Это время прошло для меня нервно. Каждый день я просыпался с одной и той же мыслью: «Ну когда же? Когда же, наконец, я смогу поднять в небо свой новый корабль?»
И я жалел о том, что не поднял его еще до того, как Аднер разобрал привод. Добавлялось еще и беспокойство другого рода: мои враги, и Коллегия, и Орден Спасения, никуда не делись и могли нагрянуть в любую минуту. Конечно, Острова не принадлежат никому, но ведь это не значит, что Коллегия перестает быть могущественной или не может послать сюда своих людей тайно. И что тогда? Бросив все, скрыться в джунглях? Иногда я даже удивлялся тому, что всего этого еще не произошло. Вряд ли они потеряли мой след, по крайней мере, Коллегия.
Кроме того, я успел уже порядком нашуметь на Островах и, проходя по улицам Банглу, частенько слышал за спиной: «Это тот самый капитан Сорингер. Ты еще не слышал эту историю? Говорят, вернувшись с острова Неистовых ветров, он заработал кучу золота». Эх, если бы!
И еще я ждал послания, письма, весточки, наконец, всего лишь из пары строк. Но снова – увы.
Однажды в Банглу заглянул Ник Солетт на своем «Альбатросе», веселый и довольный.
– Люк! – воскликнул он. – Сама судьба послала тебя ко мне! Ты бы видел лица этих ростовщиков, когда я вывалил перед ними на стол кучу золота! Они даже бумаги уже приготовить успели, чтобы мой корабль ушел с молотка, и тут заявился я.
Да нормальные у них должны быть лица. По крайней мере, когда я расплачивался за прежний «Небесный странник», они выглядели именно так. Правда, до молотка дело тогда еще не дошло.
– Интересно, что бы ты говорил, если бы мы вернулись в Банглу, как возвратился в прошлый раз я – пассажиром на чужом корабле?
– Ну ведь не случилось же? Кстати, что это ты так долго на земле? К кругосветному путешествию готовишься?
– Есть у меня такая мысль, – не стал отрицать я. – Но только не в обозримом будущем.
– Как полностью соберешься, дай мне знать, – расхохотался Солетт. – Глядишь, к тому времени и у меня такое желание появится.
И все же письмо я получил. От Кристофера Жануавье, и вручил мне его сын, Эдвар.
Помимо приветствий, очередной благодарности за механизмы и уверений в том, что без работы я со своим кораблем не останусь, послание содержало еще и просьбу.
«Господин Сорингер, – писал Жануавье. – Очень прошу принять участие в судьбе Эдвара – мальчик буквально бредит небом. Так вот, не могли бы вы найти ему место на своем корабле? Нет, не в качестве пассажира или какого-то особенного лица: в качестве матроса, или может быть даже юнги. Понимаю ваше беспокойство и заверяю вас: я отлично отдаю себе отчет в том, что служба на летучем корабле – дело чрезвычайно рискованное. Но и вы, и я, оба мы представляем себе, что риск – это часть нашей жизни в том случае, если желаешь в ней хоть чего-нибудь добиться».
В самом конце, перед датой и подписью, через интервал, было написано: «Надеюсь, вы отнесетесь к моей просьбе с пониманием».
Мальчик этот, ростом едва ли не с меня самого, и уж, по крайней мере, выше и Энди Ансельма и моего новоиспеченного навигатора Гвенаэля Джори, стоял передо мной навытяжку и, что называется, ел глазами.
«Расслабься, Эдвар, – глядя на него думал я. – Дисциплина на небесных кораблях всегда приветствуется, но так будет лишним».
Что же касается самой просьбы Жануавье… Трудно отказать человеку, в этих краях очень влиятельному, которому, к тому же, в самое ближайшее время предстоит стать губернатором.
Но дело даже не в этом. Слишком пустячная просьба после того, что он сделал для меня сам.
– Отлично, Эдвар. Очень рад, что вы к нам пришли. Народу нам не хватает, и потому я возьму вас с удовольствием. Сходите за вещами, после чего обратитесь к Родригу Брису, пусть он поставит вас во вторую парусную смену.
– Я принес вещи с собой, господин капитан, – гаркнул он. После чего, смутившись, добавил: – На всякий случай.
– Вот и отлично. Тогда прямиком к Родригу Брису. Он покажет вам место в матросском кубрике, выдаст гамак и все остальное.
«Сейчас он скривится и заявит, что вообще-то рассчитывал на отдельную каюту», – почему-то подумал я.
Но нет, такого не произошло.
– Есть, господин капитан, – он снова гаркнул так, что у меня едва в ушах не зазвенело. – И уже выходя, в дверях, остановился. – Господин капитан, а когда… в полет? – и выглядел он чуть ли не мечтательно.
– Как только пообедаем. Так что вы вовремя, Эдвар.
Аднер закончил все свои работы еще вчера к вечеру, но мы отложили испытание на следующий день. Признаться, я немного волновался: все-таки в привод внесены серьезные изменения, а сделано все, как говорится, на коленке.
Глава 21
Нежданный покровитель
– Ну так что, все готовы? – и я взглянул на пустынную палубу «Небесного странника». Ничего удивительного: все, кто не заняты при взлете, должны занять свои места в гамаках и постелях, снабженных специальной сеткой. Именно так больше всего шансов спастись, если корабль внезапно рухнет, что вполне могло произойти.
Из тех, кто оставался на ногах, были я сам, оба моих навигатора и Берни Аднер, выглядевший бледнее обычного. Не удержавшись, я ему подмигнул: все будет хорошо, на что он ответил подобием улыбки. Вообще-то волноваться следовало мне: все-таки корабль мой, и рухни он сразу же, едва оторвется от земли, только и останется, что разобрать его на дрова. А еще на один корабль мне вряд ли уже заработать.
Ответа на вопрос не требовалась, и потому я провозгласил:
– Ну что, тогда с богом! Энди, четверть оборота вправо, взлетаем.
«Небесный странник» вздрогнул и медленно полез вверх. Медленнее чем предыдущий, это чувствовалось. И удивляться тут не приходится: на нем, как и на предыдущем, установлено семь л’хассов, и для корабля таких размеров не мешало бы добавить еще парочку. Корабль прилетел из Эгастера с установленными на него пятью камнями. Семь л’хассов мы подняли со дна моря. Итого выходило двенадцать. Казалось бы, в чем проблема, установи их хоть все. Но пять л’хассов пошло на уплату долга Жануавье и ими я покрыл свой долг полностью.
– Энди, еще пол-оборота.
– Есть, капитан!
Энди единственный, кто не сделал карьеру, поднявшись в должности, когда у меня появился новый корабль. А что: Брендос теперь старший навигатор, Гвенаэль стал навигатором. Родриг Брис тоже почти офицер, ведь под командованием у него около двух десятков матросов. Правда, он делится ими с Аделардом Ламнертом, поскольку тот теперь занимает должность нечто вроде начальника абордажной партии, и почти половина матросов входят в нее.
Даже у Пустынного льва Амбруаза есть помощник, и теперь он старший корабельный кок. Правда, его поваренок совсем не та милашка, с которой я его видел несколько раз.
