Блейн вел себя спокойно, хотя и не ускорил темпа своих расчетов, а иногда еще не успевал ввести свои данные в компьютер, когда уже наступала очередь Макса диктовать цифры.
Наступил момент, когда Саймс произнес результаты вычислений слишком быстро и неясно. Лунди тут же попросил:
— Повторите, сэр!
— Черт побери! Прочистите уши! — прошипел Саймс, однако повторил сказанное.
Капитан поднял голову и снова склонился над своими вычислениями. Как только компьютер освободился, капитан начал диктовать свои данные. Макс успел рассчитать пеленг капитана в уме и машинально прислушивался к этим цифрам, наблюдая за Саймсом.
Внезапно его охватила тревога.
— Капитан! Мои данные не совпадают с вашими!
Капитан Блейн замолчал.
— Что?
— Ваша программа неверна, сэр.
Капитан, казалось, не рассердился. Он передал блокнот со своей программой Саймсу.
— Проверьте меня, сэр.
Саймс быстро взглянул на цифры, написанные в капитанском блокноте.
— Ваши данные верны, сэр.
— Вы нам больше не нужны, Джонс, — произнес капитан. — Мы с мистером Саймсом закончим работу.
— Но…
— Я сказал, что мы обойдемся без вас, мистер!
Макс встал и отошел в сторону, кипя от негодования.
Проверка, которую якобы произвел Саймс, ничего не значила, если только астрогатор не прислушивался и не запомнил подобно Максу продиктованные капитану данные. В свои вычислениях Блейн поменял местами пятую и шестую цифры за запятой в десятичной дроби — восьмерку и тройку. На первый взгляд данные будут выглядеть верными, — если не знаешь точного результата. Жаль, горько подумал юноша, что Саймсу не пришло в голову действительно проверить расчеты капитана.
Однако Макс не мог удержаться, чтобы не слышать произносимые вслух пеленги и не производить расчеты в уме. Следующий пеленг Саймса неизбежно выявит ошибку, сделанную капитаном, и его поправка откорректирует ошибку. Но поправка будет весьма значительной, понимал Макс; корабль, мчавшийся почти со скоростью света, пролетал миллион миль меньше чем за шесть секунд.
Макс заметил, что Саймс заколебался, когда на экране компьютера вспыхнули цифры и Лунди перевел их в другую систему счисления. На лице астрогатора появилось испуганное выражение. Поправка, которую необходимо теперь ввести, сделает скорость корабля близкой к критической. Саймс на мгновение задумался и ввел поправку, но она была вдвое меньше необходимой.
Блейн, не задумываясь, передал введенную Саймсом поправку в машинное отделение и занялся решением следующей задачи. Когда на экране появился результат, ошибка, во много раз увеличенная прошедшим временем и немыслимой скоростью, казалась еще более очевидной. Капитан с изумлением взглянул на Саймса и быстро ввел свою корректировку. Макс не видел, какой была эта поправка, потому что капитан не произнес ее вслух и просто нажал на кнопки пульта.
Саймс облизнул сухие губы.
— Капитан!
— У нас еще есть время для одного пеленга, — заметил Блейн. — Я сделаю это сам, мистер Саймс.
Полученные данные передали капитану, и он начал вычисления на бланке. Макс увидел, что капитан написал что-то, затем зачеркнул и поднял голову; юноша машинально проследил за его взглядом. Заранее установленный на хронометре момент приближался с неумолимой быстротой.
— Приготовиться! — послышался голос капитана.
Макс посмотрел вверх, на небо, через прозрачный иллюминатор в потолке рубки. Звезды стремительно сближались друг с другом — это означало, что истекали последние мгновения перед переходом. Капитан Блейн, должно быть, уже нажал вторую кнопку, ту, которая бросает корабль вперед со скоростью, превосходящей скорость света, через гиперпространство, потому что звезды внезапно мигнули, исчезли и вместо них появился новый небесный свод, усыпанный звездами и казавшийся на первый взгляд совершенно обыкновенным.
Капитан откинулся на спинку кресла.
— Ну вот, — произнес он со счастливой улыбкой, — мы снова добились успеха. — Он встал и направился к люку, бросив через плечо; — Мистер Саймс, сообщите мне, когда корабль ляжет на выбранный курс и наберет соответствующую скорость. — С этими словами Блейн скрылся в коридоре.
Макс посмотрел вверх, пытаясь вспомнить карты, которые изучал раньше, чтобы установить, какой новый участок неба находится над ним. Он заметил, что Келли тоже смотрит вверх.
— Это точно, мы снова сумели прорваться через гиперпространство, — юноша слышал, как старший вычислитель бормочет себе под нос, — вот только куда?
И Саймс не сводил взгляда с неба. Услышав слова Келли, он обернулся к нему.
— Что вы имеете в виду? — рявкнул он.
— Только то, что сказал, — пожал плечами Келли. — Еще никогда мне не доводилось видеть такого неба.
— Чепуха! Вы просто не успели сориентироваться. Всякому известно, что участок звездного неба кажется незнакомым, когда вы смотрите на него сразу после перехода. Достаньте плоскостные карты этого района; мы быстро найдем ориентиры.
— Они разложены на штурманском столике, сэр. Ногучи!
Понадобилось всего несколько минут, чтобы все в рубке управления убедились, что Келли прав, и чуть больше, чтобы убедить Саймса. Наконец он поднял голову. Его лицо было зеленовато-бледным.
— Никому ни единого слова, — прошептал он. — Это приказ; нарушивший его будет немедленно разжалован. Келли, замените меня на вахте.
— Слушаюсь, сэр.
— Я буду в каюте капитана.
Саймс встал и вышел из рубки управления, чтобы сообщить капитану Блейну, что «Асгард» вынырнул из гиперпространства в неизвестном участке Вселенной, то есть заблудился среди мириад звезд и бесчисленных световых лет.
Глава 14
Затерянные в космосе
Два часа спустя Макс устало вошел через люк в «беспокойную дыру». Он только что провел неприятные тридцать минут, рассказывая то, что, по его мнению, было правдой. Капитан Блейн во всем случившемся винил только себя и выглядел потрясенным и озадаченным. Поведение Саймса было вызывающим и неприятным. Согласно его логике, поскольку в катастрофе нельзя обвинить его самого, а винить капитана просто немыслимо, во всем виноват Макс. Саймс высказал мнение, что раз юношу освободили от участия в расчетах за несколько минут до момента прорыва, Макс стал причиной случившегося, поскольку отвлек специалистов, работавших в рубке управления, от исполнения своих обязанностей в критически важный момент, — если так можно выразиться, подтолкнул их под локоть.
При разборе происшествия присутствовал мистер Уолтер, как молчаливый судья. Астрогаторы обсуждали вопросы, выходившие за пределы его профессии; первый офицер, казалось, изучал их лица. Макс упрямо настаивал на своей версии происшедшего.
В рубке управления вахту по-прежнему нес Келли. Ковак и Смит снимали спектрограммы; Ногучи и Лунди просматривали бумаги.
— Может быть, подменить вас? — спросил Макс у Келли.
На лице старшего вычислителя появилось виноватое выражение.
— Извините, но вы не можете нести вахту.
— Это почему?
— Пока вы поднимались сюда из каюты капитана, позвонил мистер Саймс. Он приказал не допускать вас к несению вахты до дальнейших распоряжений.
— Вот как? Ну что ж, это ничуть меня не удивляет.
— Кроме того, он запретил
