class="p1">
Наступающие танки были 99-й тбр 2-го тк. Командир корпуса – генерал-майор Попов. Из доклада начальника штаба 99-й тбр капитана Пинюк: задача на наступление бригаде ставилась лично командиром 2-го тк генерал-майором Поповым: «…противник находится в селах Андреевка, Васильевка, Козловка, Грезное. И мы действовали согласно поставленной задаче». По неполным данным от огня своих танков подразделения полка имеют потери: 25 человек убито, 37 ранено. Потери личного состава подразделений полка в основном по 3-й и 5-й ср главным образом получились по вине 99-й тбр, командование которой не уяснило себе обстановки, не предупредило о предстоящем наступлении меня, командование бригады пошло в наступление по нашим подразделениям 285-го сп. В результате чего расстреляли бойцов, и подавили гусеницами танков в окопах, и подорвали свои танки на наших минных полях…»[568].
А вот как описывали участие в боевых действиях 8 июля 99-й тбр офицеры её штаба: «99-я тбр бригада вступила в бой в направлении отм. 258.2, Тетеревино, Лучки. Она наступала во втором эшелоне за 169-й и 26-й тбр… по существу без всякой подготовки, не имея представления о противнике и своих войсках, действующих впереди и на флангах. При достижении действующей впереди 169-й тбр рубежа свх. «Комсомолец» противник, обстреливая танки артиллерией, тяжелыми миномётами и закопанными в землю танками Т-6, начал производить массированные налёты самолётами Ю-88 и противотанковыми Ю-87… Налёт авиации усиливался по мере продвижения бригад вперед, и примерно к 18.00 8 июля 1943 г. эти налёты превратились в беспрерывную атаку с воздуха… Наша авиация активности не проявляла.
Командир 1-й тб, наступая в первом эшелоне за 169-й тбр, ещё в момент развёртывания батальона на исходном рубеже для атаки (ж.д. будка, 500 м севернее Ивановский Выселок) взял неправильное направление и вышел к ж.д. будке в 2 км южнее Ивановский Выселок. Командование бригады срочно направило 2-й тб вместо 1-го тб наступать в первом эшелоне. 1-й тб был остановлен, и ему было дано направление наступать на юго-западную опушку рощи свх. «Комсомолец». Таким образом, 1-й тб оказался во втором эшелоне.
В районе шоссейной дороги командир 1-го тб натолкнулся на колонну 26-й тбр, зная, что 26-я тбр должна действовать справа. Тогда командир 1-го тб повернул колонну и стал наступать по обочине шоссе в направлении
Тетеревино. На подступах к выс. 258.2 батальон встретил огонь двух танков Т-6. Завязалась перестрелка, и 1-й тб, понеся потери в танках, откатился на западную опушку леса свх. «Комсомолец» и вёл огонь с места.
2-й тб, двигаясь за 169-й тбр, вышел на северо-западные скаты выс. 258.2 и, встретив сильный огонь с высот 224.5 и 258.2, спустился в восточную часть Яра Заслонный, потеряв при этом 2 Т-70, занял удобные позиции вместе с 10 танками 169-й тбр и 15-го гв. отпп (остальные частью были подбиты и сожжены, частью заблудились [и вели бой с 285-м сп. – З.В.].
Мотострелковый батальон и рота ПТР, двигаясь десантом на танках 1-го и 2-го тб, с начала налёта авиации противника бросили танки, раздробленные на небольшие изолированные группы (6-10 человек), вместе с пехотой других частей в беспорядке укрывались от налёта авиации противника. Командир мспб, имея при себе минроту, потерял управление батальоном и вместе со своим штабом занялся сбором своих людей. Этим, по существу, занимался и штаб бригады…
Огневой бой наших танков и артиллерии с танками и артиллерией противника в условиях ожесточённых налётов авиации противника продолжался до поздней ночи. К этому времени, усилиями командования батальонов и штабрига, удалось собрать пехоту. В бою 99-я тбр потеряла 21 Т-34 – подбитыми и сожжёнными и 2 Т-70. Убито бойцов и командиров – 21 человек, ранено – 53 человека»[569].
Комментировать документ излишне. Добавлю, что не только экипажи танков и мотострелки не знали оперативной обстановки, не имели карт местности (!), по которой наступали, но и сам генерал А.Ф. Попов не уточнил у командира 285-го сп подполковника А.К. Карпова, КП которого находился в совхозе «Сталинское отделение» (практически рядом с КП 2-го тк), оперативную обстановку и
место расположения подразделений полка. Эти просчеты и несвоевременное выполнение лично командиром корпуса боевого приказа командующего фронтом стали предметом расследования комиссии штаба фронта. По результатам её работы уже после завершения оборонительной фазы Курской битвы, 30 июля 1943 г., Н.Ф. Ватутин подписал приказ № 00212, в котором говорилось:
«7 июля сего года в 21.00 командир 2-го танкового корпуса генерал-майор Попов получил мой приказ – сосредоточить корпус в районе совхоза «Сталинский», занять исходное положение и быть готовым к атаке 8 июля в 10.30.
Получив этот приказ, генерал-майор Попов не принял надлежащих мер к организации встречного боя, не установил связь с командирами пехотных частей, не выяснил положение соседей, хотя имел к этому полную возможность, так как в г. Короча встречался с командующим 69-й армией генерал-лейтенантом Крючёнкиным, войска которого занимали назначенный корпусу район действия.
Имея в своём распоряжении 12 часов до момента готовности корпуса к атаке, генерал-майор Попов не использовал это время для надлежащей организации боя. Свой приказ на наступление он отдал только 8 июля в 9.30, то есть за час до атаки. В силу этого командирами бригад не была обеспечена боевая разведка, не проводилась рекогносцировка местности, не был установлен передний край нашей обороны, а подразделениям 99-й тбр был определен фронт наступления, фактически занятый нашими войсками.
В результате танки 99-й тбр прошли с боем через боевые порядки 285-го стрелкового полка 183-й сд, при этом убито 25 человек, ранено 40 человек. За такое преступное отношение к организации боя командир 2-го тк генерал-майор Попов заслуживает самого сурового наказания вплоть до предания суду Военного трибунала.
Учитывая, что в последующих боях генерал-майор Попов проявил себя смелым, решительным командиром,
обеспечил успешное выполнение поставленных перед ним боевых задач, чем искупил вину.
Приказываю: генерал-майору Попову за допущенные им серьёзные нарушения объявить выговор. Обратить внимание командиров всех степеней на необходимость уделять более серьёзное внимание увязке своих действий с соседями»[570].
Бесспорно, вина комкора очевидна. Тем не менее, ответственность за плохо налаженную работу отделов штаба корпуса по подготовке и доведению до войск боевых документов, офицеров связи и разведки, неподготовленность войск к ответственному бою 8 июля вместе с ним должны были разделить и офицеры управления соединения во главе с начальником штаба полковником В.В. Кошелевым, а также командный состав танковых бригад. Обнаруженные документы свидетельствуют, что руководство бригад этого соединения не всегда точно и чётко исполняли свои служебные обязанности. Они нередко стремились уклониться от получения боевых задач, перекладывали свои обязанности на подчиненных, которые по
