— Сначала их надо поймать, а для этого надо тоже стать на четвереньки.
— Почему? — удивился Торутранумиллиондор.
— Между ног проскочат, — серьёзно ответил Ырмытыр. Гном осуждающе покачал головой, с его точки зрения — глава семейства должен держать своих жён в определённой строгости и не давать им чрезмерной воли, а тут… Ырым явно балует своих будущих младших жён. Почтенный ювелир хотел высказать своё мнение по этому поводу, но не успел — из леса, вернее, густых джунглей вышло, переваливаясь на шести ногах, огромное чудовище. Его громадное тело было усеяно костяными наростами в виде пятиугольников, широкой частью направленных вверх и в стороны. Длинная шея, покрытая большими чешуйками, несла голову с громадной пастью, дополнял картину длинный хвост, судя по отсутствию наростов, довольно гибкий. Чудище вышло из лесу, вернее выломилось из чащи, сделало полукруг по каменистому участку земли и вернулось к зарослям. Широко открыв свою громадную пасть, огромный зверь захватил, сколько смог, густой зелени и стал её пережёвывать.
— Ух ты! — восхитилась Лиша, Листик согласно кивнула:
— Ага! Большая корова!
— Почему корова? — удивился Дрон, он, как и его товарищи, со страхом смотрел на огромного зверя, с видимым удовольствием объедавшего деревья на кромке леса.
— Ест траву или листья с деревьев, её заменяющие, — пояснила Рамана, эта гигантская травоядная ящерица не опасна, если на неё не нападать. Хотя какая это ящерица? Теплокровный травоядный зверь, дающий молоко.
— Ага, — снова кивнула Листик, — молочко даёт, очень вкусное молочко!
— Откуда ты знаешь? — спросил Ждан, ответила не Листик, а Тиасса:
— Листик специалист по молоку, очень его любит, в любом виде. Если очень ей хочется, то может и саблезубую тигрицу подоить!
Тиасса не стала уточнять, что, для того чтоб выпить молока у саблезубой кошки, Листик превращается в её котёнка. Словам Тиассы наёмники не удивились — от Листика и не такого можно было ожидать. А вот гном изумился и попытался представить маленькую рыжую орчаночку, доящую саблезубую тигрицу. В это время из джунглей появился ещё один зверь, уступающий в размерах первому, но, явно, хищник. Длинное и гибкое тело, тоже покрытое чешуёй, метнулось к ящеровидной корове и вцепилось ей в шею. Зубы хищника хоть и пробили чешую на шее древоядного зверя, но не нанесли смертельную рану. Первый ящер с натугой приподнял второго над землёй и резким взмахом длинной шеи перебросил себе на спину. Пришедшие в движение пластины стали перемалывать неудачливого хищника, он разжал челюсти и издал громкий рёв, судя по тому, как тот прервался, это был предсмертный крик. Изломанное тело упало на землю, и тут же из зелени джунглей на него накинулись маленькие хищники. Маленькие — относительно упавшего зверя, так как эти зубастые ящерицы были крупнее лошади. Несмотря на то, что его тело рвали острые зубы стаи мелких хищников, умирающий зверь перекусил напополам трёх из них, что не остановило остальных. Обезумевшие от вида или запаха крови, с десяток зверей кинулись на ящеровидную корову (у той кровоточила шея), удары могучего гибкого хвоста размазали нападавших тварей по земле. Часть стаи бросилась пожирать своих неудачливых товарищей — стая была большая и места у поверженного и уже затихшего огромного хищника хватило не всем.
— Неужели мы туда спустимся? — со страхом спросил Гавр у Раманы, та отрицательно покачала головой:
— Нет, мы туда не пойдём, мы вообще спускаться не будем. Мы двинемся по этой тропе, до темноты мы должны быть у пещеры, там переночуем и утром пойдём дальше, к следующему порталу.
Отряд пошёл по тропе, больше напоминающей широкую дорогу. Люди старались не думать о том, кто протоптал эту тропинку, а гигантский ящер-корова двигалась ниже, по кромке джунглей, продолжая их объедать, оставляя за собой широкую, хорошо утоптанную дорогу, вполне пригодную для езды на различных повозках.
— Чего это она? Такое впечатление, что эта корова нас преследует! Уж не захочет ли она разнообразить своё меню? Нам-то бежать некуда, на гору мы не вскарабкаемся! — Маара с опаской посмотрела на гигантского зверя, вроде как неспешно двигавшегося, но при этом не отстававшего от отряда.
— Не-а, она мяса не ест, — ответила Листик и пояснила поведение огромного зверя: — Она идёт по кромке джунглей, здесь деревья, вернее, листья на них, не такие жёсткие как в середине леса, тут молодые деревца растут, а там их густые заросли глушат. Здесь молодые побеги, вон видишь? Листья светлее чем остальные джунгли.
Маара ничего не ответила, но на бронированную корову с огромной пастью коситься не перестала. К вечеру дошли до пещеры. Пещера была похожа на ту, что Маара видела в мире Гелла: первая часть — большой зал, куда завели коней и где расположились люди. А вот второй как бы жилой части не было, но наёмница готова была поклясться, что проход туда загораживал большой камень. Но в этот раз Листик не стала его отодвигать и, как и остальные девушки, устроилась вместе с отрядом наёмников.
Ночью Маару разбудил гном:
— Девочки пропали! Я проснулся, а Лиши и Листика нет! Дежурит Ырым, но он ничего не ответил на мой вопрос!
Торутранумиллиондор произнёс это шёпотом, но так громко, что проснулись и остальные.
— А где Листик? — забеспокоился Ждан, растерянно оглядываясь. Рамана пожала плечами и, повернувшись на другой бок, показала, что не желает вести беседы в столь поздний час, а собирается спать дальше. Маара обнаружила, что нет и Тиассы, и поинтересовалась у Милисенты:
— Действительно, а где девочки?
— За молоком пошли. Недаром же корова за нами шла.
— Э-э-э?.. — растерянно протянула Маара.
— Здешние звери полуразумны, а та корова была ранена, ей хищник шею прокусил, рано или поздно она стала бы жертвой другого зверя. Но она поняла, что её могут вылечить, вот она и шла за нами.
— Но как она это поняла? — удивился гном. — И как её будут лечить?
— Инстинкт, у таких зверей очень хорошо развито чувство самосохранения, вот корова и почувствовала, что Листик может помочь, — пожала плечами Милисента и коротко ответила на второй вопрос гнома: — Магия.
Торутранумиллиондор покачал головой и посмотрел на Ырмытыра, молча за этим наблюдавшего:
— И вы своим хм… пусть будущим жёнам такое позволяете?
Орк пожал плечами:
— Если девочкам захотелось молока, разве я могу им это запретить?
После чего Ырмытыр демонстративно улёгся и заснул, или сделал вид, что спит. Его примеру последовала Рамана, наёмники, привыкшие к выходкам Листика, тоже стали укладываться — раз они ничем помочь ей не могут, то не стоит и волноваться, лучше добрать сон, неизвестно же — может, в дальнейшем выспаться и не удастся. Улеглась и Маара, тихо проворчав:
