— Ты не труслива, — возразил Рейвен. — Помнишь одно из первых слов, которому я тебя научил, — надежда? Пока мы живы, у нас есть надежда на лучшее.
Осторожно, чтобы не причинить боль ее израненному лицу, Рейвен поцеловал Дур-зор.
— Если бы увидел тебя мертвой, я бы не стал сражаться за свою жизнь. Какая мне жизнь без тебя?
Дур-зор широко — насколько позволяли набрякшие веки — раскрыла глаза.
— Это правда, Рейвен?
— Правда, Дур-зор. Ты — моя подруга. Пока я жив, мне не нужно другой. Я люблю тебя.
Дур-зор был ненавистен мучивший ее вопрос, и все же она не удержалась и спросила:
— Рейвен, ты любишь меня так, как любил бы человеческую женщину? Женщину вроде моей матери?
— Я ни с кем тебя не сравниваю, Дур-зор. Я люблю тебя такой, какая ты есть, — ответил он.
— И я люблю тебя, Рейвен, — сказала полутаанка. — Теперь ты это знаешь. Но, к сожалению, — добавила она с таанской рассудительностью, — любовь нам мало поможет. Если я вернусь к племени, Даг-рук меня убьет.
— А меня, если я вернусь, убьет Рылт, — сказал Рейвен.
— Мы можем убежать…
Произнеся эти слова, Дур-зор тут же умолкла.
Они оба смотрели на чахлую землю, простиравшуюся отсюда во все стороны. Скудная растительность, никакого крова над головой. Тревинис и полутаанка — они, скорее всего, оба погибнут. Если не от грядущих холодов, то от рук людей или таанов.
Замысел, который до этой минуты лишь будоражил Рейвена, но оставался туманным, вдруг обрел предельную ясность.
— Я знаю, как тяжело тебе сейчас идти, но мы должны спешить. Нам нужно успеть добраться до Клета раньше других.
— До Клета? — со страхом повторила Дур-зор. — Рейвен, ты что, собрался бежать навстречу смерти?
— Нет, я собрался бежать навстречу жизни. Похоже, тааны верят, что я обладаю каким-то влиянием на врикиля, — невесело сказал Рейвен. — Вот и проверим, правы ли они.
ГЛАВА 5
Только бы не попасться на глаза кому-нибудь из их лагеря. Из их бывшего лагеря. Эта мысль стучала в мозгу Рейвена. Двигаясь к лагерю Клета, он намеренно сделал большой крюк. Время подгоняло. Рейвен шел быстро. Дур-зор, хотя у нее была сломана рука, а распухшие веки едва позволяли глазами смотреть, ухитрялась поспевать за ним. Сейчас не время останавливаться и говорить ей ласковые, утешительные слова. Да и не привыкла Дур-зор к утешениям — ведь она считала себя воином. Рейвен не слишком опасался, что Даг-рук отправится к Клету жаловаться на него, однако могло быть всякое. Что же касалось Рылта, поведение шамана, как всегда, отличалось непредсказуемостью.
В лагере Клета царило странное возбуждение, что удивило и насторожило Рейвена. Тааны были чем-то крайне взволнованы. Они беспрестанно что-то выкрикивали на своем гортанном языке и яростно размахивали оружием. Старые шаманы сбились в кучку и негромко переговаривались. Молодые стояли поодаль, ожидая приказаний. Надсмотрщики сновали по лагерю, готовые в любую минуту начать его свертывать. Во всяком случае, Рейвену так показалось.
— Что случилось? — вслух удивлялась Дур-зор, озираясь по сторонам.
Тааны были кочевниками, и их намерение внезапно сняться с места не особо удивило бы Рейвена, если бы не одно обстоятельство. Ранее ему говорили, что Клет собирается пробыть здесь несколько дней и дождаться подхода других таанских племен. Вспомнив об этом, Рейвен тут же вспомнил недавний душераздирающий крик врикиля. Да, не лучшее время он выбрал для просьб. Только другого времени у него нет и не будет.
Рейвен направился к шатру Клета. Дур-зор он буквально волоком тащил за собой. Подойдя к караульным, Рейвен отсалютовал и сказал, что у него есть срочное послание к Клету.
Его догадка оказалась верной: всеобщее возбуждение, охватившее лагерь, было как нельзя кстати. Караульные знали Рейвена и беспрепятственно пропустили его в шатер врикиля. Войдя туда, он увидел Клета, совещавшегося со всеми низамами, включая и Даг-рук.
Даг-рук метнула взгляд на него, потом на Дур-зор и сразу все поняла. В глазах предводительницы вспыхнула нескрываемая злость. Рейвен ответил ей таким же взглядом и не без удовольствия увидел, как Даг-рук опустила глаза. Она беспокойно глянула в сторону Клета, после чего как будто забыла о существовании Рейвена. Низамы стояли перед Клетом в ряд, ожидая его приказов. Заметив Рейвена, врикиль жестом велел ему встать рядом с остальными.
Рейвен занял место в самом конце. Дур-зор спряталась за него, стараясь, чтобы никто ее не видел.
— Что тут происходит? — шепотом спросил у нее Рейвен. — О чем говорит Клет?
Его немало удивила весть о пяти тысячах таанских воинов, попавших в ловушку и убитых в Городе Бога. Когда Дур-зор закончила переводить, Рейвен стиснул ее ладонь.
— Замечательно, — прошептал он.
Клет отрывисто отдавал приказы. Гонцы незамедлительно отправятся в другие племена с вестью о случившемся.
Все здешние племена вместе с Клетом двинутся на восток, чтобы как можно скорее соединиться с таанами, которые должны будут подойти с юга. Вопросов у низамов не было, и Клет велел им возвращаться к своим обязанностям. Шумно выразив свою ненависть по поводу случившегося, низамы разошлись. Проходя мимо Рейвена, Даг-рук обожгла его еще одним неприязненным взглядом, однако ничего не сказала. Впрочем, его внимание было сейчас целиком приковано к Клету. Рейвена обрадовало, что врикиль находился сейчас в своем таанском облике. Этот облик пугал его меньше, чем блестящие черные доспехи Пустоты.
Решив, что все низамы покинули шатер, Клет обернулся к Дерлу. Видимо, хотел ему что-то сказать. Но старый шаман молча кивнул в сторону Рейвена.
— Выпроводи сначала свою двуногую игрушку, Клет.
Клет хмуро смерил Рейвена взглядом. Он нахмурился еще сильнее, увидев Дур-зор. Она была готова распластаться на полу, однако Рейвен поднял ее на ноги.
— Кроме тебя, мне никто здесь не переведет, — сказал он.
— Что тебе надо, Рывн? — сердито спросил Клет.
— Прошу разрешения говорить с тобой, великий кил-сарнц.
— Я сейчас не в настроении говорить с ксыксом, — заявил Клет. — Будь благодарен, что я сохраняю тебе жизнь.
— Думаю, великому кил-сарнцу не придется сожалеть о своем великодушии, — сказал Рейвен. — Я пришел к тебе с предложением.
Он слегка вытолкнул Дур-зор ближе к свету.
— Взгляни на нее. Видишь, что сделали с ней тааны?
Клет пожал плечами.
— Все полутааны омерзительны, и она — тоже. Те, кто ее бил, почему-то не удосужились раскроить ей череп. Больше я ничего не вижу.
— Могущественный Клет, а ведь когда-то и тебя в твоем племени считали омерзительным, — без обиняков сказал Рейвен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
