А Харрисон совсем не изменился, подумала Джесси. Он все такой же самодовольный, забавный и чопорный. Да, он действительно остался прежним. Но с Джесси произошли кардинальные перемены. Она наконец поняла, чего хочет в жизни.
Прижав мягкую ткань к лицу, Джесси разрыдалась.
– Почему ты не рассказала мне раньше? – качая головой, спросила Джесси.
Они с Женевьевой прогуливались по берегу в Бухте кораблекрушений. Волны с шипением и плеском набегали на мокрый песок у их ног. Над головой с пронзительными криками кружили чайки. Дождь прекратился, но воздух оставался все еще прохладным. Море почернело и покрылось белыми барашками пены. Пасмурная погода соответствовала мрачному настроению Джесси.
– Я дала слово твоей матери, – произнесла Женевьева. – Не надо обвинять меня в том, что я сдержала его.
– Я прекрасно понимаю тебя и ни в чем не виню. Но я рада, что теперь мне все о тебе известно.
С тех пор как Джесси узнала, что Женевьева – родная сестра ее матери, произошло много событий, которыми ей хотелось поделиться с подругой. Но она не могла. Джесси и так уже вовлекла в свои планы старого Тома и Чарли. Пусть хотя бы Женевьева останется в стороне от опасного дела, думала она, поглядывая на подругу.
– Я слышала, что Харрисон вернулся домой, – сообщила Женевьева.
– Да, он уже приехал.
– Говорят, что вы скоро поженитесь.
– Свадьба состоится в начале декабря.
Женевьева остановилась и порывисто тронула Джесси за руку.
– Зачем ты согласилась, Джесси? Я думала, ты решила поступить так, как велит тебе сердце.
Джесси тяжело вздохнула.
– Лукаса забрали из нашего имения и перевели на государственное содержание.
– О Боже, Джесси… вас выследили?!
Джесси покачала головой, пряча глаза от Женевьевы.
– Неужели ты думаешь, что мама оставила бы его в живых, если бы узнала о нашей связи? – Джесси помолчала, глядя на пенистые волны. Ее сердце сжималось от боли. – Женевьева, я хочу, чтобы ты сопровождала меня в церковь во время свадебной церемонии. Я хочу, чтобы ты помогла надеть мне свадебный наряд.
– Я с удовольствием, но твоя мать вряд ли допустит…
– Мамы в храме не будет. Ты же знаешь, она не захочет ехать на побережье в церковь Святого Антония, где состоится церемония бракосочетания.
– А я думала, что вас обвенчают в усадьбе.
– Да, сначала мы так и планировали сделать, но потом я настояла на своем.
– Странно, что Беатрис пошла у тебя на поводу.
Джесси грустно усмехнулась.
– Я уговорила ее.
Беатрис, конечно, не сразу сдалась, но, получив согласие дочери выйти замуж за Харрисона, в конце концов уступила.
– А не будет против моего присутствия Харрисон? Он знает, что ты хочешь пригласить меня на церемонию бракосочетания?
– Еще нет. Но даже если он заупрямится, я все равно хочу видеть тебя перед свадьбой. Пусть даже только в домике священника, вдали от посторонних глаз.
Женевьева внимательно посмотрела на Джесси.
– Ты чего-то недоговариваешь.
Джесси взяла руку тети и крепко сжала ее.
– О, Женевьева, не спрашивай меня ни о чем, прошу тебя. Помоги мне только пережить трудное для меня время!
Женевьева нахмурилась. Ее терзали беспокойство и смутные подозрения.
– Ну хорошо, раз ты хочешь, будь по-твоему.
– Спасибо!
Два дня спустя Джесси поехала в Блэкхейвен-Бей вместе со старым Томом и Чарли. Чарли обошел с праздным видом городскую тюрьму, притворившись, что просто прогуливается. А Джесмонд отправилась в дом начальника тюрьмы и потребовала свидания с Лукасом Галлахером, бывшим конюхом своего брата.
В комнате с низким потолком и маленьким зарешеченным окном стояла прохлада и висел неприятный запах немытого человеческого тела, мочи и затхлости.
Джесси остановилась посреди комнаты и прислушалась. С тюремного двора до нее доносились шарканье ног заключенных и тяжелые шаги охранников, обутых в сапоги. Джесси впервые пришла на свидание с Лукасом. Раньше она боялась, что мать узнает о ее визитах в тюрьму. Теперь уже нельзя дольше откладывать, и она отбросила все колебания. «Агнес Энн» готова к отплытию, наступило время решительных действий. Джесси явилась, чтобы посвятить Галлахера в свои замыслы и попрощаться.
Джесси смотрела в открытую дверь на длинный коридор. Сейчас должен появиться Лукас Галлахер в сопровождении охранника. Сердце тревожно билось у Джесси при мысли, что сейчас она в последний раз увидит любимого человека.
Джесси знала, что заключение в местной тюрьме с ее суровыми условиями содержания могло негативно повлиять на человека, существенно изменить его в худшую сторону. И она ожидала, что Лукас внешне сильно изменится, исхудает, побледнеет. И действительно, когда он появился из темноты коридора в грязной и разорванной одежде и вышел на свет, у нее упало сердце. Лицо Галлахера покрывала темная щетина, щеки провалились, в глазах стояла тоска.
– Спасибо, вы можете идти, – обратилась она к охраннику.
– Но, мэм… – растерянно посмотрел на нее констебль, – я не могу оставить вас один на один с заключенным…
– Не смешите меня! Галлахер неопасен, он попал в тюрьму вовсе не за преступление. Его просто вернули отбывать срок на общей каторге. Мой брат забраковал его как конюха, вот и все. Впрочем, я не желаю вдаваться в подробности и обсуждать с вами такие вопросы. Вы свободны!
Констебль покраснел.
– Слушаюсь, мэм, – пробормотал он и вышел из помещения.
Старый Том, стоявший у входа, посторонился, чтобы пропустить его.
Джесси бросилась в объятия Галлахера. Его изможденный вид и нездоровый цвет лица испугали ее.
– О Боже… – прошептала она, когда дверь за констеблем закрылась. – Что они с тобой сделали?
Лукас отстранился.
– Лучше не приближайся, от меня воняет тюрьмой.
Но она вновь обвила его шею руками и прижалась к груди. – Я не могу сдерживать свои чувства, все время мечтая обнять тебя.
– О, Джесси… – прошептал Лукас, зарывшись лицом в ее золотистые волосы, и крепко поцеловал. – Я думал, что больше никогда не увижу тебя.
– В понедельник «Агнес Энн» выходит в море, – сообщила Джесси, когда он наконец прервал долгий поцелуй. – Мы разработали план побега.
– В понедельник? – Лукас пристально взглянул на Джесси. – Я слышал, что в субботу ты выходишь замуж за Харрисона Тейта.
Джесси кивнула. У нее перехватило горло от невольных слез. Видя, в каком состоянии она находится, Лукас нежно погладил ее по щеке.
– Почему ты так спешишь со свадьбой, дорогая?
– У меня есть на то свои причины.
Желваки заходили на скулах Лукаса.
– Причина не связана со мной? Посмотри мне в глаза и скажи правду. Может, ты беременна?
