членами, – сухим тоном произнесла Сюзи Нолан. Все удивленно уставились на нее. Сюзи вышла из сонного состояния и перешла в состояние явного негодования. Ее глаза сверкали, а щеки пылали. Дуэйн, однако, удивился, но не очень, так как знал, что Сюзи способна на удивительные трансформации; это было также известно и Дж. Дж. Роули, который, казалось, готов был испепелить ее взглядом.
– И твоя душа вскоре будет жариться на огне, – прошипел он ей в ответ.
По тому, какими они обменивались взглядами, Дуэйн засомневался в том, что Сюзи и Дж. Дж. когда-либо были любовниками. В принципе сам факт привода последним на заседание четырех торжественно молчащих фермеров вряд ли мог вызвать такое резкое проявление взаимной враждебности.
