Дуг больше ничего на это не сказал, зато на следующий день выбрал время, чтобы внимательно проинспектировать новую плантацию Холлистеров. Вечером он появился в доме, встревоженный намного сильнее, чем накануне.
— Отец, нам нельзя допустить того, что планирует Холлистер. Он направляет воду на нашу землю!
Элиас сделал большой глоток вина.
— Ну и что? Там же просто джунгли. Если смоет какое-то дерево, мы это переживем. Не стоит ради этого портить отношения с хорошими соседями.
Дуг потер висок.
— Там не только джунгли, — настойчиво сказал он затем, — там находится поселение наших рабов. Если будет наводнение, его снесет.
Элиас остался спокоен.
— А их всегда затопляет. В этом нет ничего нового.
— Но в этот раз вода будет выше! — Дуг отчаянно пытался объяснить Элиасу причину своего волнения. — Вода смоет хижины. Они...
— И в этом тоже нет ничего нового, — заявил Элиас. — Такое у нас уже было, два или три раза. После этого они строят новые хижины. Кого это волнует?
Нора хотела возразить, что это волнует рабов, — когда их немногочисленные пожитки уносит вода, когда они остаются без крыши над головой до тех пор, пока не будут построены новые хижины, и когда они, дополнительно к обычной работе, вынуждены заниматься восстановлением жилья. Нора вряд ли могла себе представить, что Элиас для строительства отрядит людей с поля. Однако Дуг опередил ее.
— Тебя, наверное, обеспокоит, когда твои люди потонут как крысы! — набросился он на отца. — Ты знаешь, как быстро поднимается вода, когда начинается настоящий дождь и на море бушует шторм? Очень трудно вовремя убежать оттуда!
Дуг вспомнил о шторме, который много лет назад настиг его и Аквази по пути от пляжа к поселению рабов. Мальчики мгновенно сообразили, что не успеют убежать, и спаслись, вскарабкавшись на дерево в джунглях. Там они провели несколько очень беспокойных часов, пока уровень воды не понизился. Детям это показалось скорее приключением, чем опасностью для жизни, но Адвеа тогда подумала, что ее приемный сын Аквази и сын баккра утонули. Она сначала молилась богу и всем духам, а затем задала мальчикам хорошенькую трепку. «Почему вы не появиться домой до того, как начинаться шторм?» — ругалась она.
— А теперь представь себе в два раза большее количество воды и то, что она будет подниматься в два раза быстрее. Люди не смогут своевременно спастись.
Элиас покачал головой.
— Выражаю тебе свое уважение, Дуг, — сказал он голосом, исполненным сарказма. — Ты, оказывается, не только правовед-недоучка и несостоявшийся военный стратег, но еще и специалист по гидротехническим сооружениям. Чему еще тебя научили в Англии? И почему ты не остался там, дабы найти всем этим вещам достойное применение? Однако нет, ты появляешься здесь и повсюду сеешь недовольство. Я в любом случае не буду ставить старому Холлистеру палки в колеса только из-за того, что пара негров промочит себе ноги. Но... Ладно, если ты настаиваешь, я поговорю с ним. Посмотрим, что он на это скажет.
Дуга не привлекли к переговорам между плантаторами. Зато им давал пояснения английский строитель дамб и специалист по водоотведению, похожий на ангела.
— Там не существует никакой опасности, — объявил Элиас, когда, заметно пьяный благодаря лучшему рому Холлистера, явился домой. — Я же тебе так сразу и сказал. Тут ничего не может случиться.
Дуг снова потер себе висок.
— Я склоняюсь к предположению, — сказал он таким же насмешливым тоном, каким говорил его отец за день до этого, — что ваш английский специалист до сих пор не пережил ни единого урагана, я прав? Однако же надеюсь, что он останется здесь и застанет тот момент, когда на острове будет бушевать следующий ураган. Тогда он сможет кое-чему поучиться.
Глава 2
Большинству белых людей было чрезвычайно трудно привыкнуть к климату на Ямайке и других островах. Прежде всего, нелегко было приспособиться к полному отсутствию отличий между временами года. Даже Нора, которая очень любила тепло, поначалу не могла поверить, что жара здесь держится круглый год. Однако количество осадков изменялось. Здесь не бывало настоящей засухи, как на юге Европы, где, по словам Дугласа, зачастую не бывало ни единого дождя на протяжении трех месяцев, — однако, в особенности на побережье, в летние и зимние месяцы стояла солнечная сухая погода. Весной и осенью, наоборот, дожди шли каждый день, причем проливные. Особенно после обеда и к вечеру на землю выливались такие массы воды, что укрепленные дороги с твердым покрытием превращались в реки, а грунтовые дороги — в бездонные красные полосы грязи.
Последнее, конечно, касалось также поселений рабов. Лишь немногие плантаторы позволяли своим слугам строить хижины на возвышенных местах — здесь господа предпочитали ставить хозяйственные постройки, например мельницы, перегонные установки и кухни. Адвеа, Маану и другие домашние рабы, начиная с августа, пробирались по грязи, достигавшей щиколоток, чтобы выйти утром на работу.
— В этот год хуже, чем обычно, — вздыхала Адвеа и мыла ноги в ручье, прежде чем зайти на кухню. Ручеек превратился в настоящую бурную речку. — При этом я не замечать, чтобы дождей было больше. А вы, миссис?
Нора тоже не заметила увеличения количества осадков, однако могла представить, что послужило причиной наводнения в поселке рабов. Строительство водоотводных сооружений на плантации Холлистера успешно продвигалось.
Вечером она сама затронула эту тему.
— Может быть, Дуг не так уж и неправ, Элиас, — осторожно начала она. — Я сегодня утром была в деревне, и мне пришлось вести прием больных наверху, у мельницы. Поселение рабов по-настоящему затоплено водой, она уже затекает в дома. Людям скоро негде будет спать. По крайней мере, на полу.
— Значит, пусть смастерят себе кровати, — проворчал Элиас. — Как приличные люди-христиане.
Дуг удержался от замечания, что может быть еще хуже. Вместо этого он тайком от Элиаса приказал раздать людям лопаты и кирки, с помощью которых те могли бы выкопать хотя бы примитивные водоотводные канавы.
— Но это, конечно, не поможет, если будет настоящий ураган, — обеспокоенно сказала Нора, когда они на совместной конной прогулке осматривали систему водоотвода.
Дуг покачал головой.
— Если будет настоящий ураган, то не поможет ничего, только быстрое бегство.
— Но, может, нужно хотя бы предупредить людей? — спросила Нора. — Они же не имеют ни малейшего понятия о том, что делает Холлистер.
— Они, вероятно, этого и не поймут, — пессимистически сказал Дуг. — Если даже до моего отца это не доходит. Проблема состоит не в самой воде, а в ее внезапном прорыве. Ты себе представить не можешь, как быстро это происходит. А предупреждения... Недостаточно просто сказать, нужен настоящий план: каждый человек должен четко знать, что ему делать, когда угрожает ураган, и если даже будет ложная тревога — это не страшно. Тогда нужно будет поблагодарить небо и послать людей назад в свои хижины или на работу. Но мой отец будет вопить благим матом, если хотя бы час работы пропадет впустую. И он никогда не согласится обсуждать это с чернокожими.
