— Что это еще значит? — Катара свела руки на груди. — Какие это слухи ходят об «Аватаре»?
— Тс, не так громко! — старик подобрался к девушке и почти заткнул ей рот. — Не провоцируйте беду на нашу деревню. Мы не хотим, чтобы Он разозлился и стер нас песчаной бурей, или, что еще хуже, высушил наши тела до состояния мумий, — оглянувшись на нас и мило улыбнувшись, он еще сильнее понизил голос. — Чтобы выжить перед Жестоким Аватаром, надо кланяться ему в ноги.
…У меня не было сил это комментировать. Распространение слухов — это не то, на что я могу как-то повлиять. Нет, за свои путешествия у меня была возможность пару раз окружить себя благородным ореолом, но я не пошел на это, а сейчас, походу, пришло время жалеть. Скопления людей собрались перед нами, встали на колени и начали просить помочь разобраться с темным духом, который терроризирует их деревню — пока группа позади была в полном шоке. Так уж получилось, что после уничтожения леса, дух-хранитель деревни поехал головой и начал мстить всем людям, вот и причина, по которой некоторые здания были разрушены. Под осуждающие и непонимающие взгляды команды, я дал быстрое обещание, что помогу — в ответ на что люди просто начали биться лбами о пол. Не успел сказать что-то еще, как нас отвели в местную «резиденцию», где выделили лучшую комнату и сразу принесли превосходную пищу. А спутники так и продолжали молча пялиться, выжидая ответа на повисший вопрос.
— Аватар? — нахмурился уж слишком сильно оскорбленный Аанг.
— Жестокий? — Катара начала стучать пальцем по столу.
— Как ты мог… — покачал Сокка. — У тебя были такие крутые истории, и ты их нам не рассказывал⁈ Я думал, мы друзья!
Бах*
Катара быстро дала водную оплеуху брату и потребовала каких-либо объяснений. Ну, выдать те оказалось на удивление трудно, ведь это не просто слухи… Я и правда высушивал сотни людей — пускай это были просто солдаты, я правда стирал лагеря песчаными бурями, но только чтобы ослепить врагов. И если даже Афка могла спокойно подтвердить, что мирных жителей я не трогал, а конфликты обычно не провоцировал, в основном защищая нуждающихся, то вот жестокость все же приуменьшить не могла. Да и тот факт, что Аватаром считают меня, а не Аанга, никуда не исчезал.
— Как ты мог испортить мой образ⁈ Я должен вызывать надежду у людей, а не заставлять их в страхе стоять перед собой на коленях! — рассердился Аанг.
— В чем проблема? Как только узнается, что Аватар не я, все слухи быстро рассеются по ветру. Просто покажи им владение своими стихиями, и все.
— Вот только никто даже не знает, как я выгляжу! А твое лицо — уже «на всех листовках»!
Он был готов рвать на себе волосы от стресса. Одна проблема — их не было. Грустно, но это сказалось на отношениях, Катара с Аангом слегка разочаровались в моем подходе, в провоцирующей жестокости, которую я не скрывал. Но это был осознанный выбор, я понимал, что «положительный» образ мага песка будет притягивать к себе людей, но слал это все подальше, акцентируя внимание на практической пользе «негативного» образа. Ведь именно это позволит мне ставить свои правила в мире людей! А Аанг еще не принял тот факт, что я собирался сместить его туда, в угол, к миру духов, и думал, что этот негативный образ в глазах людей, как-то на него повлияет.
В этом проблема… я не мог сказать в лоб, чтобы он забыл о людях, что именно я сделаю все лучше. Нужна была философия, но, дабы убедить Аанга в ней, требовалось иметь исключительные отношения, чтобы он думал обо мне только самое хорошее: а что будет теперь? Если начну диктовать взгляд на мир, который идет в полную противоположность взглядам Лагхимы, он уйдет в отрицание. А зная свою удачу, он вообще будет не в себе от злости, поэтому надо было хоть как-то сгладить углы. И это можно было сделать через девушку, которая ему нравилась и кое-кого еще. Но про него потом.
Перекусив, Аанг вышел на улицу и пошел доказывать людям, что Аватар, на самом деле, именно он. Что до Катары… мы с ней направились к речке, тренировать магию воды. Девушка взяла ценные свитки, разложила их по порядку сложности и тихонько начала повторять движения, стоя ко мне спинной, будто бы демонстрируя всю обиду.
Нужно было что-то чувственное, чтобы она поняла меня. Затронуть нечто общее между нами двумя. Хм…
— Скажи, что за амулет на твоей шее? — мой спокойной голос ввел ее в ступор. Положив руку на голубой талисман с символом воды, который крепился к ее чокеру, девушка повернулась.
— … Он от моей мамы. Народ огня забрал ее, когда я была еще маленькой, — сжав кулаки, она вызвала неплохой силы волну, заставив воду забурлить.
— Знаешь, мне не нужно чувствовать твою ци, чтобы понимать, насколько тебе ее не хватает, — она резко обернулась и неприятно насупилась.
— Я не хочу вдаваться в подробности, — вот-вот должна была заткнуть меня, чтобы завершить тему, но я успел быстрее.
— Поэтому я такой жестокий. Мой образ сдерживает некоторых врагов от необдуманных поступков, моя репутация заставляет Хозяина Огня подумать дважды перед тем, как совершить нападение, после встречи со мной люди подают в отставку. Эх… просто хочу сказать — хорошо, что мои листовки на каждом углу, смотрящий на них солдат знает, с какими проблемами встретится, если увидит меня на поле боя. А представь, что было бы, будь на них лицо веселого парнишки со стрелой на лбу?
— … Никто бы не боялся, — глубоко понимающим тоном ответила Катара, сильнее сжав кулон. Я знал какую обиду она таила на нацию огня, знал как хотелось им отомстить, а потому моя речь затрагивала сами струны души.
— Именно. Но вызывать страх у тех, кого хочешь остановить — нормально. Что бы ты сделала с человеком, который забрал твою мать?
— Я бы его!… я бы уби… не знаю, — сжав руки, она резко поняла, что я образовал много острых спиц прямиком из грязи. Они обрушились градом на тело Катары, заставив ее сразу защищаться — девушка создавала щиты, убегала, но пускай и слабые, зато точные грязевые комки прибивали ее к земле, заставив застыть и ощутить дичайшее давление от острых камней у своей шеи.
— В первую очередь надо на-пу-гать. Да так, чтобы противник начал откладывать яйца, — нависнув над тяжело дышавшей девушкой и протянув ей руку, заставил серьезно на себя посмотреть. — А теперь давай, воспроизведи на мне, как встречала бы самого нежеланного человека в своей жизни. Но не забывай главного…
Поднявшаяся девушка во всю сосредоточилась на моих словах, желая узнать продолжения.
— Ты маг воды, так что ищи во всем свою долю позитива. Коротко говоря — ведь себя достойно.
Дальнейший диалог продолжился уже по мере тренировки, девушка выкладывала эмоции в каждый удар, а мои слова лились сладким потоком ей в уши, благо складывать красноречивые речи я умел.
Весь негатив в мой адрес будто бы пропал, а всего-то надо было выплеснуть его в эфемерном сражении.
Одна проблема… вплоть до вечера я как-то не особо продвинулся в магии грязи, и уж тем более не открыл продвинутую сенсорику. Мы учились по свиткам, кидались друг в друга атаками, но этого было мало, будто должно произойти что-то еще, нечто, что побудит меня развиваться. А зная хитреца Анубиса, он ничего не расскажет, пока я сам не додумаюсь.
Раа-а-а*
Ну а по наступлению сумерек, думать об этом времени уже не было, ведь со стороны поселения раздался громкий рев. Переглянувшись с Катарой и поняв, что это то существо, о котором нас предупреждали, побежали обратно на песчаных самокатах. Уже на месте мы нам предстала причина, по которой люди были готовы кланяться мне в ноги.
В деревню вторгся гигантский и озлобленный дух, напоминающий своей раскраской далматинца. Из его предплечий росли четыре руки, злобный оскал виднелся даже обычным людям, которые быстро закрылись в домах, надеясь на лучшее. Одним словом, пугающая тварь, перед которой выскочил Аанг, просто взобравшись на дом и подняв руки.
