Читаем без скачивания Звездоплаватели (сборник) - Жозеф Анри Рони старший

Необъятная рыжая стена преградила горизонт. Авиатор перенесся через нее и полетел над пропастями. Под ним открывались мрачные бездны, у которых даже невозможно было разглядеть их глубины. Всюду замечались следы страшных конвульсий, тут обрушились целые горы, другие покривились и готовы были провалиться в неизмеримые пустоты. Над этим страшным пейзажем планер описал множество спиралей. Большинство провалов были так широки, что планеры могли бы опуститься в них дюжинами.

Тарг зажег свой маяк и начал наугад исследование. Сначала он устремился в одну расщелину у подножия утеса. Свет здесь словно таял от сумерек. Потребовалось десять минут, чтобы достигнуть дна.

Другая бездна сначала показалась благоприятной для приключения. В землю из нее уходили многие галереи. Но Тарг исследовал их без всякой пользы.

Третье путешествие было головокружительным. Чтобы достичь земли, планер должен был опуститься на две тысячи метров. Дно этого провала представляло собой продолговатый квадрат, меньшая сторона которого имела до двухсот метров протяжения. Со всех сторон виднелись пещеры. Потребовался целый час, чтобы их обойти. Но кроме двух, все они оказались с плотными стенами. Две же, наоборот, обладали множеством расщелин, но они были слишком узки для прохода человека.

– Все равно! – проговорил про себя Тарг, собираясь покинуть вторую пещеру… – Я сюда вернусь!

И вдруг он ощутил то странное впечатление, какое испытал десять лет тому назад, в вечер великого бедствия. Поспешно вынув свой гигроскоп, он взглянул на его стрелку и испустил торжествующий крик: в пещере были водяные пары.

Дом погиб

Долгое время Тарг шел во мраке. Все его мысли перемешались. Необъятная радость охватила его всего. Когда он пришел в себя, то подумал:

– Пока тут делать нечего. Чтобы добраться до таинственной воды, нужно найти какой–нибудь проход к ней помимо дна этой пропасти или же пробить себе проход. Но это просто вопрос времени. На первых порах присутствие Арвы будет крайне полезно. А потом надо вернуться в экваториал Дюн и захватить с собой необходимые машины для получения энергии и разбивки гранита.

Размышляя так, молодой человек в то же время снарядил планер, который тут же начал описывать восьмерки и поднял Тарга на поверхность земли. В две минуты он выбрался из пропасти; затем хранитель сейчас же направил свой переносной волнопередатчик и послал вызов.

Ответа не было.

Удивленный, он послал более сильные волны. Приемник оставался немым. Таргом овладело легкое беспокойство. Он послал новый круговой вызов, постепенно касавшийся всех направлений. Молчание продолжалось. Он начал опасаться какого–нибудь неприятного обстоятельства. Являлись три предположения: произошел несчастный случай, Арва покинула станцию, сестра заснула.

Ранее чем послать новый вызов, исследователь с величайшей точностью определил свое местонахождение. Затем он дал волнам максимум напряжения, и они должны были с неистовой силой зазвенеть в приемных рупорах. Арва могла их услышать даже во сне. Но и на этот раз не было никакого ответа.

Не покинула ли молодая женщина и в самом деле свое убежище? Но, наверное, она на это не решилась бы без серьезных оснований. Как бы то ни было, а ее надо было найти.

Он снова уселся в планер и понесся со всей скоростью. Тысячу километров он пролетел менее чем в три часа. Станция уже завиднелась в воздушный бинокль, и она была пуста. Тарг никого не видел. Значит, Арва отправилась? Но куда? Зачем? Далеко она не могла быть, так как планер ее стоял на якоре.

Последние минуты пути показались ему невыносимо долгими. Быстроходный самолет словно не подвигался вперед. Туман заволок глаза молодого человека.

Наконец убежище – вот. Тарг спустился посредине его, закрепил аппарат и бросился на поиски… Стон вырвался из его груди. По другую сторону дороги за вертикальным валом – что и делало ее невидимой – была распростерта Арва. Она была так же бледна, как виденная когда–то в Красных Землях женщина, которая умерла от эвтаназии. И с ужасом Тарг увидел копошившихся железо–магнитов, притом самой крупной породы, третичных, которые окружили Арву…

В два приема Тарг прицепил свою лесенку, спустился к молодой женщине, взял ее к себе на плечо и поднялся наверх.

Она не шевелилась. Тело ее было инертно; нагнувшись, Тарг попытался было расслышать биение сердца. Но тщетно. Таинственная сила, которая отбивает такт существования, видимо, исчезла…

371Дрожа, хранитель положил гигроскоп на губы молодой женщины. И чуткий инструмент уловил то, чего не мог разобрать слух: Арва не была мертва.

Но ее обморок был так глубок, а слабость так велика, что она могла умереть с минуты на минуту.

Причина несчастья была очевидна. Это было если не единственно, то во всяком случае главным образом действие железо–магнитов. Необычайная бледность Арвы свидетельствовала об огромной потере ею кровяных шариков.

К счастью, Тарг никогда не путешествовал без традиционных инструментов, средств и возбуждающих. Он впрыснул ей с промежутком в несколько минут две дозы сильного укрепительного. И хотя крайне слабо, но сердце начало биться, и губы Арвы прошептали:

– Дети… Земля…

Затем она впала в глубокий сон, которому, Тарг знал, нельзя и не следует мешать, сон роковой и спасительный; в течение его Тарг каждые три часа впрыскивал женщине по несколько миллиграммов «органического железа». Прошло по меньшей мере двадцать четыре часа, пока Арва смогла выдержать короткое пробуждение. Самое тяжкое опасение исчезло. Хранитель знал превосходное здоровье своей сестры и не боялся никаких опасных последствий. Во всяком случае он был в нервном настроении. В конце концов, оставалось необъясненным, почему же Арва оказалась у подножия вала? Неужели она, такая осмотрительная и ловкая, и вдруг упала? Это было возможно, но невероятно.

Что делать? Оставаться здесь, пока она не наберется рил? Но для ее полного выздоровления потребуется самое меньшее две недели. Лучше отправиться в экваториал Дюн. По существу ему можно не торопиться. Цель, которую преследовал Тарг, была не из таких, исход которых зависит от нескольких дней.

Он направился к большому планетнику, отправил вызов. Как и там, у выхода из пропасти, хранитель не получил никакого ответа. Сразу же им овладело мучительное волнение. Он повторил сигналы, придавая им максимум напряжения. Но было очевидно, что Эра и дети по какой–то непонятной причине или не имели возможности слышать, или же не могли ответить. Оба варианта были одинаково страшны. Прямая связь была, очевидно, между несчастьем Арвы и молчанием планетника.

Невыносимый страх сковал сердце молодого человека. Его ноги затряслись; и, опершись на подставку большого планетника, он был не в состоянии принять какое–нибудь решение. Наконец, мрачный и решительный, он оторвался от своей опоры, с тревожным вниманием осмотрел все части своего планера, поместил Арву на самое просторное сидение и поднялся в воздух.

Это было печальное путешествие. Он сделал только одну остановку к вечеру, чтобы попытаться еще раз вызвать Эру. Но ответа не было. Тогда он туго завернул Арву в ее шерстистое кремниевое покрывало и дал самую сильную дозу укрепительного. В своем непробудном беспамятстве она едва вздрогнула.

Всю ночь планер рассекал звездную темень. Так как холод был слишком чувствителен, то он обогнул гору Скелет. За два часа до зари показались южные созвездия. И путешественник с биением сердца смотрел то на крест, начерченный над югом, то на эту блестящую звезду, самую близкую соседку нашему Солнцу, лучам которой требуется только три года, чтобы достигнуть Земли. Как, должно быть, было прекрасно это небо, когда юные существа смотрели на него сквозь листву деревьев, а тем более, когда серебристые облака сливали свои животворные надежды с этими светильниками пространства. Но никогда больше не будет облаков!

Легкий свет засеребрился на востоке, затем солнце показало свой огромный диск. Экваториал Дюн был близок. Сквозь объектив воздушного бинокля Тарг замечал иногда между дюнами висмутовую стену и окутанные утренней дымкой металлические дома. Арва по–прежнему спала, и ее не пробудила даже новая доза возбуждающего. Но бледность ее во всяком случае не была такой мертвенной; слабо вздрагивала артерии, и кожа больше не имела той прозрачной окостенелости, которую придает ей смерть.

– Она вне опасности! – подумал Тарг.

И эта уверенность несколько облегчила его страдания.

Все внимание его сосредоточено было на оазисе. Он старался рассмотреть милый дом. Но два холма еще его закрывали. Наконец горизонт раскрылся, и от ужаса Тарг выпустил из рук руль планера, который, как раненая птица, сразу устремился вниз.

Вся усадьба с домами, сараями и машинами исчезла.