меня, вызывая дикий ужас и панику, оставляя пунцовые синяки на шее. Побороть страх перед смертью… или же сломаться, пав его жертвой — меня ждало два пути.
И каждый раз я ломалась после встречи с вами, Унохана-сан… каждый ебанный раз. Дрожала, плакала. Меня тошнило. Я не могла сосредоточиться на работе. Мне с трудом удавалось притворяться, что все хорошо. Люди думали, что я продолжала бояться Айзена и того, как он поступил со мной… Думали, что я избегаю их, потому что мне противна их жалость.
Отчасти это так. Но я чуть ли с ума не сошла от страха перед тем, чтобы брать меч и возвращаться к вам, заставлять себя через силу. Вы чуть-чуть, и сделали бы из меня сломанную куклу, которая не то что приходить в ярость уже не способна, но и просто держать меч в руках без дрожи.
Я так даже Айзена не боялась.
Я так никого, блять, не боялась… И в какой-то момент поняла, что не буду. Вы станете для меня страхом, Унохана-сан. Возможно, когда-нибудь, я овладею мастерством убийства и наслаждения боем не только в те моменты, когда мне срывало голову от адреналина. Сейчас вы помогли мне добиться куда более важной вещи — потерять страх перед любым, кроме вас.
— Серо!!!
В свой крик, казалось, Гриммджоу вложил не меньше злости и силы, чем в концентрированный удар жгучей реацу, хлынувший в мою сторону. Алая стена, от которой воздух раскалялся в мгновение ока, напоминала прикосновение адского пламени, которое в первый миг поразило меня. И, наконец, заставило почувствовать желанный трепет в груди.
— Кё: кан… Тобимару.
Защитившись от удушающей энергии серо барьером из реацу, я бросилась навстречу атаке, буквально нырнув в нее с головой. Это действительно напоминало прыжок в кислотное озеро, несмотря на защиту, кожу беспощадно жгло, а старые раны пылали огнем. И тем не менее боль напоминала, что я жива, что пока дышу, могу сражаться. Без риска… не добиться цели…
Сосредоточив силы в изменившемся клинке, заставив огонь пробежать по лезвию, я замахнулась и рассекла серо, направив в ответ сгусток пламени и, заодно, разбив атаку противника. Вылетев из алого зарева с занесенным над головой вакидзаси, я прочувствовала весь жар от того, сколь остро во мне разгорелся адреналин, притупляя боль.
Не смотря на увечья, несмотря на опаленную кожу.
Видеть недоумение во взгляде противника от безрассудного хода, что позволил мне приблизиться максимально близко, стало высшей наградой.
— Перемалывай, — призвала я Тобимару, резко спустив с клинка огненный залп, разразившийся высоким звуком, напоминающим крик из преисподней.
Попав под прямую атаку, застигнутый врасплох, Гриммджоу успел лишь выставить перед собой руки в защите от ослепительной вспышки пламени. Я не обманывалась, что это существенно навредит ему, но атака выглядела эффектно. Что плохо. Атакуй, словно желаешь убить — проще сказать, чем сделать.
Отпрыгнув и дождавшись, когда пламя угаснет и растворится облаком дыма, обнаружила, что удар все же задел аранкара — его руки и грудь покрылись багровыми ожогами. Выждав мгновение, парень опустил руки и одарил меня хищным взглядом, в котором оказалось куда больше холодной злости, чем пьянящей разум ярости.
Тихо засмеявшись, Гриммджоу хищно улыбнулся. А затем и вовсе сорвался на громкий смех.
— Великолепно, шинигами! Теперь ты стоишь того, чтобы тебя убить! Я искромсаю твое тело, не оставлю от тебя и следа, ты, мелкая тварь!..
— Спрячь свой меч, Гриммджоу.
Не прошло и года…
Появление Тоусена откровенно удивило аранкара, особенно тем фактом, что ему удалось незаметно подкрасться к нему за спину, ухватив за плечо. Обезумев от пыла боя, он даже не заметил, когда открылась гарганта. Честно признать, я тоже не совсем поняла, когда появился Тоусен, точнее, не признала в том колебании реацу его появление. Теперь стало понятно.
С трудом удержалась, чтобы не выдохнуть. Биться с Гриммджоу на смерть, конечно, любопытное испытание, но последняя минута боя показала, что пришлось бы самой удавиться, чтобы это реализовать. План с тем, чтобы преподнести в отместку Айзену голову шестого из эспады, оказался переоценен. Сильно переоценен. Хотя было бы эффектно. Обожаю свои амбиции…
Я все еще не готова вступать в бой с намерением убить.
Но… если Тоусен здесь, а Гриммджоу рвется с цепи в бой… это можно использовать. Хотя план, конечно, надежный, как швейцарские часы.
— Канамэ-сан… — не без напряжения глянув на мужчину, вернула внимание Гриммджоу. — Пришли вернуть маленького непослушного аранкара?
— Сука, я тебя сейчас…
— Гриммджоу, хватит. Не ведись на провокации.
— Какого черта ты вообще здесь делаешь?! — вырвавшись из хватки бывшего капитана Готея, взревел парень.
— Ты еще спрашиваешь? Ты самостоятельно вторгся в мир живых, взял с собой пять аранкаров, которых в последствии убили в битве. Ты нарушил наши законы.
— О, кажется, кого-то ждет неприятный разговор, — едва сдерживая усмешку, добавила я, вновь заставив Гриммджоу перевести убийственный взгляд в мою сторону. Верно, злись, давай… — Папочка недоволен. Послал вернуть собачку, сорвавшуюся с поводка?
Верно, я могла проиграть, могла погибнуть, бросаясь столь дерзкими замечаниями. Но страха не было, страх меня ни разу не касался, потому что злость, которая пропитывала тебя, Гриммджоу, ничто в сравнении с удушающей аурой Уноханы-сан. Я чувствовала, теперь чувствовала острое, пряное чувство в груди, наполнявшее уверенностью.
— Ну же… — отведя руку с мечом за спину и вливая в острие духовную энергию, в самый кончик, я провокационно улыбнулась. — Давай, шестерка.
— Сука, ну все, ты допрыгалась!!!
— Гриммджоу, стой! Не смей!
Дождавшись с бешено стучащим от волнения сердцем, когда аранкар окажется в опасной близости, я резко сжала рукоять меча, спуская вложенную реацу и буквально подрывая себя. Пламя Тобимару меня не тронуло, лишь выбросило взрывной волной, в то время как неплохо ударило Гриммджоу в лицо. Просто поразительно, я тоже вела себя столь дико и необдуманно, срываясь в чувствах?
Тень, промелькнувшая позади, спровоцировала быстро обернуться, подставляя меч для защиты. Однако встречной атаки не последовало, Тоусен даже меч не вытащил из ножен. Замешкавшись, я выругалась и приличия ради отмахнулась, заставив мужчину отступить. Точнее, переключиться на орущего в ярости Гриммджоу, бросившегося в моем направлении.
— Гетсуга Теншо!
Черная волна реацу закрыла меня от аранкара, заставив последнего в крайний миг затормозить. Честно признать, теперь пришел мой черед резко удивляться, я в недоумении бросила взгляд вниз. Парень не сорвался с места, наоборот, припал на колено — сил у него, видимо, не осталось.
— Ичиго… а-а!
Жуткий звон, ударивший по барабанным перепонкам, показался равноценным иглам, впивающимся в мозг. По телу будто ток пустили. Перед глазами все поплыло, я в
