он сказал, что видел, как я тебя поцеловал. Значит он слышал, как мальчишка просил тебя прийти к нему.
− Гнида, − зло выругалась я.
− Я пойду, ты объясни ей все, − сказал тихо Аркадий Сергеевич Валдису и вышел из дома.
− Оль, у меня к тебе предложение есть. – помолчав осторожно сказал мужчина. − Даже я по-другому бы это сказал, это приказ, но мне дали право выбирать, поэтому я это право выбора оставляю за тобой. Скоро меня будут перебрасывать на западный фронт. Ты можешь поехать со мной в качестве моей спутницы. История про гибель Штольца и Штайнера пойдет в Берлин, поскольку Андрей вернется в Москву, а Гордеев погиб. Ты же передашь все сводки наверх от имени Миллер о найденном тобой резиденте, которого ты якобы ликвидировала, и поскольку у тебя, ну или у Миллер, свобода действий от высшего начальствующего состава, то если ты будешь подле меня, вопросов не возникнет. Все пароли и прочее, касающееся Миллер, у тебя будут, англичане об этом позаботились, поэтому ты и на этот раз сойдешь за нее на все сто процентов.
− Опять эта Миллер, − вздохнув сказал я. – Я не могу больше носить эту маску, не могу, понимаете?
− Я прошу тебя. Лучшей помощницы мне не найти. Прошу тебя, Оля, − проговорил мужчина, приподняв мое лицо за подбородок и погладив по щеке. – Я не могу представить себе, что ты чувствуешь после всего, через что ты здесь прошла. Но это ведь Родина, Оля, мы должны сделать все.
− Да, это Родина, − глухо ответила я. – Но, можно мне сначала поговорить с Андреем и тогда уже принять решение?
− Конечно, − ответил мужчина, посмотрев на часы. – Время уже позднее, нужно отдохнуть и прийти в себя, Оля. Нужно возвращаться к Лёле. Андрей знает, что ты будешь там. Он приедет, когда посчитает нужным. Нужно дать ему время.
Мне так тяжело стало после этих слов, поскольку я понимала, что Андрею было не менее тяжело после всего случившегося и чем все это обернется для наших с ним отношений было под огромным вопросом. Оказавшись дома у Лёли, я упала в кровать и просто отключилась, настолько я была вымотана. На следующее утро я, едва открыв глаза, выбежала из комнаты и поняв, что Андрей так и не приходил, расстроенная села на кухне пить чай. Через какое-то время на кухне появился и Валдис. Он сказал мне, что я должна пару дней потерпеть общество фон Герцена и доложить ему о том, что якобы я ликвидировала русского резидента. А поскольку это все было сопряжено с докладами, отчетами и прочей беготней, то Валдис попросил, чтобы я это сделала без участия Андрея, давая мне понять, что пока Андрею нужно побыть одному.
Через несколько дней, в течение которых я выполняла приказ Валдиса и закрывала все вопросы по резиденту перед фон Герценом, дабы усыпить его бдительность, я была уже в бандитском убежище Туза с Нинкой. Поднявшись на второй этаж, я прошла в игровую комнату и застала там стоящего у окна Андрея. Подойдя к нему, я села рядом с ним на подоконник.
–Ты меня никогда не простишь за то, что видела и слышала там? – легонько погладив мою щеку спросил Андрей.
Я закрыла глаза и прижалась к его ладони, затем встала и крепко обняв его за шею разревелась.
– Да что ты такое говоришь?! – прошептала я.
Мужчина молча стоял, словно боясь спугнуть это мгновение, затем отстранился и сказал:
– От Пашки пришло извещение. Фон Герцена будут вербовать, используя его беременную девчонку, делать будет это новая группа, которая прибудет сюда, с нас его снимают. По новому приказу я должен сегодня вечером вернуться в Москву. Нина и Туз останутся здесь и перейдут под крыло одного человека, столице нужны свои глаза и уши здесь в таких кругах, а тебе дан выбор. Либо ты улетишь со мной, либо будешь дальше играть Миллер, но уже с Валдисом, – проговорил грустно Андрей, скорее всего боясь решения, которое я приму.
– А…Жанна, ты…? – проигнорировав его речь спросила я, не зная, как спросить о том кошмарном мгновении его жизни.
Андрей убрал мои руки со своей шеи и снова отвернулся к окну. Затем повернулся ко мне и глядя на меня своим коронным стальным взглядом, за пеленой которого он всегда скрывал свою боль, сказал:
– Я похоронил Жанну. Там же, где похоронен и твой муж.
– Ты правильно поступил, – тихо ответила я, поцеловав мужчину в щеку.
– Правильно ли? Заслужила ли она то, чтобы лежать рядом с нашими людьми? Вряд ли… – глухо ответил мужчина, прислонившись своим лбом к моему и по этому жесту я поняла, как ему было тяжело. – Ты прими решение. Самолет сегодня вечером. Либо ты летишь со мной, либо работаешь дальше, – добавил он и направился к выходу.
Недоуменно посмотрев на входную дверь, за которой скрылся Андрей, я подошла к столу и усевшись за него заревела. Где-то спустя пять минут в комнату зашел Туз и присев рядом со мной тихо сказал:
– Он который день уже ни с кем из нас не разговаривает. Видно, что последние события дались ему нелегко.
Услышав это, я почувствовала, как меня начала сотрясать едва уловимая дрожь.
– Боже мой! Он в третий раз ее потерял, – оперев голову на руки простонала я. – И я, получается, косвенно виновата в этом. Если бы не я, то Жанна бы жила здесь и резиденту и в голову не пришло бы выставлять ее жизнь против моей перед Андреем. Если бы не я, он просто бы вычислил, кто предателем был и, возможно, Жанна осталась бы жива! Никто ведь не знал, что она здесь, кроме ее сестры. Да, она шла на поводу у резидента, но она была бы жива. Господи, Игорь, Андрей же меня теперь ненавидеть будет до конца своей жизни! – заревела я.
– Оля, это война. Андрей понимает, что ты здесь ни при чем, – сказал Туз, притянув меня к себе.
– Он может и понимает, но каково ему сейчас! Что мне делать теперь? – спросила я у него, заливаясь слезами.
– Поговори с ним. Я видел, что он в сад
