Читаем без скачивания Колумбы иных миров - Юлия Федотова

Или дело все-таки сложнее и силы бога возрастают от числа поклонников? Не исключено. Взять хотя бы тот случай, когда Один заподозрил, что я переманил у асов одну-единственную Меридит, и лично прискакал разбираться — кто бы мог ждать подобного от самого могучего бога Севера?! Да, если количество так важно, становится понятным и поведение белых ряс — они стремятся захватить власть в Староземье по наущению своих богов, возжаждавших Силы…

Хотя прежде не случалось, чтобы боги впутывали в свои распри смертных! Да и что-то я не замечал, будто бы происходящее беспокоило так называемых ложных богов. Они теряют поклонников целыми городами, но не предпринимают решительно ничего. Как объяснить это? Умран и Эрда такие могущественные демоны, что остальные боятся с ними связываться? Или столь незначительные и не представляют для них интереса? Или наша Меридит — столь важная персона и ценится больше, чем все население Герцогств?..

Вопросы, вопросы… Возможно, если мы найдем хотя бы половину ответов, то сможем понять, что именно происходит в Старых Землях, как спасти Мир и надо ли его спасать… А пока станем смотреть на вещи просто. Король Робер нанял нас, чтобы очистить Запад от белых ряс. Этим мы и займемся без лишних вопросов…

Увы мне, несчастному! То близится Ирина с поршневым устройством наготове! Истину говорят в народе: одно лечишь, другое калечишь…

Февраль, воскресенье.

Сегодня мне гораздо лучше. Уж и не знаю, что помогло: целебное зелье или просто закончилось действие яда?

Я вернулся в свой мир и обнаружил, что наши уже на подходе к Конвеллу — его острые готические шпили эффектно вырисовывались на фоне серого неба. Конвелл красивый и богатый город. Королевский дворец здесь просто шикарный — нигде такого нет. Энка называет его «архитектурным шедевром эпохи позднего Средневековья». Но мне больше нравится городская ратуша, украшенная по фасаду изображениями единорогов, драконов, химер, быков, собак, ящериц и прочей живности, как магической, так и неизмененной. Энка считает, что ваятели перестарались и можно было бы сократить поголовье, а по-моему, так интереснее! Говорят, если как следует рассмотреть все фигуры, среди них обязательно найдется не менее десятка тех, чьи морды будут напоминать лица кого-нибудь из твоих знакомых. Лично я нашел там братца Улафа, университетскую библиотекаршу и одного тупого кансалонского десятника из породы уриашей — на большее не хватило времени, я куда-то спешил.

На этот раз мне снова было не суждено продолжить поиски — нас просто не пустили в город. Предложили пересидеть неделю в заразном бараке, специально построенном возле городских ворот. Сюда уже дошли вести о моровом поветрии в Герцогствах. И о братстве тоже. Тварей в белых рясах приказано уничтожать на месте, без суда и следствия. Их вешают на близлежащих деревьях. Штук десять удавленников просматривалось от ворот — весьма полезное начинание!

Мы рассказали привратникам, что знали, предупредили насчет отравленного зерна и двинулись в обратный путь. Ильза соизволила-таки признать, что в Конвелле ее любимцы в большей безопасности, чем где бы то ни было еще, и не стала настаивать на тайном проникновении в город. А нам осталось только сожалеть о даром потраченном времени. Две седмицы без малого химере под хвост! Десять раз успели бы Мир спасти!

Единственной выгодой от нашего путешествия стало небольшое приобретение. Мы разжились белыми рясами, по одной на каждого. Сняли с тех покойников, что висели подальше от ворот. В случае чего они могут пригодиться для маскировки…

Орвуд гадает, взойдет по весне вокруг города мандрагора или нет? В последние десятилетия она стала большой редкостью. То ли климат похолодал, то ли вешать стали реже. У магов же этот корень в большой цене. Если будет хороший урожай, казна Конвелла неплохо пополнится. Но мне думается, ничего не выйдет. Все выделения висельников смоет талыми водами. Конвелльцам следовало бы дождаться, когда сойдет снег, потом уж вешать… Энка ругает нас, обзывает «отвратительными циниками». За что? Мы просто рассуждали о растениеводстве…

Коллегия заседала в Новрене, захудалом, донельзя провинциальном городе на границе Конвелльских и Ульпских земель. Старого графа Рю Новрена едва удар не хватил, когда он узнал о выпавшей на его долю чести.

Заседали узким кругом (широкий в Новренском замке и не разместился бы). Только самые могущественные и именитые из Великих магов собрались в тесном зале за старинным дубовым столом, чью потемневшую поверхность вполне можно было рассматривать как исторический памятник. Каких только следов не хранила она! Пятна пролитых вин и крови, зарубки от ударов меча — чего только не случается на хорошем пиру, вырезанные ножами и выцарапанные дамскими булавками вензеля, любовные магические символы, пронзенные стрелами сердца, непристойные картинки и даты, охватывающие не менее пяти последних столетий. Встречались и надписи вроде «Клянусь вечно любить леди Н» или «Тысячник Р'Аван — старый козел» — но их было совсем немного, подданные Новренской короны во все времена не отличались грамотностью. Граф сгорал от стыда и проклинал себя за то, что не догадался обновить мебель к прибытию высоких гостей. Но магов подобные мелочи не занимали совершенно — они решали Судьбу Мира.

— Вам не кажется, коллеги, что дело зашло слишком далеко и мы больше не контролируем ситуацию? Счет жертв идет на тысячи! — В обеспокоенном голосе мага Телиора нет-нет да и проскальзывали довольные нотки. Лично для него ситуация складывалась замечательно. После такого провала председателя Эстебануса Эттелийского наверняка сместят. И кто же станет первым кандидатом на освободившуюся должность? Разумеется, великий маг Телиор!

Председатель Эстебанус смерил конкурента ледяным взглядом.

— Все не так плохо, как стремится представить коллега Телиор. Согласен, мы недооценили расторопность братства и позволили оккупировать слишком большую территорию. Но еще не все потеряно. У братьев почти нет реальной Силы. Они действуют с помощью внушения и обмана — и только. Их оружие не магия, а ничем не подкрепленное слово. Что они могут противопоставить нам? Достаточно одного направленного магического удара, чтобы покончить с братством и вернуть ход истории в прежнее русло. Повторяю, коллеги, дела наши вовсе не плохи…

Эстебанус говорил так убежденно, так великолепно держался, что не только слушатели, но даже он сам начинал себе верить. Но тут из самого темного угла зала поднялась уродливая, горбатая фигура в плаще с капюшоном эльфийского покроя, но непривычного болотного цвета.