Он терпеливо ждал, и я поняла, что могу продолжать.
— Я думаю, что что-то из еды стало причиной моей болезни.
— Что-то из еды? — Он повторил мои слова с оттенком недоверия.
— Недавно вдруг заболел Джейсон. Он выпил чай, заваренный для меня. У него был ночной кошмар… и вообще все симптомы были подозрительно похожи на те, которые свойственны моей болезни.
— Вы хотите сказать, что в чае было что-то? Я посмотрела на него.
— Скорее всего так и было, Джейн, если только… Ему не надо было говорить больше ничего.
— Я всегда чувствовала, Тоби, что в Доме тысячи светильников могут происходить разные странные вещи. Дом этот очень необычно воздействует на меня. В нем такое большое количество слуг, что я до сих пор не научилась отличать их друг от друга. Иногда я ощущаю, что кто-то очень недоволен мною. Так же, как был недоволен и Сильвестером.
— Кто мог быть недоволен им?
— Вы, наверное, назовете меня чокнутой, если я скажу вам кто — дом.
— Значит, так? — Его глаза были серьезны. Он отметил, что если с чаем я не ошибаюсь, то мне грозит весьма реальная опасность.
— Джейн, если вы уже долго не употребляете чай, можно ли отказаться еще от чего-нибудь?
— Тоби, мне не хочется верить в это. Мне кажется, что я что-то выдумываю.
— А Джейсон?
— Ну вы знаете, что на детей болезни нападают часто и неожиданно.
— Вы говорили об этом с Джолиффом? Я отрицательно покачала головой. Было видно, что Тоби озадачен.
— Боюсь, что я все это выдумала. Мне стыдно за мои фантазии, и поэтому я пока ни с кем на эти темы не разговаривала.
Я понимала, что сделала своего рода важное признание. Было понятно, что мои взаимоотношения с Джолиффом не совсем такие, какими должны быть между мужем и женой.
Если женщина опасается чего бы там ни было, разве первый человек, к кому она обратится за помощью, не будет ее муж?
— Не упрощайте ситуации, Джейн.
— Нет. Я буду осторожна. Но все же должно быть логическое объяснение происходящего. Как говорят мои домочадцы, я увядаю. У меня появились ночные кошмары, и я стала ходить во сне. Это происходит с массой людей. Им выписывают необходимые лекарства, и они приходят в норму.
— Но если вам что-то подсыпали в чай, кто мог сделать это? Дом следит за вами, вы так считаете. А может быть, это сделал кто-нибудь из фанатичных слуг, по мнению которого вы как женщина не имеете права владеть этим домом? Вполне возможная ситуация. Я знаю, как устроены их мозги. Кому может быть выгодна ваша смерть, Джейн? Такой человек обязательно должен быть. Это звучит как сумасшедшее предположение. Я не мог бы сказать о таком предположении кому-нибудь. Но вы должны быть очень бдительны. Вам надо придумать средство самообороны. Если бы вы умерли, Адам получил бы очень широкие права до совершеннолетия Джейсона. Адам может быть человеком, которому выгодна ваша смерть.
Мое сердце билось очень часто.
— Я не могу поверить в это. Нет, Тоби, я просто не могу поверить в такую возможность!
— Конечно, в это трудно поверить. Я прошу прощения, что заговорил об этом. Но… первопричину все равно найти надо.
Он старался нивелировать последствия нашего разговора. Но все же он очень беспокоился обо мне. А как бы его могло озадачить и обеспокоить еще больше мое новое волеизъявление! Ведь он, как и Адам, не знал о том, что я изменила завещание Сильвестера. Он не представлял новой роли Джолиффа, не знал, что и у моего мужа был повод…
Тоби заметил, что Элспет как-то выразила удивление, что я давно ее не посещала.
Я обещала обязательно нанести визит в их дом.
Элспет была женщиной практичной и суровой. В ее присутствии было невозможно позволить себе полет фантазии. На меня она действовала отрезвляюще.
— А, это вы прибыли. Наверняка на чашку чаю. Я подтвердила, что это было бы великолепно. И она отправилась готовить чай. Кроме того, она немедленно испекла вкуснейшие ячменные лепешки и шотландские булочки. Чай она готовила, как и положено, прямо здесь же, на спиртовке.
Я выпила его с огромным удовольствием.
— Я не доверяю никому из слуг готовить чай. Только я знаю, как делать это. — Элспет была тверда в своем убеждении.
Тоби вежливо добавил, чтобы я поступала абсолютно так же.
— Ничего нет лучше, чем приготовить самой себе чай, — прокомментировал Тоби. — Скажи мне, Элспет, нет ли у тебя спиртовки, которую ты привезла из Эдинбурга, чтобы пожертвовать ее Джейн? Она в таком случае могла бы готовить себе чай, не завися ни от кого.
— О'кей. У меня есть спиртовка, которую я сейчас не использую. Но готовя на ней, нужно иметь терпение. По-моему, только шотландцы и некоторые англичане понимают, как по-настоящему приготовить чашку чаю.
Элспет сообщила мне, что слышала о моих недомоганиях. Она сжала губы в знакомой манере. Конечно, она предложила мне помощь в случае необходимости. Но она не изменила мнения обо мне. Только очень глупая женщина могла отказаться от брака с ее братом.
Пока мы пили чай, появился посетитель. К моему неудовольствию и явному нежеланию видеться с кем-либо, посетительницу впустили в дом. Это была Лилиан Ланг.
— Я знаю, что сейчас время послеобеденного чая. — И Лилиан пояснила, что она пришла без приглашения, потому что не смогла устоять от соблазна повидаться. — О, эти шотландские булочки! Как прекрасен ваш повар, мисс Грантхэм! О, какое счастье выпало на долю Тоби! Есть ли еще на свете мужчина, о котором так заботились бы?
— Вряд ли он задумывается об этом. — Элспет изрекла это довольно мрачно, хотя прекрасно знала, что Тоби очень ценит ее заботу. Она покачала головой, не доверяя комплиментам, которые были высказаны обеими гостьями.
Она потягивала чай с независимым видом, а Тоби принес чашку для Лилиан.
— Потрясающий вкус! — Лилиан была искренна, когда сравнила этот чай с тем, который привыкла пить дома. Потом она посмеялась над церемониями чаепития, с которыми столкнулась здесь.
— Джумбо не велел мне смеяться над здешними обычаями, он сказал, что местным не нравится, когда над ними смеются. Они боятся потерять лицо или как там у них это называется. Но все же чайная церемония довольно занятная вещь. А всех дел-то лить кипяток на листья. Но как они любят свои церемонии. Кстати, мне кажется, что женщины здесь довольно хорошенькие, не правда ли? Надеюсь, мистер Грантхэм, вы не станете этого отрицать?
— Да, в них есть определенный шарм, — Тоби согласился легко.
— А вы знаете, в чем секрет этого шарма, не правда ли?
Она лукаво улыбалась мне. И пояснила, что секрет очень прост — полное подчинение мужчине.
— Они живут с одной целью — служить мужчине. Их так воспитывают. Посмотрите на их бедные маленькие ножки. Признаюсь, что передвигаются они весьма грациозно. Но что за бред добровольно калечить себя в угоду некоторым мужчинам!
