среди жителей белокаменного дворца, украшенного золотыми куполами, не было, постоянных же обитателей не хотелось стеснять просьбами развлечь меня или показать достопримечательности, так что изучение светлой культуры я взяла под собственную ответственность. Днем бродила по широким коридорам, утопая в море книг библиотеки в поисках ответа на вопрос о расторжении помолвки, и несколько советников Армонда помогали мне в этом. Дед, однако, ввел традицию вечернего чая, во время которых собирал немногих живущих во дворце родственников. Помимо нас и Армандина с дочерью присутствовали так же его жена, Веймана, и та самая Эсиора, явившаяся камнем преткновения между светлыми и темными демонами. И если супруга дяди – светлая, жизнерадостная, всегда пребывавшая в хорошем настроении и оттого напоминавшая мне госпожу Ревению – сразу расположила к себе, чем вызвала порцию дочерней ревности, которой, впрочем, я не удивилась, то вторая смущала нетипичной для светлой демоницы сдержанностью. Порой я даже чувствовала себя в ее компании неловко. Эсиора не интересовалась моими делами, лишь коротко здороваясь при встрече, и не утруждала себя вежливыми разговорами. Веймана как–то с сожалением сказала, что все дело в том самом конфликте, в котором жена Армонда до сих пор винит себя. Я не знала, что думать, но, с другой стороны, чужие проблемы ведь не особо меня и касались. Поэтому я просто оставила все, как есть, предоставив другим демонам разбираться в себе самостоятельно.
Когда большая часть библиотечного хранилища была освоена, а ответ так и не найден, Армандин отвел меня в отдельно находящуюся секцию с особенно древними фолиантами. Он извинился, что именно в этот день – в самом преддверии праздника – не сможет присутствовать рядом (государственные дела Армонда требовали присутствия и дяди тоже), но предупредил, что со мной согласилась посидеть госпожа Эсиора, так что скучать с советниками, занимающимися кропотливыми поисками, мне не придется. Я согласилась, приготовившись к молчаливому дню в компании главной женщины дворца, поэтому сильно удивилась, когда меня встретили с добродушной улыбкой.
– Ты похожа на Армонда, – женщина, так и не ставшая мне бабушкой, не стала ходить вокруг да около. – Увидев тебя поначалу, я, к своему глубокому удивлению, испытала настоящее чувство ревности, поскольку слишком привыкла считать его только своим за то время, что он заботился о нас с Армандином. Мне, пожалуй, намного проще было думать, что настоящей семьей Армонд так и не обзавелся, отдавая все свое внимание нам, поэтому твое появление стало одновременно и облегчением, и тяжким грузом. Прости, девочка, дети не должны расплачиваться за грехи своих родителей. Отныне я постараюсь стать тебе достойной родственницей.
Я во все глаза смотрела на нее, сияющую прекрасную женщину с длинным золотыми волосами и большими зелеными глазами, вмиг преобразившуюся в очаровательную светлую. Сложно было поверить, что разительная перемена произошла за столь короткое время и явилась результатом окончания борьбы Эсиоры с самой собой. Это что же, выходит, светлая бабушка ревновала деда ко мне? Чудеса, подумалось мне тогда. Эсиора же повела меня по длинным коридорам дворца, конца и края которым я так и не смогла найти. Дядя просветил, что для того, чтобы побывать в каждом помещении древнего жилища, может потребоваться достаточно большой промежуток времени. В связи с этим уходить куда–то далеко одной не рекомендовалось – я могла просто заблудиться. Эсиора, как казалось, большую часть помещений хорошо знала, так что в последний день перед смотринами Армунны я могла провести в самой интересной компании.
Не таясь и не опасаясь, что разговор с бабушкой может обернуться для меня непредсказуемыми последствиями, я рассказывала о своей жизни в Биоре и поступлении в Академию, о том, как меня похищали демоны Ласотара и о чудесном спасении Эвангелионом.
– Свет и Тьма… – задумчиво проговорила Эсиора. – Они ведь всегда двигались рука об руку, так повелось испокон веков, пока по досадному недоразумению не повстречались мы с Эванионом Темным. Кто знает, может быть, сложись все иначе, сейчас я стала бы бабушкой твоего преподавателя…пойдем. Я покажу тебе одну старинную картину, сохранившуюся до нынешних времен.
Она действительно повела меня в один из боковых коридоров, в который, несмотря на ясное утро, лучи солнца почти не проникали. Спустя некоторое время мы оказались в небольшом зале, попасть в который можно было через невысокую кованую дверь. Оказавшись внутри, я почувствовала, как меня охватывает трепет – кроме колонн, расположенных по периметру, и темного каменного пола, сверкающего благодаря бликам вспыхнувших при нашем появлении магических огоньков, здесь находилась только одна привлекающая внимание достопримечательность. Огромная, в высоту всей комнаты, картина, взглянув на которую, я шумно вздохнула – на полотне были изображены темный демон и светлая демоница. Красивая девушка в сверкающем белом платье, устроившаяся в объятиях стоящего позади нее демона, склонившего голову к хрупкому плечу – все это вызвало во мне ощущение застывшего мгновения бесконечности охватившей их любви.
Эсиора, между тем, заговорила, и голос ее отдавался эхом от стен небольшой залы:
– Изначально темные демоны были жестокими варварами, перед которыми преклоняли колени все остальные дикие существа. Нападая на соседние земли, они не оставляли от них камня на камне, забирая с собой добычу и уводя в свои холодные края навсегда. Женщины, драгоценности – ничто не имело для них значения. Пока один из демонов не обнаружил в роще укрывшуюся после очередного набега девушку необыкновенной красоты. Золотистые волосы, стройный стан, большие глаза, в которых застыл испуг – все это произвело неизгладимое впечатление на темного. Причинить боль своей внезапной находке он просто не смог. Отвез ее в свой замок и стал обращаться, как с драгоценным сосудом. Девушка дичилась его и на все попытки сблизиться отвечала отказом. А демон не мог ничего поделать с тем, что не мил ей, и продолжал ожидать того дня, когда она смилостивится и позволит себе хотя бы улыбку в отношении его.
Темные жили неспокойно. Они бились даже между собой, и вот однажды, после одной из таких стычек, еле живой демон вернулся в родной замок умирать. Его встретили домочадцы, но единственным желанием мужчины было оказаться в родной постели и заснуть спокойным вечным сном. Он попросил оставить его на ночь в одиночестве, а плененной девушке сообщить, что утром она станет свободна от посягательств. Ее было велено одарить драгоценностями и деньгами, а также сопроводить туда, куда она пожелает, чтобы пленница смогла отстроить заново свою украденную жизнь.
Когда новость сообщили девушке, она сухо кивнула и сказала, что поступит в соответствии с решением. Удрученные слуги покинули
