Магос на удивление хорошо держался. Это было, наверное, самое жуткое зрелище в его жизни, но профессиональная выучка брала свое. Магоса биологис в нем восхищала сцена убийства.
— Полагаю, она уже была мертва, — сказал он. — Мы имеем дело с поеданием падали, и, полагаю, вскрытие это подтвердит. Хищник был большой, но никуда не торопился. Он ел долго, в первую очередь выбирая наиболее питательные куски. Следов борьбы и убийства нет, хотя карнодон, вероятно, изрядно нашумел, разрывая труп.
— Карнодон? — спросила Макс. — Ты уверен?
— Я бы поставил на это свою профессиональную репутацию, — ответил он. — По крайней мере то, что от нее осталось.
— Ну ладно. — Макс тяжелое дышала. — Можно здесь все вычищать?
— Да, — кивнул магос.
— А ты сумеешь дать моим людям что-нибудь, чтобы они представляли, что ищут? Ну, какой-нибудь библиотечный пикт или один из твоих дивных акварельных рисунков?
— С радостью.
— Ну и хорошо. Сдается, тебе надо поспать.
Драшер пожал плечами:
— А где Магистратум меня разместит?
— Что-нибудь придумаем, — ответила Макс.
Они «придумали» драную кушетку в пустом кабинете рядом с офисом Макс. Судя по запаху, исходящему от белья, кто-то регулярно пользовался этим спальным местом, но Драшер слишком устал, чтобы жаловаться. Кроме того, учитывая его отношения с планетой Гершом, это было в порядке вещей.
Он отключился почти сразу, как только лег.
Проснувшись, магос обнаружил, что прошло всего несколько часов. Брезжил рассвет. Как часто бывало, сон раскрепостил его разум, и разбудила магоса идея, теперь навязчиво крутившаяся в голове. Он чувствовал необычайный прилив энергии. Спустя годы монотонной бесперспективной работы он наконец-то снова применял свои профессиональные познания и использовал навыки, которые считал давно забытыми. Он даже чувствовал себя почти как настоящий магос биологис.
Драшер поднялся с кровати, оделся и сунул ноги в ботинки. Здание казалось тихим и мертвым. Он вышел в коридор, постучал в дверь офиса Макс и, не дождавшись ответа, вошел и принялся ринься в папках.
Услышав за спиной металлический щелчок, магос обернулся. Взъерошенная Макс стояла за столом и медленно опускала пистолет.
— А, это ты… — буркнула она, сонно щурясь.
— Трон святый! — воскликнул Драшер. — Откуда ты взялась?
Жермена провела ладонью по лицу и кивнула на пол за толом. Магос только сейчас разглядел разложенные диванные подушки и смятое покрывало.
— Ты спала на полу под собственным рабочим столом?!
Макс прокашлялась и убрала пистолет в поясную кобуру. Она выглядела злой и уставшей.
— Ну, ты же занял мою кровать.
— Вот как…
Макс взяла ботинки, прошаркала к двери и высунулась наружу.
— Дежурный! Две порции кофеина, или я кого-нибудь пристрелю! — крикнула она, после чего уселась на коврик у порога и принялась зашнуровывать ботинки.
— Который час? — угрюмо спросила она у Драшера.
— Еще рано. Извини.
— Чем ты там занимался?
— Я хотел просмотреть протоколы вскрытия жертв. Есть одна штука, которую мне надо проверить.
— Вон та стопка, — сказала Жермена. — Нет, не с этого конца.
Драшер принялся листать документы, морщась при виде самых жутких снимков. Макс вышла из кабинета, вероятно, собираясь убить несчастного, который слишком долго готовил кофеин.
Когда она вернулась, магос разложил на полу с десяток дел и записывал что-то стилусом на планшете, позаимствованном со стола.
— Макс, я кое-что…
— Одевайся! — перебила его Жермена.
При дневном свете (хотя в данном случае это было относительным понятием) Тихо выглядел ничуть не лучше. Сквозь окно транспорта, несущегося по улицам, Драшер рассматривал то, что прошлой ночью казалось смутными тенями. В темноте это место навевало меланхолию. Теперь же все было четко и ясно: следы пожаров, дыры в стенах, пробитые очередями штурмовых орудий, воронки взрывов, заполненные водой, и трещины в скалобетонных плитах. На руинах города росла трава. Густая и высокая, она отвоевывала у людей пустыри между кварталами жилых домов. Драшер подумал, что Сады Тихо теперь повсюду. Дикая природа поглощала город.
Они ехали колонной с еще двумя машинами Магистратума, с грохотом проносясь по пустым проспектам.
— Свежая жертва. В здании Рабочего комитета, — вот и все, что произнесла Макс.
Когда они добрались, Фалькен уже ждал их вместе с четырьмя вооруженными бойцами. Драшер ни за что бы не догадался, что здание перед ним когда-то служило помещением для Рабочего комитета. Бронебойные снаряды изрешетили фасад и пробили в крыше дыры самой разной формы. Задняя часть здания представляла собой темную, похожую на сеть пещер мешанину комнат.
— Сюда, — показал Фалькен, держа дробовик на плече. — Наш патруль нашел его около получаса назад.
Они перебрались через завал из металлических балок, подняв облако белой пыли. Труп лежал в куче обломанных половиц.
— Доброволец из числа гражданских, — пояснил Фалькен. — Совершал ночной обход. Оружие у него было, но, похоже, он не успел им воспользоваться.
Мертвец лежал на боку, отсутствующим лицом к новоприбывшим. Что-то отсекло ему переднюю часть черепа от макушки до подбородка. Драшеру зрелище показалось очень похожим на картинку из учебника анатомии, где демонстрировался человеческий череп в разрезе.
Магос склонился над телом, разглядывая рану. Линия среза была идеально ровной.
— Вы осмотрели местность? — спросила Макс у Фалькена.
— Бегло. Римбо показалось, что он что-то слышал.
Макс перевела взгляд на бойца:
— Серьезно?
— Там, сзади и вверху, мэм, — ответил Римбо, — определенно кто-то был. И, думаю, он все еще там.
— Это возможно? — Макс посмотрела на Драшера.
Тот пожал плечами:
— Если зверя потревожили до того, как ему удалось поесть… Да, возможно.
— Пойдем! — приказала Макс. Они с Фалькеном двинулись вперед, держа оружие наготове. — Валентин, осторожнее. Не отходи от Эдвина. Остальным — прикрыть передний сектор. Римбо, показывай дорогу.
Они углубились в темные осыпающиеся глубины разваливающегося здания, поднимая шагами облачка пыли. Фалькен, Римбо и Макс поднялись по лестнице, идущей вдоль остатков несущей стены. Драшер, шедший вместе с бойцом по имени Эдвин, слышал, как авангард их отряда ходит этажом выше, скрипя досками и заставляя струйки пыли сыпаться вниз. Через вокс-динамик Эдвина доносились
