так как за два года таких детишек в стране родилось уже чуть меньше трех миллионов…
Я в свое время товарищу Киму несколько раз пересчитывала планы по обеспечению всем необходимым огромного числа детей, и у меня получалось, что если обеспечить прирост населения на миллион человек в год, то экономика с таким приростом справится. То есть первые три года легко справится, еще года три-четыре справится, но уже с трудом, а до достижения первыми детишками возраста в шестнадцать лет будет уже очень трудно, но если Советский Союз помощь все же окажет, то не свалить страну в поголовную нищету все же получится. Зато как только этот самый «первый миллион» начнет работать, то сразу очень заметно экономике страны полегчает, а дальше поток всеобщего счастья лишь нарастать будет.
Но я-то всего лишь расчетливая циничная бизнес-тетка, а товарищ Ким — политик, смотрящий далеко вперед и очень хорошо знающий свой народ. И он решил, что если «первые пару миллионов» сделать немного побольше, а затем в деле увеличения народонаселения слегка притормозить, то «справляться с трудом» придется уже сразу, зато «через шестнадцать лет счастье будет расти заметно быстрее». Ну, в принципе он был в чем-то прав, однако, я думаю, он что-то многовато трудностей решил возложить на нынешнее поколение.
СССР ему — точнее, все же братскому корейскому народу — поможет не сдохнуть при этом с голоду и с устатку, но все же совесть-то надо иметь! И я была уверена, что трудно придется именно взрослым: корейцы для детей все что угодно сделают, чтобы оградить их от несчастий, но, оказалось, я даже примерно не представляла, на что они готовы для обеспечения счастья своих детей. Своих — это не значит членов собственных семей, а всех детей, родившихся в Корее. Но то, что не представляла я, очень хорошо, оказывается, представлял дед, и свои представления он начал с такой скоростью воплощать в жизнь, что я, читая его очередные сводки, аж вздрагивала.
О том, что в КНДР периодически устраивались так называемые «усиления»: это когда все работают, полностью игнорируя нормы КЗОТа, причем чаще всего за одну дополнительную кормежку, а иногда и без нее. И «усиления» эти бывают на неделю, на месяц, вроде даже на квартал иногда назначались — но это уже позже, пока максимальное в стране объявлялось на полтора месяца. Но «усиления» объявлялись сразу по всей стране, а дед — он придумал такие «усиления» объявлять на отдельных предприятиях. То есть на очень многих предприятиях, но на каждом относительно ненадолго, и сразу по завершении «усиления» на одном заводе оно начиналось на другом, следующим в технологической цепочке.
Еще дедовы «усиления» отличались тем, что за сверхурочную работу всем платили, хотя и без «повышающих коэффициентов», однако рабочих и это сильно радовало. А когда рабочий радуется, то и работа лучше идет — и особенно лучше она идет, когда рабочий точно знает, что оплатят ему не часы сверхурочные, а исключительно «сверхурочную» продукцию. Дед, правда, мне один раз успел пожаловаться, что товарищ Ким его инициативой (относительно оплаты таких работ) сильно недоволен, но уже через три дня сообщил, что Великий Вождь его полностью поддержал: уж больно результат работы его впечатлил. Кого угодно впечатлит, когда небольшая верфь внезапно вдвое увеличивает выпуск корабликов, а если все верфи страны мгновенно, как по мановению волшебной палочки, в полтора раза увеличивают производство разнообразных суденышек, причем без каких бы то ни было капитальных вложений, тот тут остается инициативу только одобрять и инициатора в пример всем ставить.
С металлургией (особенно с производством чугуна и стали) в Корее стало уже очень хорошо, при очень серьезной помощи СССР, конечно, стало: туда из СССР начались очень крупные поставки кокса. Тут и я немножко посодействовала: вспомнила, как в моей старости из каждого утюга рассказывали о величайшем Эльгинском месторождении коксующегося угля. Только коксохимию я все же «оставила» в СССР, в том числе чтобы не нарушать собственноручно (и с огромным трудом) пропихнутый через «верха» закон о запрете экспорта «первичных энергетических ресурсов», но кокс-то уже как бы не первичный ресурс, его поставлять за рубеж (особенно в реально дружественные страны) можно.
А больше стали — это больше стального проката, в том числе и корабельного листа, больше листа — больше выстроенных кораблей. Больше кораблей — быстрее корейские отмели превращаются в польдеры, а чем больше польдеров, тем больше можно народу прокормить. Правда, чтобы народ прокормить, еще нужны трактора, комбайны, топливо для всех машин и кораблей — там такие завязки разных отраслей образуются, что… Что без компов хрен бы кто со всеми этими взаимосвязями разобрался. А дед все же и в глубокой старости с техникой был «на ты», а теперь-то он, можно сказать, все еще молодым человеком оставался. И он такого напридумывал, что я иногда, читая его отчеты, долго чесала в затылке на предмет «а это вообще-то возможно»?
Например, он придумал, как почти втрое увеличить выработку электричества с килограмма топлива, причем топлива вообще любого. Придумал и даже идею свою воплотил, не сам, конечно, там сотни корейцев ему в этом помогали. Но помогали яростно, сразу после того, как дед им с калькулятором в руках свою идею объяснил. Очень простую идею, я бы и сама могла до нее додуматься. Чисто теоретически могла бы, но все же не додумалась — а дед смог!
Простейшая на первый взгляд идея: кило приличного угля (того же, скажем, антрацита) на обычной угольной электростанции позволяет произвести два с половиной киловатт-часа электроэнергии. Или три с половиной или даже четыре, если надкритические котлы использовать и трех-четырехцилиндровые турбины. Но пусть будет только два с половиной, и если половину этой энергии потратить на производство жидкого кислорода… Как раз столько кислорода потребуется, чтобы килограмм угля сжечь. Точнее, если все два с половиной киловатта потратить, то кислорода хватит чтобы килограмм угля сжечь, но если всего половину нужного кислорода добавить в воздух, килограмм угля сжигающий, то потери тепла на нагрев азота уменьшатся сразу на треть, а уголек будет гореть куда как жарче — и с килограмма угля (после, естественно, существенной доработки котла) можно получить на том же давлении и при той же температуре пара уже не два с половиной, а минимум пять киловатт-часов. Правда, тут возникает вопрос, а не заменить ли тогда воздух чистым кислородом, но ответ выходит отрицательный: если в топку угольного котла подавать чистый кислород, то даже топка из вольфрама расправится нафиг, так что выпендриваться все же
