Эта власть фразы над значением отдельного слова в приведенных случаях — совершенно затемняет его основной признак, прерывает его связь с лексическим единством, т. е. затемняет слово, как лексическое единство.
Напротив, в примере из Ал. Толстого лексический план так определенен, что фразовый смысл столкнулся с ним, — и фраза не удалась.
Лексический план — это пункты, в которых проникают в данное значение — те или иные значения из объема лексического единства. Эти опорные пункты, отправные пункты могут так или иначе окрасить слово, так или иначе повернуть, распланировать основной признак; лексический план — это тот рычаг, который обнаруживает в слове то ту, то другую связь с объемом лексического единства.
Таким образом, — для того чтобы обнаружить в слове — конкретный объем лексического единства, — мы должны каждый раз:
1) выяснить наличие основного признака, связывающего конкретные специфические значения слова в однолексическое единство,
2) выяснить затуманивающую основной признак власть фразы,
3) выяснить отклоняющее деформирующее действие лексического плана.
4
Крайне важен в слове еще один признак — лексическая окраска.
Каждая нация, каждый класс, каждая среда в широком смысле слова — окрашивают слова для нее характерные. Каждая среда имеет свои особые условия, особые деятельности, и, в зависимости от этого, то или иное слово характерно или не характерно для нее.
Каждое слово имеет, поэтому, свою своеобразную лексическую окраску, но эта лексическая окраска сознается как таковая только вне самой среды, для которой она характерна.
Таково языковое ощущение иностранных языков, диалектов и т. д.
Это использовано у Гоголя, как комический эффект.
Анучкин.
— А как, — позвольте еще вам сделать вопрос, — на каком языке изъясняются в Сицилии?
Жевакин.
— А натурально, все на французском.
Анучкин.
— И решительно все барышни говорят по-французски?
Жевакин.
— Все-с решительно. Вы даже, может быть, не поверите тому, что я вам доложу: мы жили тридцать четыре дня и во все время ни одного слова я не слыхал от них по-русски.
Анучкин.
— Ни одного слова?
Жевакин.
— Ни одного слова. Я не говорю уже о дворянах и прочих синьорах, то-есть разных ихних офицерах; но возьмите нарочно тамошнего простого мужика, который перетаскивает на шее всякую дрянь, попробуйте, скажите ему: «Дай, братец, хлеба» — не поймет, ей-богу не поймет, а скажи по-французски: «Dateci del pane» или «portate vino!» — поймет и полетит и точно принесет.
(Женитьба. Действ. I. Явлен. XVI).
Комизм здесь основан на том, что лексическую окраску, которую «французский» язык имеет в русском (т. е. вне своей среды) действующее лицо переносит в самую среду, т. е. туда, где этой окраски быть не может[48].
Велика сила лексической окраски слова в любой речевой конструкции ср. осознание в литературе XVIII в. диалектизмов, как комического элемента, роль античных имен в стихах Пушкина, роль «францужения» в «Евгении Онегине» и т. д.
Благодаря лексической окраске, — любая тема выносится из безразличной речевой среды и окрашивается наиболее для нее характерной лексической средой. Назвать Англию, Францию — «фирмой» — это значит не только уподобить ее деятельность существенным чертам фирмы, как торговли и т. д., не только снизить масштаб и конкретизировать, — но и окрасить все, что о них говорится в особый цвет: слово «фирма» — сугубо классовое, буржуазное, — и оно опутывает образ целой прочной сетью ассоциаций в данном направлении. Говорить образно о «рычагах» революции — значит не только употребить известный образ (кстати довольно стершийся), — а незаметным образом окрасить фразу в цвет известной лексической среды, — известной деятельности производственного процесса.
Здесь, в этом отношении, в каждой речевой конструкции образ и сравнение, — может быть мотивировкой, оправданием ввода нужной лексической окраски.
Но лексическая окраска дается, конечно, и помимо образа, помимо сравнения, — и иногда в самых маловажных, второстепенных по значительности словах и словечках. Эти слова и словечки иногда могут производить впечатление чего-то бессодержательного или второстепенного в семантическом отношении, — и вместе с тем они являются очень важными лексическими рычагами, переводящими всю речь в определенную лексическую среду.
Когда деревенские ораторы употребляют непонятные ни для себя, ни для слушающих иностранные слова, — они делают установку на город, на революционную городскую речь. И в таких непонятных словах, — не только слабость, но и сила и смысл бессмысленных речей деревенских ораторов.
5
Ввиду сказанного, отношение вещи и слова представляется не прямым; вещь не покрывает слова, слово не покрывает вещи. Самое конкретное обозначение вещи — жест, на нее указывающий, — будет самым неконкретным в языковом отношении. От каждого слова идут нити по объему лексического единства; каждое слово в той или иной мере подчиняется общему фразовому значению, оно окрашено широкой лексической средой, для которой оно характерно.
В этом смысле самое конкретное слово, слово, связанное с массой ассоциаций, — будет наименее конкретно для обозначения совершенно определенной, конкретной вещи.
Во-первых, отвлекающее от вещи — влияние ассоциаций с широким объемом лексического единства; чем шире объем лексического единства слова, чем крепче в слове основной признак, — тем больше ассоциаций с разными значениями одного слова, тем больше возможность «многосмыслия» (ср. приведенный выше пример: «Какую голову с плеч снести» и «Сердце, золото мое»), тем насыщеннее слово и беднее обозначение.
Затем — влияние фразы; фраза в известной мере подчиняет значение отдельного слова; фраза сама может быть единицей, с общим значением для всех членов; для того чтобы вышелушить значение отдельного слова из этой группы, которая поглотила это отдельное значение — нужны особые приемы. И, наконец, лексическая окраска, которая, подобно рычагу большой силы, переводит всю речь в известную лексическую среду. «Авторитетность» лексической среды может сделать авторитетным и любое слово. И наоборот, без расчета на нее может получиться неожиданный результат: самое точное обозначение может быть окрашено в неподходящий цвет — и не удасться.
Приведу один пример, когда узость объема лексического единства и неподходящая лексическая окраска совершенно парализуют значение слов, лишают слова динамики.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
