— Я предаю себя в руки Всеотца, — руками, сжимающими копье, Чарус очертил круг над головой.
— Ишь ты! — Учитель усмехнулся. — Ты думаешь, что меня можно пронять этим? Да, я вижу, ты хорошо усвоил мои уроки. Но кое-что ты забыл., Мне ничего не стоит забрать тебя с собой, на суд Великого Иссы, но, если ты не расстанешься с Ключ-Камнем, талисман и оберег Твердиславичей покинет клан. А как поступают с кланом, лишившимся дара Великого Учителя, а?
Это был коварный и подлый удар в спину. Чарус готов был умереть, но чтобы вместе с ним погиб бы и клан?
Парень внезапно тяжело задышал, по лбу его заструились капли пота. Руки свело болезненной судорогой — и копье выскользнуло из ослабевших пальцев. Учитель неотрывно смотрел на бунтовщика.
— Нет, Чара, нет! — Лев внезапно сорвался на крик. — Не отдавай! И пусть делают, что хотят! Не сдавайся!
— Ну, с тобой, мой дорогой, мы побеседуем отдельно, — сквозь зубы посулил Учитель. Парень ответил свирепым взглядом — если только можно назвать свирепым взгляд сквозь слезы.
Но стальной стержень внутри Чаруса все-таки не выдержал. Клан! Божество, которому молились все без исключения, божество, почитаемое едва ли не превыше самого Всеотца; клан должен жить! А остальное все неважно.
Руки Чаруса распустили завязки на потайном кармане. Слиток серебра упал на траву. Учитель быстро нагнулся, подхватив Ключ-Камень.
— Ну, наконец-то, — ворчливо заметил он, но уже без прежнего гнева. — На суде я попытаюсь умолить Великого не наказывать тебя слишком сурово.
— Как будет угодно, — еле слышно прошептал Чарус. Казалось, все силы оставили его; ещё немного, и он растянулся бы прямо тут.
— Идем, — сказал Учитель, и Чарус послушно двинулся следом — не рассуждая, не протестуя и даже не умоляя. Так, наверное, мог бы шагать труп — если б кто-то нашёл бы соответствующее заклинание.
Наставник остановился перед Фатимой; несмотря на всё своё самообладание, девушка заметно дрожала. Окружавшие её Ворожеи выглядели не лучше. Шутка ли — принять в свои руки Ключ-Камень, помнящий руки самого Твердислава!
Сама процедура оказалась, впрочем, весьма впечатляющей.
— Вручаю тебе, Фатима, Ключ и Оберег клана Твердиславичей, — торжественным тоном произнёс Учитель. — Владей же им на процветание клану и на страх его врагам. Да умножатся ваши ряды, да сгинет Тьма, и да бегут пред силой Великого Духа, нашего Всеотца, отвратные творения Зла!
Он протянул Ключ-Камень, и вокруг тотчас загремело и засверкало. Над горизонтом взметнулось зарево; казалось, в небесах перекликаются голоса неведомых исполинов.
— Клянусь всей отпущенной мне силой хранить и оберегать верящих в меня, — ответила Фатима обрядовой фразой, услышанной когда-то от самого Твердислава, когда основатель клана рассказывал о том, как получал вот этот самый Ключ-Камень.
Девичьи руки приняли серебряный слиток.
Учитель улыбнулся.
— А с этими, — он кивнул на застывших Чаруса, Дима, Джига и Льва, — мы разберёмся. Чаруса я забираю с собой. Остальных же — за неповиновение — предоставляю тебе судить самой. По той строгости, которую вы им определите сами. Прочих же, — он сделал паузу, — полагаю, следует простить. Ясно, что заводилами были Старшие. Многие из них заплатили жизнью за выходку этого безумца, — сердитый взгляд на Чаруса. — Ну всё, идем, парень.
Чарус покорно двинулся следом за Учителем.
Никто не смог понять, в какой момент они исчезли.
Глава десятая
Ничего не понимаю, — беззвучно пожаловалась Твердиславу Джейана. -Никакого следа! Ничего общего с той тварью, что утащила Лиззи!
— Как же так? — поразился Тверди-слав. — А Иван говорил…
— Значит, врал! — с присущей ей прямотой заявила Джейана. Иван, которого враги почему-то называли Чёрным Иваном, внезапно открыл глаза.
— Значит, так, — прохрипел он, отплевываясь кровью. — Сейчас вы — ползком — во-он туда, следуйте за ним, — кивок в сторону серо-зелёной твари, слушавшей его с неослабным вниманием. — Обо мне — забыть. Всё. Иначе… Лиззи…
— Иван, это не Чёрные Колдуны! — резко бросила Джейана. — Это не их колдовство!
— Умная девочка, — он попытался улыбнуться. — Ну, конечно же, нет никаких Колдунов. Есть только… — глаза его внезапно закатились, и он осёкся.
— Кто?! Есть кто? — вскричала Джейана, схватив умирающего за плечи.
Иван не ответил, лишь голова его бессильно мотнулась из стороны в сторону. А последовавший за этим шёпот оказался совсем не о том:
— Динамику они закольцевали. Не знаю, как сработает. Все равно, уходите!
В едва слышном голосе Чёрного Ивана была такая сила, что Джейана не смогла прекословить.
Существо махнуло страшной лапой — мол, давайте за мной.
Наверное, они бы ещё колебались, но цепь врагов подошла уже достаточно близко, и тут Иван Разлогов показал, что не зря заслужил у неприятеля прозвище “Чёрный”.
— Великий Дух! — прошептала Джейана. — Он что, хочет сказать нам, будто?..
Из темных туч, сгустившихся над провалом, внезапно вырвалось кошмарное, невероятное создание, какое могло явиться только в ночных кошмарах, если чрез меру обкуриться.
Вытянутое тело, не меньше двух десятков шагов в длину. Снизу оно напоминало треугольник. Из широкого конца высунулась настоящая бахрома убийственных щупалец. Открылись широченные глаза-плошки, алые с чёрными провалами зрачков. Мелькнуло смертоносное жало.
Да, да, на зов Чёрного Ивана явилась та самая тварь, что утащила в свое время Лиззи!
Остолбенев, Твердислав, Джейана и их новый безымянный спутник в ужасе смотрели на летучий кошмар.
— Кому же оно повинуется? — услыхал Твердислав бормотание подруги. Ворожея оставалась Ворожеей.
Окружавшие, похоже, сообразили все очень быстро. Над их головами закружились, заплясали голубые искорки, быстро складываясь в подобие громадной стрелы. Однако, прежде чем чудо-оружие было готово, летучая тварь атаковала. Быстро, стремительно и смертоносно.
Чёрные щупальца ударили. Тварь только на первый взгляд казалась такой же, что и напавшая на клан. Нет, эта была больше, куда больше, несравненно больше! И, похоже, увеличилась она за считанные несколько секунд.
Чёрные щупальца ударили. Истошные крики умирающих в их гибельных объятиях; но самое главное — голубая стрела исчезла, она распалась на множество мелких безвредных звёздочек, бессильно полетевших под ноги людям.
Все, кого Иван Разлогов называл Чёрными Колдунами, с рёвом бросились вперёд, очевидно понимая, что легче справиться с чародеем, нежели с созданными его магией монстрами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
