столом. Горничная Аня тут же подала горячее. Блюдо, которое она поставила на стол, пахло так аппетитно, что Лев, не удержавшись, спросил:
– Что это за чудо такое?
– Это, Лев Иванович, утка по-пекински, – ответила Ольга.
– И кто же это чудо готовил – вы или Аня?
– Увы, нет, ни та ни другая, – покачала головой жена генерала. – Мы с Аней такими талантами не обладаем. Это Антон Андреевич заказал в лучшем городском ресторане и сам доставил заказ. Запах чудесный, правда? А сейчас мы все попробуем, каково это на вкус.
– Давайте я разрежу, – тут же взялся за нож Гриневич.
Резал мясо он мастерски – видно было бывалого охотника, который привык разделывать дичь.
– Вот, Лев Иванович, выбирайте, какой кусок вам по вкусу, – предложил майор, закончив свою работу.
Еще перед визитом в поместье Гуров думал о том, как будет себя вести. Сидеть за одним столом с врагом всегда опасно. Еще опаснее, когда враг чувствует, что его загоняют в угол, что на его шее вот-вот затянется петля. Не затем ли его пригласили на ужин, чтобы отравить? И решил, что будет есть только то, что едят и остальные.
Сейчас каждому предстояло выбрать свой кусок. Но ведь не мог майор заранее отравить все мясо! Тогда порция яда досталась бы и ему, и Ольге Анатольевне, и Илье. Также не мог он отравить какой-то отдельный кусок – ведь он не знал, что выберет Гуров. Поэтому сыщик спокойно выбрал один из кусков.
Майор откупорил бутылку «Столичной», налил стопку себе, такую же стопку Гурову. Ольге Анатольевне открыл бутылку «Цинандали». Илья заявил, что спиртного не будет, предпочитает сок. И вновь Гуров не увидел подвоха. Не было того момента, когда ему могли отравить водку.
– Что ж, давайте выпьем за нашего гостя, за знаменитого сыщика, который может разгадать любую загадку! – подняла бокал хозяйка.
Гуров пить всю стопку не стал, лишь чуть пригубил. Гриневич же спокойно выпил и тут же налил себе еще. А потом начал вспоминать знаменитых «следаков» разных лет – Васькина, Рудакова, Дедко… Выяснилось, что он изучал историю сыскного дела, интересовался этим вопросом. Беседа приняла интересный для Гурова характер, и он незаметно увлекся разговором.
Между другими историями Гриневич вспомнил и загадочную смерть известного специалиста по расследованию убийств майора Белякова. В середине 60-х годов тот приехал в Киев для участия в поимке убийцы, который выслеживал и убивал одиноких женщин, вдов, у которых после смерти мужей остались значительные средства. А спустя неделю Белякова нашли на берегу Днепра мертвым. Все выглядело так, будто сыщик утонул на мелководье. Поскольку в крови майора обнаружили значительное количество алкоголя, было решено, что Беляков где-то крепко выпил, зачем-то забрел на пустынный берег реки, упал в воду и захлебнулся. И хотя в деле оставалось множество вопросов, на которые так и не были получены ответы, дело закрыли.
– Вот так бывает, – философски заметил Гриневич. – Человек считал себя почти всемогущим, вершил чужие судьбы, а погиб от пустячной причины. Вы слышали эту историю, Лев Иванович?
– Отчего же, слышал, – ответил Гуров. – И потому стараюсь не выпивать значительное количество алкоголя незнамо с кем, а потом заходить на пустынный берег реки. Лучше я буду заходить в свой гостиничный номер. Глядишь, проживу еще какое-то количество лет. И буду понемногу вершить чужие судьбы. Особенно меня интересуют судьбы взяточников и владельцев подпольных казино.
Он произнес эту фразу с самым невинным видом, но при этом внимательно следил за реакцией Гриневича. И получил желаемый результат. Услышав слово «казино», майор вздрогнул, на его скулах набухли желваки, и в его взгляде Лев прочитал открытую ненависть. «Ага, понял, голубчик, что речь о тебе идет, – подумал он. – Ты ведь не догадывался, что я узнал и эту скрытую страницу твоей биографии. Теперь я для тебя стал еще опасней».
Майор не сразу справился с шоком и потому замолчал. Ольга Тараканова тоже не знала, что сказать, и за столом повисло неловкое молчание. Тут Илья Тараканов поднялся, извинился перед гостем и сказал, что пойдет к себе. Он и до этого почти не участвовал в общей беседе, было видно, что парень скучает, так что его уход выглядел вполне естественным.
После ухода Ильи беседа так и не возобновилась. В молчании три человека сидели за столом. Никто даже не предлагал выпить третью стопку. Когда с уткой было покончено, жена генерала предложила подать десерт. Но сказано это было таким вымученным тоном, что было понятно: от гостя ждут, что он откажется от угощения. Гуров не стал мучить хозяйку и отказался от десерта. Он заявил, что вполне доволен ужином, знакомством, беседой и хотел бы вернуться в город. Ольга проводила его до дверей. Майор Гриневич на этот раз не стал разыгрывать роль радушного сослуживца, он даже не встал из-за стола, чтобы попрощаться с сыщиком.
Глава 16
Попрощавшись с гостем, хозяйка скрылась за дверью, Гуров остался один. Уже полностью стемнело, настала ночь. Он чуть отошел от дома и оглядел освещенные окна. Ярко светились окна столовой. Там сидели Тараканова и Гриневич; видимо, обсуждали прошедший ужин. Интересно, что они говорили о госте? Впрочем, не особо интересно, и так можно догадаться. На втором этаже светилось окно в комнате Ильи. Сын генерала, как и обещал, поднялся к себе. А еще два окна светились во флигеле, где жили слуги. Как видно, это были окна комнат горничной Ани и охранника Максима Лоскутова.
А еще горела лампочка над дверью гаража. На этот свет Гуров и зашагал, напевая себе под нос какой-то мотивчик. Лично он был доволен итогами визита. Познакомившись с главным подозреваемым, он составил о нем впечатление и решил, что майор Гриневич – не такой уж опасный противник, как можно было подумать. Не слишком умен, несдержан, выдает свои чувства. «Как его перекорежило, когда я заговорил про казино! А еще ему явно не понравилось, что я практически не пил. Им обоим хотелось, чтобы я выпил как следует. Видишь, узнали откуда-то, что всем видам выпивки
