— Насколько я знаю, так делали с древности и считали это признаком определенного социального статуса.
— Да, дорогая Джейн, видимо, в этом вы правы. Здесь много необычного. Возьмите, например, эту таинственную Чан Чолань.
Элспет поджала губы. Ей не понравилось направление, в котором стала развиваться наша беседа.
— Хотите, я дам вам рецепт моего печенья? Предложив это Лилиан, она попыталась перевести разговор на другие рельсы.
— Вы ангел. Джумбо обожает печенье и бисквиты. Хотя я не уверена, что они ему полезны. Он так быстро прибавляет в весе, что у меня это вызывает тревогу.
— Хорошее шотландское песочное печенье еще никогда никому не повредило. — Так коротко и четко отреагировала Элспет на реплику своей гостьи.
— Так же, как и старый добрый телячий рубец с потрохами! Вы должны дать мне и этот рецепт. А, что я там говорила до продуктовой темы? Да, так вот. Чан Чолань. Вы встречались с ней, миссис Мильнер?
Я подтвердила.
— Она, без сомнения, в своем роде замечательная женщина.
— Наверное, если такой стиль нравится, то эта китаянка красива. — Говоря это, Лилиан почему-то имела очень хитрый вид, а потом продолжила:
— Многие мужчины поступают… я имею в виду европейцев так же, как китайцы. Такая женственная, такая грациозная… и к тому же, с детства знающая о превосходстве мужского пола.
— Не знаю, миссис Ланг. Когда я с ней виделась, мне показалось, что она очень высокого мнения о себе.
— О себе, без сомнения. Ведь она считает себя связующим звеном между мужчинами и женщинами.
— Я дам вам рецепт рубца, если хотите. — Элспет опять врезалась в разговор, пытаясь изменить его течение.
— Вы очень добры, мисс Грантхэм. Бедный Джумбо. Он и не знает о грозящей ему опасности. Интересно, сумеет ли мой китайский повар сделать так, как следует из вашего рецепта. Дома мы, возможно, называли бы ее сводницей. — Лилиан не желала покончить с волнующей ее темой.
Элспет мрачно сказала:
— Я никогда об этом не слышала.
— Это зависит от того, называете ли вы шпагу шпагой.
Непобедимая Лилиан гнула свое.
— Вы же знаете, что у нее есть своя школа для юных леди. Она берет их еще в младенческом возрасте. Родители отдают ей нежеланных детей… Конечно, девочек. Только небесам известно, что значит в этой стране быть нежеланным ребенком, девочкой.
— Я видела их с опасностью для жизни разгуливающими по палубам сампанов.
— Да уж. Если какой-либо ребенок падает за борт и тонет, то это девочка. Но Чан Чолань берет их и учит петь и вышивать, а некоторых и танцевать, чтобы развлекать гостей, а точнее клиентов. Это наверняка очень доходный бизнес.
— Я думаю, она заботится о девочках с самого детства.
— Да, заботится. Но не слишком долго. Девочки двенадцати лет уже готовы к работе. У них это почетное занятие, а ее ценят как устроительницу выгодных партий. Я знаю, что многие наши джентльмены бывают в этом заведении.
Она наклонилась ко мне и доверительно добавила, понизив голос:
— Позволим им эту небольшую слабость!
— Как «позволим»? — Элспет даже вскрикнула от возмущения.
— Дорогая мисс Грантхэм. Вы настоящая горянка. Гордая и неприступная. Но здесь не ваша милая сердцу Шотландия.
— Я не горянка. Я родилась в долине. Но это ничего не значит. Мои принципы так же тверды.
— И все же здесь другие нравы. Возьмите мандаринов, с которыми наши мужья ведут дела. Они живут в одном доме со своими женами и наложницами… И никаких скандалов. Жене нравится роль Высшей леди, а наложницы рады, если время от времени хозяин посещает их.
Элспет на глазах розовела от возмущения. Ей совершенно не нравился этот разговор. Мне он тоже был неприятен, так как в нем было много намеков, и Лилиан хотела в конце концов сказать мне кое-что. Я догадывалась, что.
Джолифф посещает заведение Чан Чолань. Вот о чем Лилиан так хотелось сообщить мне. Значит ли это, что люди судачат о Джолиффе? Эта женщина хотела выведать все плохое о человеке, чтобы потом разнести залихватскую сплетню.
— Наши мужья видят, как живут эти мандарины, и, естественно, не прочь были бы пожить так же. Конечно, с европейским уклоном. Я никогда не позволила бы Джумбо привести в дом своих подружек. А вы Джолиф фу?
— Ну, Лилиан, об этом даже странно спрашивать.
Она, казалось, с трудом сдерживает приступ хохота.
— Но мы не должны завидовать их коротким визитам в известное заведение.
— Не знаю. Все зависит от того, с какими целями они туда направляются. — Мой тон был ледяным, потому что она, смотря с каким-то вызовом, сказала:
— Мужчины, о, они всегда найдут удобное объяснение своим поступкам, разве не так? — При этом Лилиан сделала жест рукой, как бы объединяя всех без исключения мужчин в один большой круг.
Я сказала, что мне пора домой.
— Хотите, я подвезу вас на моем рикше?
— Нет, большое спасибо. У меня есть свой.
— Я поеду с вами, Джейн. — Это сказал Тоби и напомнил, чтобы я не забыла спиртовку.
Когда мы уселись в тележку рикши, он сказал:
— Какая вредная женщина.
— Она все время намекает на что-то и на кого-то. В ее обществе всем не по себе.
— Я думаю, что ей все время нужна такая разминка. Но Элспет сумеет укоротить ее.
В этом я не сомневалась.
В дороге мы больше молчали, чем говорили, и когда, подъехав к дому, стали прощаться, он пожал мою руку очень твердо. Затем сказал:
— В любое время, если я понадоблюсь для чего-нибудь, посылайте за мной… Я буду ждать.
Как он хорошо сказал это: «Я буду ждать».
Мне становилось день ото дня лучше. Я заказывала чай, но, оставшись одна, никогда не пила его. Если были гости, то я смело пила чай вместе с ними, потому что была уверена, что это безопасно.
Я стала запираться в комнате и готовить себе чай на спиртовке Элспет. Попив чая, я запирала свой драгоценный прибор в ящик комода. Эти маленькие приключения вносили в мою жизнь определенное оживление. А, может быть, просто возвращалась моя обычная жизнерадостность? Я пыталась прогнать все дурные мысли и подозрения. Мне никого не хотелось подозревать, но тем не менее было необходимо выяснить, что же происходило на самом деле и кто все-таки покушался на мою жизнь.
Странным казался сам метод расправы со мной. Меня не собирались убить сразу, а пытались лишить сил и внушить всем окружающим, что я страдаю галлюцинациями.
В действиях неизвестного врага была определенная последовательность. Было необходимо, чтобы я медленно чахла и моя смерть не стала бы неожиданностью.
Так произошло с Сильвестером. Теперь я была в этом просто уверена. Он ни о чем не догадывался. И считал свою болезнь следствием того образа жизни, который он был вынужден вести после несчастного случая.
