деньков. Пожалуйста. — Лилит говорила сдавлено и тихо, если бы не гробовая тишина, то Габриэль не смог расслышать и пятой части того, что она сказала.
Осознав, всю серьезность, он взял золотые листья и раскинул их по периметру ванны, при этом в сердце имея злые помыслы. Листья в его руках не являлись Королевскими Квилз, они лишь качественная подделка, которую он забрал у травника специально для Лилит и цель подобного была проста. Он хотел прояснить для себя, действительно ли девушка зависима от Квилз физически или же психическая травма детства играет с ней злую шутку, позволяя думать, что она жить не может без этого растения?
— Так, что там со встречей с Софией? — успокоившись, спросила Лилит, мельком посматривая на свои руки и облегченно вздыхая, видя привычный бледный оттенок вместо грязного черного.
— Мне показалось странным то, как именно она подошла и заговорила с нами. Ни для кого не секрет новость о том, что мы женимся, однако случаи, когда высшие священники из разных корпусов решили связать себя узами брака, столь редки, что их можно пересчитать по пальцам одной руки. И в такое важное, и для храма, и для королевств событие, она решила поухаживать за женихом? Если она действительно является претенденткой в святые, то не должна быть настолько глупой, чтобы не заметить столь очевидного факта, именно поэтому я думаю, что она сделала это намеренно. Но вот с какой целью?
— Значит, ты хочешь с ней встретится только по этой причине?
— Конечно.
— Послушай, — Лилит громко вздохнула, нахмурившись, — она является пока просто претенденткой в святые, а среди претенденток существует негласное соревнование за завоевание спонсоров для себя, особенно тех, кто занимает в храме высокое положение, чтобы увеличить шансы своего избрания. В ход идет все что угодно, от шантажа до секса, претендентки очень жестки в этом плане. К счастью, мне помог отец, но здесь девушки пользуются своей красотой, как рыночным продуктом, что очень прискорбно. Они плетут грязные интриги против соперниц, используя власть и репутацию своих спонсоров, чтобы скрыть все негативные последствия. Именно поэтому я не считаю, что за флиртом Софии к тебе стояла какая-то благородная цель или что-то вроде того. Внутренние распри храма Корлес намного более жестоки и нам лучше в них не лезть.
— Все еще что-то не сходится. Следуя твоим словам, разве не лучше ей было застать меня в одиночестве? Но она на глазах у стольких людей соблазняла меня, не слишком это похоже на поиск спонсора.
— Может она просто сумасшедшая? — Лилит покачала головой, прикрыв глаза. — Не забывай, Габриэль, пэспеленский храм в принципе более мерзкое собрание клубка змей, в отличии от веспонской церкви. Тут священникам все еще разрешено приносить новорожденных в жертву, а высшие священнослужители грешат разными непостоянными связями, в результате которых у них имеется множество незаконнорождённых детей, которых они с радостью скинут со скалы во имя своего Бога. Менталитет этих людей сильнее развращен, в отличии от жителей Веспона, они привыкли к пошлости и красоте. Секс для них — все равно что альтернативная валюта, которая также зависит от внешности. Бог Корлес повелевает богатством, а все что дорого для него автоматически красиво и верующие, следуя принципам своего любимого Бога, также переняли этот аспект и вознесли его как заповедь Корлеса. Красота человека — благословение Бога, определяющую его силу, вот так считается в храме. Попадая в храм, женщинам приходится носить непроницаемую фату, дабы их красота служила лишь Корлесу, в то время как мужчинам позволено больше и из-за этого большее количество женщин постепенно становятся алурами, выбирая между красотой и свободой последнее.
— Как это сделала ты.
— У меня был мотив, а у них есть лишь этот выбор. Вскоре, из-за слишком сильного контроля, храм падет в кризис, ибо женщины в наше время предпочитают жить счастливо, а не «правильно». Они выбирают алурство и преследуются храмом, сбегая на землю чужой страны, где церковь не столь сильна, а именно в Веспон. Я уверенна, что в ближайшем будущем Людвиг воспользуется всей этой ситуацией, заставив храм отступить и полностью разрушит церкви Корлеса на территории своего королевства.
— Людвиг уже сделал многое за столь короткое время. Позволь уточнить, ведь даже само восстание спланировано для того, чтобы избавится от шпионов других стран. Ведь так? — Габриэль, немного утомленный разговором, сел на край бассейна рядом с Лилит.
— Это, конечно, главная причина, но были еще и другие. Давай не будем вмешиваться в политику, честно, я ее не очень понимаю, — девушка, почувствовав привычный зуд по телу, расслабилась, едва заметно улыбнувшись, — вскоре мы должны будем встретится с моим отцом и узнать, что делать дальше. Если мы сможем использовать вражду между храмом Корлеса и церковью Кориандра, то так будет даже лучше, в ином случае придется что-нибудь придумать.
— Тогда, может завтра ночью выйдем на прогулку к церкви Кориандра?
— Я тоже об этом думаю, но меня беспокоит то, что в церкви могут оказаться шпионы Божественного Учителя. Давай пока сделаем так, ты поговоришь с Софией и попытаешься вычислить шпионов Кориандра через нее, а я отправлюсь в алурскую церковь и узнаю некоторую информацию по предстоящему нападению. Если получится, то попробую сдвинуть срок на день свадьбы.
— Будет жаль портит момент нашего бракосочетания, но ничего не поделать. В будущем я это компенсирую.
— Не говори ерунды, лучше пока собирайся к отцу, я вскоре последую за тобой.
Габриэль вышел из ванны, в то время как Лилит на мгновенье прикрыла глаза, чувствуя, как небрежно касаются ее кожи маленькие листочки. Она с недоверием посмотрела на уже закрывшуюся дверь, прежде чем взять в руки Квилз, начав переминать его пальцами. Ощущая непривычную поверхность, Лилит слегка поддела зубами кусочек листа, пробуя языком вкус, к которому она с детства боялась прикоснуться.
— Хах, — легкий смешок покинул ее уста, а глаза злобно прищурились, — я то думала, чего он так быстро согласился с моей просьбой… будь я хоть немного невнимательна, то не заметила бы такой маленькой детали.
На самом деле врачи, пытавшиеся вылечить Лилит от укоренившейся в ее костях зависимости, уже не впервые пользовались подобным способом обмануть ее. В те времена она с одного взгляда могла понять, что не так с ванной или с самим растением, однако после отказа от лечения она потихоньку начала расслабляться и, если бы не ее внимательность, она определенно не заметила бы этой подмены. Хотя ей очень хотелось просто закрыть на эту ситуацию глаза, позабыв о подделке, кружащейся на водной глади. Но Лилит не могла этого
